Обещание - Макголдрик Мэй - Страница 47

– Но ты тоже поедешь с нами! Его сиятельство полагает, что тебе нечего бояться леди Мэг, моей бабушки. Она полюбит тебя. Ты ведь поедешь с нами? Скажи, что поедешь!

У Ребекки болезненно сжалось сердце. Все взгляды были устремлены на нее.

– Мама?

Джейми по-прежнему называл ее мамой. Глаза мальчика наполнились слезами.

– Я должна обсудить это с его сиятельством. – Она повернулась к Стенмору: – Потом поговорим.

Прежде чем отправиться с сэром Николасом в дом Хартингтонов, Берч навел кое-какие справки об этой семье.

Со дня убийства сэра Чарльза Хартингтона в Воксхолл-Гарденз неизвестным злодеем прошло восемь лет, но леди Хартингтон до сих пор болезненно реагировала на любое упоминание о случившемся, поскольку ее муж вел распутный образ жизни и волочился за любой женщиной, независимо от возраста, статуса и семейного положения. По слухам, убийство главы семьи совершил один из мужей, лодочник, всадив сэру Чарльзу нож между ребер.

Ситуация и не представлялась такой уж исключительной, тем не менее вполне объясняла желание почтенной женщины, какой, несомненно, была леди Хартингтон, избегать разговоров на эту тему.

По прибытии в особняк Хартингтонов сэра Оливера и сэра Николаса проводили в приемную комнату хозяйки. Сэр Оливер с удивлением обнаружил, что женщина обладает достаточно приятной наружностью и выглядит моложе своих лет.

– Как странно, что за эту неделю ко мне обращаются уже второй раз и задают одни и те же вопросы об одном и том же человеке.

Берч переглянулся с сэром Николасом. Оба были ошеломлены.

– Значит, кто-то еще приходил к вам наводить справки о мисс Ребекке Невилл? – спросил Берч.

– Вот именно! Леди Луиза Нисдейл. Она побывала у меня в понедельник и утверждала, что является подругой бесследно исчезнувшей мисс Невилл. Надеялась, по ее собственному выражению, разузнать что-нибудь о своей пропавшей подруге.

– Ах, леди Нисдейл. – Берч нахмурился, подумав, что Стенмор убьет Луизу. Но при виде ярости, промелькнувшей в глазах Николаса, не был уверен, кто сделает это первым. – А леди Нисдейл объяснила, почему обратилась именно к вам?

– Она утверждала, будто является старой школьной подругой Ребекки и что на меня якобы сослалась их старая школьная наставница, – Женщина покраснела от негодования. – Но едва она обмолвилась об этом, как я тотчас догадалась, что дама лжет. Я давно знаю миссис Стокдейл. Более того, продолжаю с ней общаться, поскольку моя дочь Сара – ей сейчас шестнадцать – является воспитанницей ее замечательной школы. Миссис Стокдейл никому не сообщит сведения такого рода. Я ничего не сказала леди Нисдейл и отправила ее восвояси.

Берч с трудом скрыл вздох облегчения. У него и без того хватало забот в последнее время. Недоставало только вмешательства в это дело Луизы.

– Позволите ли мне напрямую спросить, как вы узнали, что я имею какое-то касательство к мисс Невилл?

Берч не нашелся что ответить. Зато сэр Николас отреагировал мгновенно.

– Ваше имя подсказала нам мать мисс Невилл. Она известная актриса. Ваш покойный супруг как-то посетил ее и обмолвился, что нанял Ребекку на работу.

На лицо женщины набежала тень.

– Простите, миледи, что ссылаемся на вашего покойного супруга, – мягко заметил Берч. – Но нам чрезвычайно важно знать, какого рода деятельностью и как долго занималась мисс Невилл, находясь у вас в услужении, а также обстоятельства, связанные с ее уходом.

От внимания адвоката не ускользнуло, что костяшки пальцев сложенных на коленях рук леди Хартингтон побелели и она вновь залилась румянцем. Он знал, что, если бы их вопросы не имели отношения к графу Стенмору, члену палаты лордов, леди Хартингтон тут же выставила бы их вон.

Леди подняла глаза.

– Мисс Невилл прибыла к нам из школы для девочек миссис Стокдейл десять лет назад. Я наняла ее в качестве домашней учительницы для своих троих детей. В то время им было шесть, восемь и десять лет. Старший собирался на учебу в Итон. У Ребекки были прекрасные рекомендации от миссис Стокдейл.

