Прекрасная притворщица - Хейно Сьюзен Джи - Страница 58

– Ты пожалеешь, что сделал это, Фицджелдер, – взревел Растмур.

Он слышал, как сзади кричит его мать. Странно, но она кричала не потому, что беспокоилась за сына, ввязавшегося в подобную драку. Она звала Пенелопу.

– Мисс Пенелопа Растмур, сейчас же подойди ко мне, – ревела она, – несносная молодая леди! Якшаешься с этими актерами? Не позволю!

Смех в отдалении прекратился, и Растмур услышал шум приближающихся шагов. Хорошо. Они справятся с матерью. Он уже чувствовал напряжение в руке от сопротивляющегося Фицджелдера.

– Энтони, остановись, – произнесла Джулия.

Он взглянул на нее через плечо:

– Остановиться?!

– Не убивай его, пока он не скажет, где второй медальон, – сказала она.

Умная девочка. Так вот почему она позволила ему все это. Джулия всегда сначала хорошенько думала, а потом действовала.

– Где второй медальон? – спросил Растмур Фицджелдера.

Кузен с усилием улыбнулся:

– Не знаю. Я сказал ей, что это будто мне известно, только чтобы добиться желаемого. Так это сработало, как видишь.

– Нет, ублюдок, это не сработало. Ты у меня сейчас получишь. Где медальон?

– Говорю же, не знаю!

Вторая дверь отворилась, и ворвались отец Джулии и Д'Аршо. Один взгляд на засыпанным мукой пол и Растмура, держащего Фицджелдера за горло, сказал им обо всем. Сент-Клемент подбежал к дочери, пока его приятель осматривал комнату с порога. Кажется, что-то было в его руке…

– Осторожнее! – услышал Растмур крик матери за спиной.

– Мама, я думаю, мы можем уладить это… – начал он, но его снова перебил ее голос:

– Он вооружен!

Обернувшись, Растмур понял, что мать говорила об Д'Аршо, который направил на него пистолет. Великолепно!

На мгновение тот смутился, но потом метнул быстрый взгляд на Сент-Клемента и, кивнув ему, наставил ствол прямо на Растмура.

– Да, – сказал он, – я вооружен. И я не боюсь выстрелить.

– Послушайте… – начал Растмур, оборачиваясь к нему.

– Одно только слово, Растмур, и я снесу твою глупую башку, – сказал д'Аршо. – Она все равно пустая.

Но, к сожалению, они зря оставили без внимания Фицджелдера. Тот воспользовался внезапной паузой и, метнувшись через маленькую комнатку к Д'Аршо, вырвал из его рук пистолет.

Улыбнувшись, он обернулся к группе людей за своей спиной.

– Что ж, теперь посмотрим, кто смеется последним. Все сюда, в этот угол. Быстро! Или мисс Сент-Клемент получит дыру в груди в пару к той милой царапине, что у нее на горле.

Все подчинились. Даже мать Растмура была вынуждена присоединиться, беззащитно встав в угол, пока разозленный Фицджелдер наслаждался мгновением своего триумфа.

– Раз уж вы все здесь, то я могу насладиться вашей компанией, и один из вас даст мне то, что нужно.

– Я дам тебе то, что нужно… – пробормотал Сент-Клемент, ввернув еще пару нецензурных французских словечек.

Даже Растмур никогда таких не слышал.

– Я скажу вам, что это. Мне нужно знать, где второй медальон. Скажите, и я отпущу мисс Сент-Клемент живой. Не скажете – она умрет.

– Как мы можем сказать тебе, если не знаем? – возразил Д'Аршо.

– Это ловушка, – сказала Джулия. – Он уже знает, где медальон. Линдли ему все открыл.

Фицджелдер покачал головой и рассмеялся:

– Нет, я солгал тебе, мисс Сент-Клемент. Неужели ты и вправду думаешь, что Линдли стал бы помогать мне?

– Но я видела его! Он сломал замок на твоей двери… Он сказал, что у него есть кое-что, что тебя заинтересует.

Джулия нахмурила брови.

– Да, у ублюдка было для меня кое-что, но не то, что нужно. Он пришел, чтобы предъявить мне обвинение в каких-то незаконных действиях за последние несколько лет. Он думал, что я буду рад рассказать ему что-нибудь, например имена моих соучастников. Ха! Он не получил от меня ничего. Только удар по голове.

– Что ты сделал с Линдли? – спросил Растмур.

– Запер в моей комнате. Не беспокойся, полагаю, он жив. Пока.

