Гнев Льва - Джоблинг Кертис - Страница 63

Внимание всех, кто стоял на стенах, привлек рев, раздавшийся со стороны замка. Леопольд стоял на парапетной стенке древнего замка, обнимая ее зубцы и стремительно трансформируясь. Лучшие лучники Фрая пускали стрелы, некоторые из них достигали цели, но не причиняли Льву никакого вреда. Львиный рев становился все громче, мощнее, заставляя трепетать каждого, кто находился сейчас в Хайклиффе.

– Я же говорил, что нужно было использовать серебряную стрелу, – огрызнулся Гектор, проклиная ту упущенную возможность поразить Льва. Берган строго взглянул на юного барона:

– Это не наш путь, Гектор. И давай не будем больше говорить об этом.

Гектор наклонил голову, словно извиняясь, хотя на самом деле не собирался просить прощения. Они упустили свой шанс, и все из-за устаревших представлений Бергана о нормах морали. Это не Бренн запретил использовать серебряное оружие, это придумали Верлорды. Но почему же нужно допускать, чтобы твой враг использовал смертоносное оружие, а самим отказываться от него?

«Он боится перемен, Гектор. Впрочем, все равно слишком поздно. Скажи старому болвану, что его время истекло. Пусть возьмет эту серебряную стрелу и пустит ее себе самому в грудь, чтобы не так долго мучиться. А еще лучше застрелись сам. Сейчас это тебе даже приятно будет, разве нет?»

– Никогда! – сердито отрезал Гектор и испуганно поглядел на Бергана. Тот вновь повернулся и смотрел на приближающуюся армию. Один всадник вырвался из общего строя, и в ту же секунду послышалось движение на лестнице.

– Прочь с дороги! – продолжал кричать Вега, появляясь на парапетной стене башни.

Он был взъерошен, изящный костюм разорван и покрыт пятнами. Промокший насквозь от дождя и морской воды плащ прилип к телу. Вега прямиком направился к своим товарищам-верлордам, быстро обнялся с ними – Гектора очень удивило это редкостное для Веги проявление чувств. Обычно Вега держался холодно, отчужденно, почти надменно. Последним пират обнял Гектора – сжал его плечи, глубоко заглянул ему в глаза. Этот взгляд, которым они обменялись, сказал им больше, чем многотомная книга.

– Ты в порядке, Гектор?

Борлорд кивнул. Он впервые встретился с капитаном «Мальстрема» с той ночи, когда Акула и его помощник утащили прочь тело Винсента. Гектор почувствовал, как у него по спине побежали мурашки, и непроизвольно вздрогнул.

«Что затрясся? Это об мою могилу он вытирает ноги, не о твою!»

– Что произошло? – спросил Берган возбужденного адмирала. Гектор заметил, что зубы у лорда-акулы все еще слишком большие и острые – очевидно, он только заканчивал возвращать себе человеческий вид. Вега провел рукой по своим мокрым волосам, пытаясь пригладить торчащие в разные стороны пряди.

– Военный флот. Такой большой армады я еще никогда не видел. Они шли к Холодному побережью с севера, высылали вперед корабли-разведчики. За одним из них мы погнались и наткнулись на армаду. Устоять против такого флота у нас не было ни единого шанса.

Вега покачал головой, пытаясь успокоиться. Оторвавшийся от приближающейся орды всадник был уже почти рядом с воротами – очевидно, его послали вести переговоры.

– Вы можете связаться с островами Кластер? – спросил Манфред. – Это ваши люди, может быть, они помогут нам?

– Даже если они откликнутся на мою просьбу, у них нет времени на то, чтобы подготовить флот. И еще вы забыли, что острова Кластер до сих пор находятся под юрисдикцией Леопольда, а на моем троне там сидит морское чудовище, Кракен.

– Откуда была эта армада? – спросил Гектор.

«Все верно, братец. Лучше сразу перейти к главному. Сейчас начнется самое интересное».

Лицо Веги побледнело, из расстроенного стало испуганным.

– Баст.

Берган и Манфред растерянно переглянулись, и их лица стали такими же испуганными, как у Веги.

– Лорды-коты? – ахнул Гектор.

«Смотри, смотри, как они перепугались!»

