Бунтарка - Макголдрик Мэй - Страница 53

– Моя дорогая, я пришла, чтобы помочь вам. У меня в Англии есть связи. Существует немало способов все исправить. Пожалуйста, позвольте мне изменить ситуацию к лучшему.

Джейн перевела взгляд на свои пальцы, вцепившиеся в руку Александры. Отчаяние мучило ее тело и душу. Но, Боже, помощь ей требовалась не только в этом. Джейн верила, что ее единственный шанс снова обрести счастье связан с Николасом… и ее любовью к нему. Несмотря на бесконечные слезы, проливаемые ею с того момента, как она поселилась в домике Дженни, она ни на минуту не забывала, что находится здесь по просьбе сестры. Она не могла лишить Клару шанса.

– Никто не в силах ничего изменить, – покачала Джейн головой, избегая смотреть на Александру. – Я искренне благодарна вам за веру в меня. Но мое прошлое слишком скандально, как и моя нынешняя жизнь…

Она отпустила руку леди Спенсер и уставилась на огонь.

– У нас с Николасом нет возможности стать счастливыми. Мне следовало пресечь все в самом начале. Это моя ошибка. Я заставила его страдать. Простите меня.

Джейн отвернулась к окну.

Леди Спенсер не проронила больше ни слова и вышла из комнаты. Только когда дверь за ней закрылась, Джейн позволила себе дать волю слезам. Это были горькие слезы, беспомощные, злые. Она знала, что еще одного шанса у нее не будет. Отныне она навеки останется пленницей своего прошлого и семьи. Без надежды на спасение.

Услышав, что вернулась Дженни, Джейн быстро вытерла слезы.

– Прости, Дженни, что тебе пришлось развлекать гостью. Никогда не думала, что сюда кто-нибудь приедет.

– Ничего, девочка. Она мне не была в тягость. Твоя леди Спенсер мне очень понравилась. У тебя с ней много общего.

Джейн попыталась улыбнуться, но к горлу подступил ком.

– Зачем ты себя мучаешь, дитя? – проворчала Дженни. – Вернись к прежней жизни и не терзай себя.

– Ты о чем?

– Отпусти его, моя голубка. Девять лет – более чем достаточно. Конор мертв, а у тебя вся жизнь впереди. – Она заглянула Джейн в лицо. – Ты не виновата в том, что его повесили. Парень знал, что делает. Понимал, как рискует, действуя заодно с «Белыми мстителями». Он прожил жизнь как хотел. Он мне родной. Я вырастила его. Знай он, что ты всю жизнь будешь страдать, не связывался бы с тобой.

Джейн подошла к очагу. Торф давал очень мало тепла, но она чувствовала, что лицо ее пылает.

– Я заняла место Конора, когда его не стало. Я вела наш отряд «Белых мстителей» его курсом…

– Нет, дорогая. Ты пала духом. Ты больше не «огонек» Конора, как он тебя называл. Думаешь, Конор обрадовался бы, увидев, как ты только что упустила свой шанс, отпустив леди Спенсер? Затаил бы обиду, если бы ты устроила жизнь с сыном этой женщины и стала счастливой?

Джейн догадалась, что Дженни все слышала.

– Я… сэр Николас…

– Я не глухая, девочка. – Дженни ласково обняла Джейн. – Благодаря болтливому языку Ронана все от Корка до Лимерика знают, что баронет увивается за тобой. Да и ты к нему неравнодушна. – Не дав Джейн произнести ни слова, Дженни продолжила: – Наконец появился кто-то, достойный моей Эган. Вспомнить только, что он не выдал тебя в тот первый день! А как помог Кэтлин! Зная обо этом, я, старая дура, надеялась, что вы с Николасом будете счастливы. А после знакомства с его матушкой убедилась, что это вполне возможно.

– Нет. – Джейн покачала головой. – Нас разделяют не только Конор и «Белые мстители», но и… – Она вздохнула. – Я не хочу об этом говорить…

Дженни долго смотрела на нее, хмуря брови.

– Это связано с твоей сестрой, я угадала?

– Не впутывай сюда Клару. Поверь тому, что я сказала, и оставь меня в покое.

Наступило молчание. Через некоторое время Дженни снова заговорила, но уже более мягким тоном:

– Тебе следует вернуться сегодня в Вудфилд-Хаус и принять участие в том, что у вас там запланировано.

