Жених напрокат - Гиффин Эмили - Страница 15

Захожу в бар и вижу, что он сидит у стойки в своих мешковатых джинсах и слегка помятой зеленой рубашке с неровно закатанными рукавами — полная противоположность Алеку.

— Прости, я опоздала, — говорю я, когда Маркус встает, чтобы поздороваться. — Долго не могла поймать такси.

— Ничего. — Он указывает мне на соседний табурет. Сажусь. Он улыбается, обнажая очень белые и ровные зубы. Возможно, это лучшее, что в нем есть. Ну, еще ямочка на подбородке.

— Что ты будешь? — спрашивает он.

— А что ты пьешь?

— Джин с тоником.

— Тогда мне то же самое.

Он бросает взгляд в сторону бармена, держит наготове двадцатку и снова смотрит на меня:

— Здорово выглядишь, Рейчел. Я благодарю его. Прошло уже много времени с тех пор, как мужчина говорил мне комплимент. Так получилось, что мы с Дексом обошлись без любезностей.

Маркус наконец привлекает внимание бармена и заказывает для меня «Бомбейский сапфир» с тоником, а потом говорит:

— Когда я видел тебя в последний раз, все мы тогда здорово набрались... Но вечер был славный.

— Да, я изрядно перепила, — усмехаюсь я, надеясь, что Декс сказал правду и Маркус ничего не знает. — Но по крайней мере оказалась дома еще затемно. Дарси говорит, вы с Дексом сидели до утра.

— Ага, мы с ним еще там побыли, — отвечает Маркус, не глядя на меня, Это хороший признак. Он выгораживает друга, но не умеет лгать. Берет у бармена сдачу, оставив оба счета и мелочь на стойке, и протягивает мне стакан: — То, что ты просила.

— Спасибо, — улыбаюсь я, помешиваю в стакане тонкой соломинкой и пью.

Худая девица с восточной внешностью, в кожаных брюках и обильно накрашенная, трогает Маркуса за руку и говорит, что освободился столик. Забираем наши бокалы и идем за ней через весь бар. Когда мы садимся, девица протягивает нам два огромных меню и отдельно карту вин.

— Сейчас подойдет ваш официант, — говорит она, встряхивает длинными черными волосами и исчезает.

Маркус изучает карту вин и спрашивает, не хочу ли я заказать бутылочку.

— Конечно, — киваю я.

— Красное, белое?

— Все равно.

— А рыбу? — Он смотрит в меню.

— Наверное. Хотя не думаю, что под рыбу пьют 76 красное.

— Я не очень хорошо разбираюсь в винах, — говорит он, переплетая пальцы. — Может быть, посмотришь сама?

— Ничего, выбирай. Подойдет любое.

— Тогда ладно. Возьму вот это. — Он озаряет меня улыбкой, которая обозначает: «Смотрите, я шикую!»

Мы изучаем меню. Маркус придвигается ближе, и я бедром чувствую его колено.

— Я не хотел приглашать тебя прямо сейчас, потому что в Хэмптонсе нам предстоит жить всем вместе, — говорит Маркус, не отрывая взгляда от меню. — Декс сказал, что это основное правило. Не заводи романов с тем, с кем живешь в одном доме. По крайней мере до августа.

Он смеется, а я принимаю к сведению: Декс отговаривал его идти на свидание.

— Но потом я подумал — какого черта, я положил на нее глаз, собираюсь ей позвонить... Хочу сказать, что думал пригласить тебя с тех самых пор, как Декс нас познакомил. Как только я сюда переехал. Потом однажды увидел здесь свою бывшую из Сан-Франциско и решил, что, прежде чем звонить тебе, надо привести в порядок дела. Ну, понимаешь, чтобы все было тип-топ. Теперь я со всем этим развязался... и вот мы здесь.

Он трет лоб, как будто после признания ему стало легче.

— Думаю, ты принял верное решение.

— Подождать?

— Нет. Позвонить. — Дарю ему самую соблазнительную улыбку, и мне на ум приходит Дарси. Во всем, что касается женских уловок, ей нет равных. Вовсе не всегда нужно быть серьезной и строгой.

Возникшую паузу прерывает официантка:

— Здравствуйте, как дела?

— Отлично, — бодро говорит Маркус и понижает голос: — У нас первое свидание.

Я смеюсь, но у официантки на лице лишь тонкая, натянутая улыбка.

— Предложить вам наши фирменные блюда?