Гектор читал о Басте. Это была родина Леопольда – покрытый тропическими лесами континент за Лиссийскими проливами. Там, в джунглях, были разные правители-верлорды, но самыми знаменитыми и наводящими ужас считались лорды-коты. Леопольд был единственным лордом-котом, которого знали в Лиссии, но на родине у него оставались многочисленные кузены и кузины. Если это действительно они подняли паруса и двинулись на помощь Леопольду, то худшей новости для Семиземелья и не придумаешь.

– На их кораблях был черный флаг Оникса, Берган.

– Кто такой Оникс? – вмешался Гектор, но его перекрыл голос Манфреда:

– Неужели Пантера сам возглавил флот? Но как он мог покинуть Баст?

– Мы столкнулись с одним из его родственников. Что вы…

Вега замолк, глядя мимо Манфреда, Бергана и Гектора на приближающегося всадника.

– Что он делает?

Верлорды стояли группой над воротами, а всадник тем временем направился к северному краю стены, оставаясь вне досягаемости для лучников. Там он развернулся и поскакал вдоль городской стены – миновал ворота Маклгейт и направился к воротам Кингсгейт. Всадника сопровождал удивленный гул, раздававшийся со стен, на которых стояли солдаты.

– Он что-то тянет за собой, – сказал Гектор, указывая рукой.

К седлу всадника была привязана веревка, а к ее другому концу прикреплен какой-то предмет, волочившийся по земле за лошадью. Этот предмет издали напоминал корни вывороченного из земли дерева.

– Тоже бастийцы? – спросил Вега, кивая на приближающегося к воротам всадника.

«О нет, – прошептал бес на ухо Гектору и провел своей невидимой холодной рукой ему по горлу, пощекотал подбородок, погладил губы. – Ты это полюбишь. Скоро…»

– Что он тащит за собой на привязи? – сердито и слегка испуганно пробормотал Берган.

Наконец всадник приблизился достаточно, чтобы его хорошо могли рассмотреть Верлорды, и Берган тут же протянул руку, чтобы удержать Манфреда. С одного взгляда можно было безошибочно определить, откуда этот всадник. Высоченный, почти двухметровый, в кожаных доспехах, в накидке из волчьей шкуры, с поводьями в одной и с ятаганом в другой, высоко поднятой над головой руке. Лорд-пес из Омира.

Стоявшие рядом с Верлордами солдаты принялись кричать, рассмотрев, что именно волочит на привязи мимо их ворот всадник из Омира. Это были не корни и не ветки – это были рога.

К веревке была привязана отрубленная голова графа Микеля, лорда из Хайуотера.

Манфред моментально трансформировался, то же самое проделал Берган, который вцепился в Оленя, пытаясь удержать его. К Бергану присоединился Вега – вдвоем они не дали обезумевшему от горя Манфреду броситься вниз с парапета башни. Крик лорда-оленя потонул в криках стоявших на стене солдат, а лорд-пес резко опустил вниз свой ятаган, перерубил веревку и, оставив голову Микеля лежать в пыли, поскакал назад, навстречу своим.

Потрясенный Гектор стоял молча, а шершавый как наждак голос скрипел тем временем ему в ухо:

«Кто сказал, что Коты и Псы не могут быть заодно?»

Глава 4

Прорыв

Захлопнулись двери, заглушая доносящиеся из тронного зала Хай Стебл вопли. Волк пойман – кто бы этому мог поверить? А кто мог бы поверить в вероломство подлого предателя, старого Барана? Сорин бодро спустился по лестнице. Поежился, оглянувшись назад, на двоих гвардейцев Льва – они стояли возле двери с нездоровыми, испуганными лицами. «Хорошо, что я не на их месте, – подумал Сорин. – Меньше всего мне хотелось бы быть под пятой Ванкаскана, когда он забавляется своими новыми игрушками». Люди напрасно спешили считать лорда-крысу сумасшедшим. Он вовсе не был безумен. Напротив, Ванкаскан был энергичным, умным, посвятившим себя искусству магии, в первую очередь черной. Сейчас он получил возможность дать волю своей страсти и вовсю наслаждался этой возможностью.

Сорин затянул под горлом застежку грязного плаща, расправил, покидая цитадель, свою униформу. Его запачканный грязью мундир знавал и лучшие времена – Сорину было даже неловко оттого, что он, сержант Львиной гвардии, вынужден носить такой потрепанный красный плащ.