Книга будущих командиров - Митяев Анатолий Васильевич - Страница 89

Ещё не стреляли пушки по Берлину, а уже были первые герои Берлинской операции. Ими стали бойцы 20-го мостового батальона, все до одного получившие ордена и медали за спасение Варшавского железнодорожного моста. На дальних подступах к нему сапёры фугасами взрывали льдины, лёд бомбили и лётчики. Сам мост, как вспоминает генерал Антипенко, «был привязан к обоим берегам тросами по 4-5 «ниток» в каждую сторону. Поверх моста поставили около ста платформ, гружённых булыжником, чтобы повысить устойчивость опор. В критический момент лёд так надвинулся на этот мост, что образовался прогиб в центре его. Поезд, стоявший на мосту, растянулся и, казалось, вот-вот разорвётся… Бесстрашные люди карабкались по льдинам у самого моста, проталкивая их шестами в пролётные проходы. Иногда глыбы льда, громоздясь, достигали высоты мостового настила, и не каждый мог удержаться на этой подвижной, грохочущей ледяной массе – некоторые срывались в воду. Но, хватаясь за брошенные им верёвки, они без промедления взбирались на льдины и снова вступали в борьбу». Трое суток продолжалась схватка с рекой, и мосты удалось отстоять.

ЗА ДВА ДНЯ ДО НАСТУПЛЕНИЯ

О снабжении фронта теперь беспокоиться нечего, и мы с тобой вернёмся к карте Берлинской операции. Посмотри линию фронта к началу наступления, к 16.4.

2-му Белорусскому фронту нужно форсировать Одер, точнее, Одер Восточный и Одер Западный. В полосе фронта река течёт по двум руслам. Можно наверняка предположить, что это будет нелёгким делом.

1-му Украинскому фронту тоже надо форсировать реку – Нейсе, которая впадает в Одер.

Только войска 1-го Белорусского фронта будут наступать с западного берега, с плацдарма у города Кюстрин (теперь это польский город Костшинь). Плацдарм, как ты знаешь, был захвачен ещё в Висло-Одерскую операцию. Немцы несчётное число раз пытались выбить наших с этого клочка земли, но не смогли. Красная короткая стрела говорит нам, что фронт свой первый основной удар нанесёт именно с плацдарма.

Рядом с этой стрелой надпись «9 А» – 9-я немецкая армия, усиленная танками и артиллерией. Пленённый гитлеровский генштабист генерал Йодль потом скажет: «Для генерального штаба было понятно, что битва за Берлин будет решаться на Одере, поэтому основная масса войск 9-й армии, оборонявшей Берлин, была выведена на передний край».

Противник, как мы видим, знал, откуда будет нанесён главный удар. Определить это было нетрудно: плацдарм-то один. На этом направлении он создал множество прочнейших укреплений. Вот ведь какое положение создалось – нашим войскам надо ломиться напролом. Кажется, никакой хитрости, чтобы уменьшить потери и облегчить солдатский труд, в такой ситуации не придумаешь… Но маршал Жуков всё же придумал.

Советская артиллерия времён Великой Отечественной войны.

За два дня до настоящего наступления советская артиллерия на всём протяжении фронта вдруг открыла мощный огонь. В артподготовке участвовали орудия даже крупных калибров. Как и полагается, за артподготовкой последовала атака пехоты – атаковали не все войска, а тридцать два разведывательных отряда. В нескольких местах им удалось выбить противника из траншей и закрепиться там.

Но не в этом была суть манёвра. Немецким генералам наша сильная разведка боем показалась началом наступления. Они ввели в действие всю артиллерию и этим выдали расположение своих батарей. Больше того, они перебросили к переднему краю из тыла резервы – поставили их под наш предстоящий (более мощный) артиллерийский и бомбовый удар.

Ещё была одна придумка. Артподготовка всегда начиналась на рассвете, а кончалась, когда становилось светло, чтобы пехота и танки видели во время атаки местность. И в этот раз немцы, естественно, ждали наше наступление утром. Но командующий решил начать атаку затемно, осветив неприятельские позиции прожекторами. На возвышенности перед участком прорыва незаметно установили 143 мощных прожектора – через каждые двести метров.