– Но ты был с ним заодно? – спросила Джулия.

– Да, я платил ему за то, что он мне помогал. Но в законодательных органах нашелся кое-кто более щедрый.

– Ты хочешь сказать, что Линдли вел против тебя расследование?

– Так и есть. А я-то думал, он мой друг!

– Он никому не друг, – объявил ДАршо. – Он чертов шпион, и ему все равно, кого накажут за преступления.

– Ну, так вернемся к медальону, – усмехнулся негодяй. – Скажите, где я могу его найти. Один из вас подменил его. Это был ты, Д'Аршо? Или ты, Растмур? А может, наша милая Джулия? Говорите, или я выстрелю.

Все смотрели друг на друга. Никто не знал ответа.

Но нужно было что-то делать.

– Ты не подумал спросить об этом Линдли, прежде чем лишать его сознания? – спросил Растмур. – Тебе не приходило в голову, что у него были причины это сделать?

– Разумеется, я спросил, – ответил Фицджелдер. – Он заявил, что не знает и что был уверен, что медальон у меня.

– И, разумеется, он не лгал! Пойдем все, прямо сейчас. Мы можем узнать у него правду.

– Это я буду решать, что нам делать. – Фицджелдер повысил голос и в гневе посмотрел на Растмура. – Ты всегда думал, что можешь говорить мне, что делать, всегда считал себя главой семьи. Только из-за того, что твой чертов отец женился на твоей чертовой матери, ты думаешь, что лучше меня. Что ж, это не так. Я знаю кое-что о твоем отце! Я знаю, что он делал, – и Линдли понравится эта информация! У меня есть доказательства, спрятанные в медальоне.

– О чем ты говоришь?

– Ха! Для начала подумай, почему этот медальон оказался у твоего отца? Ведь он принадлежал Д'Аршо, не так ли? Что ж, он отдал его твоему отцу, чтобы быть уверенным, что твой отец не испортит все дело. Медальон служил напоминанием о том, что Д'Аршо известно кое-что о твоем отце, и наоборот. Полагаю, никто из них не хотел огласки. Но никто не ожидал, что твой папочка скончается так быстро, да?

– Думаю, лучше тебе заткнуться прямо сейчас, кузен, – предупредил Растмур.

Фицджелдер, разумеется, не обратил никакого внимания на его слова.

– Но он умер, оставив Д'Аршо нести это бремя. Как же ему было получить обратно свой драгоценный медальон? Вдова Растмура не хотела объявлять ни о чем подобном. Бедный, бедный Д'Аршо. Ему оставалось только напиваться и жалеть себя. Он бросил жену и детей, уйдя с теми, кто еще думал о нем, – с актерами. Это все, что я о нем знаю. Дорогая мамочка была ему другом… какое-то время. Разве не забавно? – Фицджелдер рассмеялся, хотя Растмур не нашел его слова смешными. – Представляете? – продолжал ублюдок. – Я узнал этот секрет, который уничтожит тебя, мой дорогой законный кузен, от моей родной матери. Актриса! Да, видит Бог, моя мать была маленькой грязной актрисой. Достаточно хорошей для моего отца в постели и для того, чтобы родить детей, но не для того, чтобы ей можно было честно сделать предложение. Я ублюдок, Растмур, потому что моя мать была актрисой, а этот негодяй рассказал ей о медальоне! Разве это не та самая поэтичная справедливость?

– Да, довольно поэтично, – признал Растмур.

– Не говори со мной покровительственным тоном! И не думай, что я позволю тебе выжить, чтобы ты женился на этой чертовой грязной актрисе.

Внезапно Фицджелдер вдруг снова взял себя в руки. Он нацелил пистолет прямо на Растмура. В его глазах читалась решимость. Что ж, надо было признать, что нынешний визит в Хартвуд оказался для Растмура куда более богатым на приключения, чем предыдущий.

– Ну же, мисс Сент-Клемент, – проговорил Фицджелдер, не сводя взгляда с Растмура, как и пистолета, – думаю, нам с тобой пора.

– Она никуда с тобой не пойдет, – заявил Растмур.

– Еще как пойдет. Если только не захочет увидеть тебя мертвым. Вот черт, может быть, я в любом случае тебя убью.

Он вытянул руку, прицеливаясь в Растмура.

– Нет! – закричала Джулия.

Именно в это мгновение Пенелопа, наконец, решила откликнуться на зов матери. Она вошла в кладовую и столкнулась с Фицджелдером.