Джейн с удивлением посмотрела на Дженни:

– Но я…

– Я получила сообщение от Лайама. Финн хочет, чтобы ты вернулась. Говорит, что ты должна быть на виду. Следовательно, должна появиться на балу матери. Должна притвориться, будто ничего не случилось и что тебе ничего не известно о том, что произошло вчера.

За годы, проведенные с «Белыми мстителями», у Джейн развилась способность запрещать себе думать об опасности рейдов и их последствий. Если бы не опухшая лодыжка, нуждавшаяся в лечении, она и не вспомнила бы о вчерашней засаде и о том, что с нее сорвали маску. Было темно, и никто не видел ее лица с близкого расстояния.

Джейн нахмурилась. Правда, Королеву Мэб видели окружившие ее солдаты. И возможно, кто-то догадался, что Эган – женщина.

– А есть какие-нибудь другие важные новости? Уверена, что меня никто не разглядел.

– Ничего не знаю, кроме того, что мне было передано.

Финн тоже сказал ей, что она должна вернуться к другой жизни.

– Я не могу появиться сегодня на балу.

Не говоря уже о том, что ей придется снова увидеться с Николасом, а она решила расстаться с ним. Ведь она не сможет объяснить ему, что после разговора с Кларой ей пришлось уехать.

– Я прошу об этом не ради тебя. Ты должна сделать это ради других, – заявила Дженни. – Малейшее подозрение обернется для большинства из нас большой бедой. Через тебя установят связь многих из нас с отрядом. Включая и живущих в Вудфилд-Хаусе. Джейн, у тебя нет выбора.

Слова Дженни трудно было оспорить. Попадись она Масгрейву, и он с легкостью вычислит все ее связи.

– Жаль… что я не подумала об этом, пока леди Спенсер была еще здесь.

– Она не уехала. Я попросила ее подождать в коляске и дать мне возможность поговорить с тобой. Я знала, что ты должна уехать. И пока слушала, подумала, что нет лучше уловки, чем эта.

Глава 25

Нельзя было терять ни минуты.

В доме священника в Балликлоу Джейн не оказалось. Миссис Браун сказала, что не видела ее сестру уже несколько дней. Тогда Клара осведомилась о местонахождении преподобного Адамса, но от приглашения экономки подождать его в доме отказалась. Он шел вдоль холма за дорогой на Маллоу.

Клара бросилась бежать и догнала его.

– Генри! – запыхавшись, окликнула его Клара. – Ты должен мне помочь. Я ищу Джейн. Это срочно!

Она подняла на Генри глаза. Лицо его было печально. У Клары болезненно сжалось сердце, и она схватила священника за руку.

– Нет! Только не говори, что случилось что-то плохое. Пожалуйста! – Из глаз ее хлынули слезы.

Генри взял ее под руку и повел прочь от дороги и любопытных глаз жителей деревни. Она едва соображала, что идет по тропинке вниз через каменистый ручей и затем вверх в зеленые поля.

– Это я… я виновата, – бормотала она. – Если бы я не…

– С Джейн ничего не случилось, – заверил ее священник.

– Но… ты… ты явно чем-то расстроен!

– Я только что с похорон. Умерла жена дубильщика Дарби О'Коннелла. Да упокоится она с миром. Видит Бог, она не знала покоя при жизни.

– О, сожалею, – прошептала Клара, вытирая слезы. – Молодая?

– Очень молодая.

– Остались дети?

– Один умер во время родов, и это ее убило. Остались трое других.

Клара снова вытерла глаза.

– А муж?

– Едва не спятил от горя, несчастный.

Клара яростно терла глаза, не в силах справиться со слезами. Генри ласково обнял ее за плечи, Клара прильнула к его теплу и обмякла.

– Мне… мне так жаль, – всхлипывала она. – Я даже не знала бедняжку. Но это так печально, и я очень беспокоюсь за Джейн. Я не могу… ее найти, но знаю, что она на меня сердится. Наверняка не поверит тому, что я собираюсь ей сказать. Но я случайно услышала, что капитан Уоллис сказал отцу, и должна найти Джейн, чтобы предупредить ее.

Генри толком ничего не понял из того, что говорила Клара. Она тотчас замолчала и густо покраснела, когда он приподнял ее подбородок, заставив посмотреть в его внимательные серые глаза.

– Начни сначала. Что именно ты слышала?

Сделав глубокий вдох, Клара, запинаясь, повторила слово в слово все, что слышала на выгуле: