Большая книга ужасов. Millennium - Усачева Елена Александровна - Страница 65

– Кто?! – хором воскликнули Гоша и старик.

Варя опешила:

– Как это кто. Полиция, родители…

– А, ну да, – равнодушно согласился старик.

– Вам это так не сойдет, – неуверенно добавила Варя.

Старик улыбнулся и, опустив голову, задумался. Гоша сидел молча, глядя куда-то в сторону.

Глава тринадцатая

Наконец дядька Спиридон встряхнул головой, огляделся. Свечной огарок совсем растаял. В хижине стало темно. Только крохотная искорка лампадки мерцала в углу.

Старик негромко приказал Гоше пошарить в ящике стола и зажечь новую свечку. Варя забилась в угол и сидела тихо. Ее начало клонить в сон, но спать никак нельзя! Несколько раз глаза предательски закрывались, и она провалилась в дрему, но почти мгновенно просыпалась, рывком выдергивая себя из дремоты.

Гоша нашел свечку, точнее не свечку, а огарок, зажег его. Потом вышел на улицу и вскоре вернулся с охапкой хвороста. Присел у печки. Вскоре потянуло дымом, загудело пламя. Гоша поставил на печь закопченный чайник. Все это время и старик и Варя не проронили ни слова. Чайник вскипел. Старик с трудом поднялся, разминая затекшую спину, подошел к печи, и почти сразу запахло чем-то пряным, ароматным. Леня снял с крючка две кружки, нашелся и стакан. Варя наблюдала, как он поставил на стол посуду, как дед снял со стены мешок с сухарями и выложил их в миску.

– Знал бы, ежевики бы собрал, – пробормотал он, – ну, ничего, вот, медку попробуйте. Знатный медок, мне его знакомый пасечник приносит…

«Как он тут живет? – с удивлением подумала Варя. – Один, в этой хижине, питается сухарями… Кто он такой?» Ей даже стало жаль старика.

Тем временем Гоша разлил из чайника пахучий напиток, заваренный на травах. Пододвинул Варе стакан.

Старик повернулся к образу и коротко, негромко помолился. Гоша перекрестился, Варя, глядя на него, тоже.

Сели к столу. И тут Варя ощутила настоящий голод. Еще бы! Сегодня она толком ничего не ела и на ужине не была. Потянулась за сухарем, разгрызла, он оказался старым и невкусным, чуть зуб не сломала. Но дед и Гоша окунали сухари в чай, мазали медом и ели, даже, кажется, с удовольствием. Варя попробовала, и ей неожиданно понравилось. Умяв три или четыре сухаря, она почувствовала, что рот ее наполнен тягучей сладостью, и она больше не сможет проглотить ни кусочка. Варя запила сладость чаем – стало гораздо лучше, и сонливость прошла.

– Спасибо, – поблагодарила она старика.

– На здоровье. – Дядька Спиридон потянулся к чайнику и налил ей еще. – Хороший взвар, полезный, пей.

Варя послушно отпила уже остывший напиток, оказавшийся необыкновенно вкусным. Она принюхалась, пытаясь определить, какие же травы использовал старик. Пахло нагретым солнцем лугом, медом, спелыми ягодами, лимоном и еще чем-то терпким и душистым. Не разобрать.

– Так, значит, ты говоришь, этому Дэну годков двадцать пять будет? – негромко спросил старик у Гоши.

Тот кивнул.

– Н-да… И что за имечко у него – Дэн, точно кличка собачья. – Он покачал головой.

– Его, наверное, Денис зовут, – подсказала Варя, – или Вадим…

Старик повернулся к ней:

– Денис, говоришь? Может, и так… А опиши-ка мне его.

Варя задумалась, пытаясь представить себе тренера. Какой он? Ну высокий, спортивный, загорелый, волосы темные, и еще бородка, аккуратная такая… Лицо неприятное, даже непонятно почему, из-за взгляда? И вдруг она вспомнила другого Дэна, того, из своего сна – мерзкую фиолетовую гидру, змеиные тела, увенчанные крохотными человеческими головками, каждая из которых полностью повторяла голову Дэна, и этот его взгляд, мертвый, равнодушный, пустой. Варя невольно поежилась, прогоняя наваждение. Ее передернуло от отвращения, что не ускользнуло от внимания старика.

– Вижу, не нравится он тебе?

– Ну, он неприятный, – нехотя согласилась Варя.

– Я же говорю, это он! – вдруг заявил Гоша. – И она знает! – Он снова покосился на Варю с неприязнью.

– Да что ты привязался! – огрызнулась Варя. – Талдычит «знает, знает…», ничего я не знаю!

– Ребята, не ссорьтесь, – попросил Спиридон, – давайте лучше разберемся.

– Вот и разбирайтесь, – буркнула Варя, – а меня пусть ваш племянник или кто он вам назад отведет.

– Зачем так далеко тащиться, – насмешливо проговорил Гоша, – достаточно до капища прогуляться…

– Там я уже была!

– Все! – старик хлопнул ладонью по столу. – Хватит!

Варя притихла. А Гоша вскочил и, схватив со стола кружки, буркнул:

– Пойду помою…

Старик кивнул, вздохнул и сказал:

– А теперь послушай меня, Варвара…

Но договорить он не успел.

Глава четырнадцатая

Огонек свечки дрогнул, по полу и стенам заскользили черные тени, потянуло ночной сырой прохладой. Плетенка из сучьев, заменявшая дверь, отодвинулась. Варя во все глаза уставилась на образовавшийся проем. Успела услышать: «Она здесь…» Порыв ветра ворвался в лачугу и мгновенно задул трепещущий огонек свечки. Все погрузилось во тьму…

Варя чуть слышно пискнула от страха и поджала ноги, скорее инстинктивно. В течение нескольких долгих секунд она сидела и слышала только стук своего сердца.

Но вот чиркнула спичка. Неровное пламя выхватило из темноты склоненное лицо Спиридона, зажигавшего свечку. Гоша стоял к Варе спиной, как бы загораживая ее от того, кто еще не решился переступить порог.

– Вечер добрый, – раздалось от входа. Варя сразу же узнала этот густой, низкий голос. Дэн!

– Надеюсь, – спокойно отозвался старик, а потом обернулся и внимательно посмотрел на незваного гостя:

– Какими судьбами? – Появление Дэна, казалось, совсем не удивило его.

– Спасибо, что приютили нашу девочку, – бесстрастно пробасил Дэн, – Варвара, идем! – Его голос прозвучал властно. Варя даже приподнялась с топчана. Но старик мягко положил ей ладонь на плечо, и она снова села.

– Варюш! – Там, на улице, были еще люди, и этих людей Варя тоже знала. Стю и Римма! Неужели! И они здесь! Вот так новости! Выходит, подруги искали ее! Ну, конечно, они вернулись в домик, обнаружили запертую дверь, забеспокоились… Ах, как это мил…

– Девчонки, я здесь. – Варя снова приподнялась с топчана. Неудобно получилось, заставила людей волноваться, бродить ночью по горам, искать ее…

– Вот и отлично, – пробормотал Дэн и добавил громче, обращаясь к ней: – Варвара, поблагодари хозяина и пойдем.

– Да, да. – Она вскочила, засуетилась. – Спасибо вам… Было очень приятно… И чай вкусный…

– Варя, не делай этого, – чуть слышно произнес старик.

– Что? – удивленно переспросила она.

– Не ходи к нему. Он сюда войти не сможет.

– Варвара! – Голос Дэна колоколом заполнил лачугу.

– Варя! Варюш! – колокольчиками поменьше зазвенели голоса девчонок.

Варя растерянно посмотрела на хмурое лицо старика, на напряженную спину Гоши.

– Здесь нет ничего твоего. Убирайся, полуночник! – в словах старика прозвучала угроза.

– Прошу прощения? – надменно переспросил Дэн. – Я не ослышался? Вы хотите силой удержать несовершеннолетнюю девочку? Да вы знаете, чем это пахнет?! Я, между прочим, могу сюда полицию привести!

– Неужели?

Варе показалось или она уловила в голосе старика насмешку?

– Дядь Спиридон, я пойду, – смущенно произнесла она, – а то у вас правда могут быть неприятности…

– Так-то лучше, – одобрительно произнес Дэн. – Варвара, нам пора!

Гоша и Спиридон сомкнули плечи. Теперь Варя стояла за их спинами, как за заслоном.

– Сиди, – бросил ей Спиридон, – никого он не приведет.

– Да, но… – начала было Варя.

– Сиди, тебе говорят! – прикрикнул Гоша.

Варя приподнялась на цыпочки, стараясь разглядеть того, кто стоял в дверях. Успела увидеть смутное очертание человеческой фигуры. Он так и не вошел, держался у порога. Варя виновато улыбнулась, давая понять, что она тут ни при чем, так получилось… Дэн ей, конечно, не нравился, но вот, пришел же за ней, значит, беспокоится, чувствует ответственность, и девчонки тоже… а сны – да что такое сны? Что они значат? Да ничего.