Большая книга ужасов. Millennium - Усачева Елена Александровна - Страница 41

На подоконнике, сложив ручки на груди, сидел Митроша и смотрел на Ксюху грустными глазами.

– Не ходи, – пропищал он.

– Я же ненадолго, – оправдываясь, ответила Ксюха.

– Пропадешь, – в голосе домового прозвучала такая страшная тоска, что Ксюха поежилась и даже подумала: а может, и правда не ходить… Но она снова вспомнила Наташу и Славку.

– Митроша, я должна!

– Деревня умирает, – вдруг ни с того ни с сего сказал домовой.

– Разве кто-то умер? – испугалась Ксюха. – Хаврониха уморила?

Митроша покачал головой.

– Послушай, – догадалась спросить у него Ксюха, – а ты знаешь, что случилось со Славкой и Наташей? Где они?

– Не ходи! – уперся на своем Митроша.

– Митроша, а ты попроси бабу Любу, может, она поможет им и мне? – заискивающе попросила Ксюха.

– Она знает, – ответил Митроша, – а ты не ходи!

Ксюха уселась на подоконник рядом с домовым и задумалась. Маленький домовой боялся, это понятно. Он предупреждает Ксюху об опасности, это очень трогательно, но… Кто же побеспокоится о судьбе Наташи? А Славка? У них дома не живут домовые? Или они не настолько любят своих хозяев? Митроша просто сильно привязан к бабе Любе, поэтому и Ксюху защищает. А если бы ее родители купили другой дом? Что тогда было бы с Ксюхой?

«Нет-нет, все это не просто так, не случайно, – думала она, – все произошло именно так, как должно было произойти. Кто знает, может, я – единственная, кто в силах справиться с Хавронихой? Что, если я – последняя надежда для погибающей деревни? А я, вместо того чтобы спасать всех, сижу тут и болтаю с симпатичным Митрошей. Спасибо ему, конечно, но… Ведь это я уговорила Славку и Наташу пойти к Хавронихе. Значит, я виновата в том, что с ними случилось. Да и сам домовой только что сказал, что деревня умирает. Они все умирают – и не могут постоять за себя, не могут справиться с бедой. А баба Люба? Почему она ничего не предпринимает? Ведь она может! Или нет?» Мыслей было много. Ксюха тряхнула головой и, протянув руку, осторожно погладила Митрошу по мягкой шерстке. Он смешно и коротко заурчал, почти как кошка.

– Прости, Митроша, но я все-таки пойду, – вздохнула Ксюха, – но ты не волнуйся, я ничего не буду предпринимать, пока не выясню, что и как.

Митроша задрожал. Створка окна с силой захлопнулась, зазвенели стекла.

Ксюха прикусила губу: сейчас кто-нибудь проснется! Но никто не проснулся. В доме по-прежнему стояла тишина. Она хотела попросить домового, чтобы тот больше не шумел, но, взглянув на него, увидела, как тот грозит кулачком кому-то в окно.

Ксюха никого не увидела, только метнулась быстрая темная тень, пронеслась мимо окна раз, другой.

– Летучая мышь! – догадалась Ксюха.

И действительно, ночная летунья безбоязненно уцепилась лапками за наличник и повисла вниз головой, с любопытством наблюдая за Ксюхой и домовым. Казалось, ей доставляло удовольствие дразнить его.

Ксюха постучала костяшками пальцев по стеклу, но мышь не испугалась и не улетела.

– Доброй ночи, – услышала Ксюха и чуть не свалилась с подоконника. Под окном стоял тот, к кому она собиралась бежать этой ночью.

– Игнат Палыч?!

– Он самый, – колдун крякнул. Митроша прижался к Ксюхиному боку, его тельце сотрясала дрожь.

– Я ждал тебя нынче, – сказал колдун.

– Откуда вы… Ах да, – пробормотала Ксюха.

– Что ж, раз не пришла, я не гордый, могу и сам зайти. У нас с тобой интерес обоюдный.

«О чем он говорит? – не поняла Ксюха. – Какой интерес?»

– Вы, кстати, обещали разобраться с Хавронихой, – напомнила она.

– Я и хотел, – отозвался колдун, – да за тобой разве поспеешь. Вот и наломала дров!

– Чего это я наломала? – насупилась Ксюха. – Хаврониха ваша Славкину невесту с черной свечкой по деревне бродить пустила. Я что, должна была из окошка на все это смотреть и радоваться? А вы тоже хороши! Ведь знали, что ведьма Светлану украла и мучила, что ж не остановили ее?

– Это не мое дело, – буркнул колдун.

– Не ваше? – переспросила Ксюха. – А чье же? Вы здесь живете, между прочим!

– Снова-здорово! – перебил ее Игнат Палыч. – Я не ссориться пришел, а по делу.

Ксюха заинтересовалась, сползла с подоконника, распахнула створку окна и свесилась на улицу:

– Ну, говорите…

Колдун сверкнул глазами и полез за пазуху.

– Вот, – сказал он, доставая оттуда что-то овальное, завернутое в тряпку.

– Что это? – не поняла Ксюха.

– Зеркало, – просто ответил он, – помнится, оно тебя заинтересовало…

Ксюха чуть ли не целиком свесилась из окна.

– Ну, заинтересовало, и дальше что? – спросила она нетерпеливо.

– А то, – неторопливо начал колдун, – хочешь помочь Славкиной невесте и всем остальным?

– Конечно! – вырвалось у Ксюхи. – Что надо делать?

Колдун удовлетворенно кивнул:

– А вот что. Надо, чтоб Лизавета посмотрелась в это зеркало…

– А, я поняла! Надо поднести зеркало к ее лицу, схватить ее за ухо и крикнуть: «Пошла вон!» Так?! – затараторила Ксюха. – Но у меня есть вопросы. Как мы ее найдем? И захочет ли она смотреться в это зеркало?

– Это я беру на себя, – почти вкрадчиво произнес Игнат Палыч, – а твоя задача – вовремя достать зеркало.

– Моя? – искренне удивилась Ксюха.

– Уж извини, – к колдуну вернулась его обычная суровость, – мне одному никак не справиться.

– Ну, надо подумать, – засомневалась Ксюха.

Колдун насмешливо оскалился:

– Испугалась? А кто тут недавно обвинял меня в бездействии?

Ксюха покраснела.

– И имей в виду, времени у нас мало. Наташка и Славка давно дома, так что со стороны никто ничего не заметил. Лизавета обвела тебя вокруг пальца!

– Дома? – удивилась Ксюха. – А я-то думала, что они погибли или что Хаврониха их держит где-нибудь в тайном месте.

– Незачем ей, – колдун снова неприятно оскалился, – твои друзья и так в полной ее власти.

– Она их заколдовала! – догадалась Ксюха. – Они теперь вроде Светки, да?

– Вроде, не вроде, – проворчал колдун, – ты лучше меня слушай! Лизавета, конечно, сильная ведьма, но и я кое-что могу. – Он приблизил свое лицо к Ксюхиному и прошептал: – У нее есть власть над деревней, а у меня – над ней. – И колдун постучал по зеркалу. – Здесь кое-что скрыто, то, что принадлежало Лизавете.

– Ухо! – догадалась Ксюха. – Свиное ухо!

– Ухватистая ты, – похвалил колдун, – я это сразу понял… Так что бери зеркало.

– Не бери, не бери! – заверещал домовой. Но Ксюха уже протянула руки, уже взяла тяжелое зеркало, завернутое в тряпку.

Колдун вздохнул, глубоко, с облегчением, и проговорил зачем-то:

– Долг платежом красен!

Ксюха выпрямилась и прижала зеркало к груди. На подоконнике залился слезами Митроша.

– Жди! – велел колдун и исчез.

Ксюха всмотрелась в темноту, потом захотела погладить домового, утешить его. Но Митроша тоже исчез.

Глава семнадцатая

Охота на ведьму

Ксюхе очень хотелось получше рассмотреть волшебное зеркало. Она вернулась на кровать, села и осторожно развернула тряпицу. В комнате было достаточно светло от уличного фонаря, и Ксюха не решилась включить свет.

Она отбросила тряпку и восторженно взглянула на отполированную до блеска поверхность. Да, красивейшая вещица! По краям зеркало обрамляла рама из того же металла, только изрядно почерневшего от времени. Ксюха присмотрелась, провела пальцами по краю. Искусный мастер изобразил ветви и грозди винограда, сплетающихся змей, причудливые знаки или буквы, а может, руны?

«Это древнее письмо, – подумала Ксюха, любуясь зеркалом, – как жаль, что я не могу прочесть то, что здесь написано». Зеркало нравилось ей все больше. Ксюха, пока рассматривала его, и думать забыла о колдуне, Наташе, Славке, Хавронихе… Что думать-то? Ведь теперь она обладает такой сильной вещью! Можно сказать, волшебным артефактом! С таким зеркалом что хочешь можно совершить. И она – не деревенский колдун, который прятал драгоценность у себя под столом. Нет! Уж она-то найдет достойное применение волшебству. Она теперь всех спасет! Да она вообще уничтожит все мировое зло! Вот так!