– Насколько мне известно, – вставил сэр Николас, – девушки, которые учатся в этом учебном заведении, не нуждаются в добывании хлеба насущного.

– Вы правы, сэр, – мягко ответила леди Хартингтон. – Мне очень повезло с ней, но я была уверена, что она у нас надолго не задержится.

Женщина замолчала. Берч заерзал в кресле. Он не мог оказывать на нее давление, но желание узнать все до конца сводило его с ума. Ему хотелось убедиться, что Ребекка ничем себя не запятнала. Доказать, что Стенмор поступает правильно, собираясь сделать ее своей женой.

– Продолжайте! – нетерпеливо произнес сэр Николас.

– Ребекка пробыла у нас месяц, – снова заговорила леди Хартингтон. – Должна признаться, лучшей учительницы у моих детей никогда не было.

– Но через месяц она с вами рассталась, – произнес Николас.

– Это так.

– Почему?

– Не знаю.

– Просила ли она у вас перед уходом какие-либо рекомендации?

– Нет.

– Поставила ли вас в известность о своем уходе?

– Нет.

– Получила ли перед уходом жалованье?

– Едва ли, – помолчав, прошептала леди Хартингтон.

– Забрала ли свои вещи?

– У Ребекки здесь почти не было вещей.

– Но она забрала их?

– Нет. – Леди Хартингтон побледнела.

– Не хотите ли вы сказать, что Ребекка Невилл не ушла, а исчезла в один прекрасный день?

Николас поднялся.

– Послушайте, сэр Николас, – возмутился сэр Оливер, когда друг Стенмора приготовился к новой атаке.

– Вы не подумали, мэм, что с девушкой стряслась беда? Ведь вы несли за нее ответственность!

Леди Хартингтон отвернулась, продолжая хранить молчание.

– Вы были дома, миледи, в тот день или в ту ночь, когда мисс Невилл ушла? – мягко поинтересовался Берч.

Она покачала головой и поднялась.

– А ваш супруг? – не унимался Берч.

Леди Хартингтон устремилась к двери, а взявшись за ручку, произнесла:

– Я сообщила вам все, что могла, джентльмены. А теперь прошу прощения. Мне нездоровится. Мой дворецкий проводит вас.

Когда дверь за женщиной притворилась, мужчины переглянулись.

– Мы не выяснили все до конца, – мрачно заметил Берч.

– По крайней мере мы знаем, что в деле был замешан ее муж! – сердито бросил Николас. – Нет сомнений, что грязный подонок добрался до нее!

– Или пытался добраться, сэр Николас. Не стоит делать скоропалительных выводов.

– Ваша правда. Возможно, она сбежала, чтобы избавиться от его домогательств.

– Леди Хартингтон чего-то недоговаривает, – заключил адвокат. – Еще одна встреча с ней – и я все выясню.

В комнату вошел дворецкий, и Берч умолк.

Едва они вышли из приемной, как Николас положил ладонь на мускулистую руку дворецкого.

– Скажи-ка, братец, не ты ли участвовал на прошлой неделе в состязаниях в Уэдерби?

– Да, сэр, я.

– Благодаря тебе я выиграл кучу денег. Было на что посмотреть, должен признаться. У тебя сокрушительный удар правой.

Пока они спускались с лестницы, адвокат не без удовольствия слушал, как мужчины обсуждают прошедшие на минувшей неделе бои и ставки в боксерских клубах, ожидаемые на этой неделе.

. – А тот дворецкий, который работал перед вами...

– Роберт, сэр.

Адвокат прислушался. Втроем они стояли у открытой двери, выходившей на тихую улицу.

– Правильно, Роберт. Не передашь ли ему от меня записку, Джордж?

Человек с опаской огляделся. – Всенепременно, сэр.

– На следующей неделе буду ставить только на тебя, Джордж.

Когда они сели в экипаж, Николас сказал:

– Мой новый приятель Джордж работает дворецким в доме Хартингтонов всего два года. Но его предшественник по имени Роберт служил там со времен падения Трои.

– И, видимо, находился здесь во время пребывания в этом доме Ребекки.

– Абсолютно точно. По словам Джорджа, Роберта уволили за пристрастие к азартным играм, когда он растратил господские деньги. Судя по всему, он до сих пор питает неприязнь к покойному сэру Чарльзу Хартингтону.