ПО СИГНАЛУ «РОДИНА!»

Очевидцы рассказывают, что за всю войну они не видели более грозной и впечатляющей картины, чем начало нашего наступления на 1-м Белорусском фронте. В пять часов утра 16 апреля радист с командирского пункта передал в эфир сигнал артиллеристам: «Родина!» Тысячи орудий и миномётов тут же открыли огонь. Дали первый залп «катюши». Над нашими позициями небо заполыхало багровым светом, будто прежде времени взошло грозовое солнце. Немецкие позиции потонули в пороховом дыму, тучах пыли и земли. По дальним целям, которые не доставала артиллерия, нанесли удар сотни бомбардировщиков. Тридцать минут град снарядов, бомб, мин сыпался на укрепления фашистов. За эти полчаса со стороны неприятеля не раздалось ни одного ответного выстрела. Враг был в растерянности, замешательстве – наступил наилучший момент для начала атаки.

В 5.30 вспыхнули прожекторы. Их лучи вырвали из темноты позиции неприятеля, ослепили его. Наша артиллерия перенесла огонь в глубину вражеской обороны. Пехота, самоходные пушки, танки ринулись на прорыв. Когда наступил рассвет, советские войска уже прошли первую позицию и начали штурм второй.

Противник постепенно приходил в себя. Сопротивление немецких войск нарастало. К тому же уцелела в основном оборона противника на Зееловских высотах (найди на карте город Зеелов). Страшный, упорный бой завязался там. Гитлеровцы понимали: если они не удержат этих позиций, останется только Берлин, а в нём долго не навоюешь. Они дрались ожесточённо, с упорством обречённых.

Верховное Главнокомандование было обеспокоено задержкой на Зееловских высотах. Командующему фронтом пришлось дополнительно ввести в бой две танковые армии. Только после этого 19 апреля враг начал отходить к Берлину. Правда, за эти трое суток немецкое командование несколько раз перебрасывало на высоты резервы из самого Берлина. И они были уничтожены нашими войсками, а сделать это было проще в полевом сражении, чем в уличных боях.

Как только танковые армии вышли из лабиринта минных полей, дотов, бронеколпаков, дело наладилось, всё пошло своим чередом. 20 апреля войска 1-го Белорусского фронта уже обходили Берлин с севера. Тогда же наша артиллерия нанесла первый огневой налёт по рейхстагу. А 21-го советские солдаты ворвались на северную окраину фашистской столицы.

Что происходило в те дни у соседей? Войска 2-го Белорусского фронта вели напряжённые бои на узком и длинном острове между Восточным и Западным Одером. Подавив здесь сопротивление врага, они вскоре форсировали и Западный Одер (Вест-Одер) и стали продвигаться на запад и северо-запад. Ты помнишь, в их задачу входило прикрыть 1-й Белорусский фронт от удара во фланг? Они свою задачу выполнили, сковав 3-ю танковую армию немцев. Найди её положение на карте.

Войска 1-го Украинского фронта начали артподготовку тоже 16 апреля, но чуть позже 1-го Белорусского, в 6.15. Здесь командующий маршал Конев, наоборот, как бы продлил тёмное время суток: по всему почти четырёхсоткилометровому фронту самолёты-штурмовики поставили дымовую завесу. Линия фронта проходила по берегу реки Нейсе, и противник не мог определить, где советские войска начнут переправы.

Штурм рейхстага. С картины П. Кривоногова.

Под прикрытием дыма наши части форсировали реку, прорвали оборонительный рубеж на её западном берегу и устремились вперёд. Здесь укреплений было меньше, чем на восточных подступах к Берлину. И подвижные войска вскоре с ходу форсировали ещё одну реку – Шпрее.

24 апреля войска 1-го Украинского фронта соединились с войсками 1-го Белорусского юго-восточнее Берлина, окружив 200 000 гитлеровских войск в лесах у Вендиш-Буххольца. Через день замкнулось кольцо на западе от Берлина, в нём оказалось ещё 200 000 неприятеля.