— Валяйте, — говорит Маркус. Она смотрит в пространство поверх наших голов и оттарабанивает весь список, каждую фразу начиная со слова «замечательный»: «замечательный окунь», «замечательное ризотто» и тому подобное. Я киваю и половину пропускаю мимо ушей. Думаю о том, что Декс отговаривал Маркуса меня приглашать, и гадаю, почему бы это.

— Не хотели бы вы для начала заказать что-нибудь из напитков?

— Да... думаю, начнем с бутылочки красного. Что бы вы посоветовали?

— Есть превосходное «Марджори пино нуар». — Она указывает пальцем в меню.

— Отлично. Его и возьмем. Превосходно.

Она улыбается в мою сторону:

— Вы готовы сделать заказ?

— Думаю, да. — Я заказываю овощной салат и тунца.

— Хорошо поджаренного?

— Средне.

Маркус заказывает фасолевый суп и отбивную.

— Отличный выбор, — подытоживает официантка, выразительно кивает, забирает меню и уходит.

— Профессионал! — комментирует Маркус.

— Что?

— У девочки ноль эмоций.

Я смеюсь, он улыбается.

— О чем мы говорили? Ах да, Хэмптонс.

— Точно.

— Так вот, Декс говорит, что это плохая идея — приглашать на свидание ту, с кем тебе жить в одном доме. А я сказал: «Черт возьми, не желаю играть по вашим дурацким правилам. Если в конце концов мы друг друга возненавидим — ну, так тому и быть».

— Не думаю, что до этого дойдет, — отвечаю я.

Официантка возвращается с бутылкой, открывает ее, наливает немного вина в бокал. Маркус делает огромный глоток и сразу, без обычных ритуальных церемоний, говорит, что вино превосходное. Многое можно сказать о мужчине, если взглянуть на него в тот момент, когда он дегустирует вино. Плохой знак, если он долго думает, сует нос в бокал, тянет медленными задумчивыми глоточками, замирает, нахмурив брови, а затем слегка кивает, без излишнего воодушевления, как бы говоря: «Да, сойдет, но я пробовал и получше». Если он действительно знаток, то это нормально. Но как правило, такие парни просто ломают комедию, и на них жалко смотреть.

Когда официантка наливает мне вино, я спрашиваю Маркуса, знает ли он о пари.

Он качает головой:

— Какое пари?

Жду, пока официантка уйдет, — довольно и того, что ей известно о нашем первом свидании.

— Декс и Дарси поспорили, соглашусь ли я пойти с тобой.

— Ничего себе. — От неожиданности у него отвисает челюсть. — И кто ставил на то, что ты согласишься?

— Не помню. — Я изображаю смущение. — Но дело не в этом. Важно то...

— Что они в курсе. — Он снова качает головой. — Вот свиньи!

— Точно.

Он поднимает бокал:

— Пусть Дарси и Декс обломаются. Выпьем за то, чтобы эти сволочи не узнали ничего из того, что было сегодня вечером.

Смеюсь.

— И не важно, будет наше свидание удачным или нет.

Мы чокаемся и пьем.

— Не похоже, что свидание не удалось. Уж поверь мне.

Я улыбаюсь: — Верю.

Действительно верю, думаю я. В его юморе есть что-то обезоруживающее, очень простодушное, в духе Среднего Запада. Вдобавок он не помолвлен с моей лучшей подругой. Это серьезный плюс.

Затем, словно прочитав мои мысли, Маркус спрашивает, давно ли я знакома с Дарси.

— Больше двадцати лет. Когда я впервые ее увидела, на ней был забавный летний сарафанчик, а на мне — такие дурацкие шортики с Винни Пухом. Я тогда подумала: вот по-настоящему стильная девчонка.

Маркус смеется.

— Готов поспорить, в шортиках с Винни Пухом ты выглядела классно.

— Не уверена.

— А потом ведь именно ты познакомила Дарси и Декса, да? Он говорил, вы дружили в университете.

Да. Мой хороший друг Декс. Последний из тех, с кем я спала.

— Ага. Мы познакомились на первом курсе. Всегда знала, что они с Дарси будут хорошей парой, — говорю я. Немного преувеличенно, но мне хочется подчеркнуть, что я никогда не рассчитывала на Декса сама. Не рассчитывала и сейчас не рассчитываю.

— Они даже внешне похожи. Скорее всего у них будут замечательные дети.

— Да, дети получатся красивые. — Я чувствую необъяснимое стеснение в груди, представив себе, как Декс и Дарси нянчатся с младенцем. По каким-то причинам до этого момента дальше сентябрьской свадьбы моя фантазия не простиралась.