Бунтарка - Макголдрик Мэй - Страница 35

Это ее право быть женщиной, матерью. Она любила когда-то и тяжело страдала, когда потеряла возлюбленного. Но люди ничего не забывают. За скандалом и сплетнями они не видят человека.

На радостной ноте Джейн дочитала до конца сказку. Добро победило зло. Но к несчастью, так бывает только в сказках. В жизни, увы, все наоборот. Дэниел уже уснул, Мейр улыбалась. Джейн поцеловала ребенка в лоб. Девочке очень не хотелось отпускать ее руку, но пришлось, когда Джейн поднялась.

Джейн задула свечу на столике возле кровати и, лишь когда выпрямилась, заметила Генри Адамса.

– Давно ты здесь?

Она улыбнулась, и на сердце у Генри потеплело. Джейн уже много лет была его другом.

– Достаточно давно, чтобы оказаться убаюканным чарами и магией твоего языка.

– Не могу поверить, что после стольких лет ты так и не научился говорить по-гэльски, – прошептала Джейн, еще раз оглянувшись на детей, прежде чем выйти следом за Генри из комнаты.

– Откуда ты знаешь, что не научился?

Джейн с недоверием посмотрела на него:

– Потому что никогда не слышала, чтобы ты говорил по-гэльски.

В коридоре она слегка прикрыла дверь в детскую комнату.

– Приезжала бы почаще, узнала бы обо мне еще много удивительного. – Он взял ее руку и поднес к губам. – Почему от тебя всегда так хорошо пахнет?

Джейн остановилась и с удивлением посмотрела на него:

– О чем это ты, Генри Адамс?

Рассмеявшись, он отпустил ее руку и нежно обнял за плечи. Вместе они двинулись по коридору.

– Вы видите меня насквозь, мисс Пьюрфой, не так ли?

– Разумеется, если учесть, сколько лет я тебя знаю. – У двери комнаты Боуви Джейн остановилась. – Как он?

– Его все еще лихорадит. Но он не спал, когда последний раз я заглянул к нему.

Джейн взялась за ручку двери, но Генри ее остановил.

– Тебя ждет сюрприз.

– Сюрпризы могут быть приятными. – Толкнув дверь, Джейн ахнула от радости. – Кэтлин! Ты здесь!

Боуви крепко держал мать за руку. Молодая женщина поднялась и сквозь слезы улыбнулась Джейн:

– Я только что приехала.

Джейн порывисто обняла ее.

– Спасибо, мисс Джейн, – прошептала Кэтлин, не сдержав слез. – Я знала, что вы придете за ними. Знала, что выручите нас.

Следом за ними в комнату вошла миссис Браун, неся поднос с миской супа и буханкой хлеба.

– Мейр рядом, Кэтлин. Возможно, еще не спит. Дэниел тоже с ней.

Боуви потянулся к матери, и она присела рядом с сыном. Несмотря на болезнь, он выглядел счастливым.

– Да, мисс. Я сейчас пойду к ним.

Увидев, что Генри уходит, Джейн последовала за ним и догнала его у лестницы. При звуке ее шагов он обернулся. В порыве благодарности Джейн бросилась ему на шею.

– Спасибо за то, что помог вернуться Кэтлин. Твоя доброта не знает границ.

– Сожалею, но благодарить ты должна не меня, а жениха Клары, сэра Николаса.

– А я думала, он уехал.

– Он уехал утром в Баттевант. Упомянул какое-то денежное пожертвование, которое собрал якобы с твоей помощью для наиболее нуждающихся семей этого района. Сказал, что намерен выяснить у магистрата, за что арестовали Кэтлин. Если это как-то связано с собранными деньгами, он будет требовать, чтобы ее освободили.

– И ты мне ничего не сказал!

– Я сомневался, что ему это удастся.

Генри направился к лестнице, но Джейн его остановила.

– Почему ты относишься к нему с неприязнью, Генри?

– С неприязнью? – ушел он от вопроса.

– Невооруженным глазом видно, что вы терпеть не можете друг друга.

– Просто я считаю, что он не подходит Кларе, и имею на то основания, а о причинах его неприязни ко мне спроси у него.

– Где он сейчас?

– Думаю, возвращается в Вудфилд-Хаус.

– Ты не пригласил его остаться поужинать? Не спросил, не хочет ли он увидеться со мной?

Генри пожал плечами:

– Нет! Я подумал, что он торопится к твоей сестре.

– С тобой бывает очень трудно, Генри. – Джейн проскользнула мимо него. – Давно он уехал?

– Не так давно. Я не захлопнул дверь перед его носом, Джейн. И он не изъявлял желания видеть тебя. – Джейн бросила на него укоризненный взгляд. – Но ведь ты сейчас за ним не поедешь, правда?

– Я возвращаюсь в Вудфилд-Хаус, – заявила Джейн, когда они спустились в прихожую, и набросила на плечи плащ.

– А как же Кэтлин и дети?

– Скажи им, что я вернусь завтра.

– Но я послал твоей матери письмо с предупреждением, что ты останешься здесь на ночь.

– Она не заметит, что меня нет, – заверила его Джейн, чмокнув в щеку. – Спокойной ночи, Генри.

Засветив свечу от лампы у входной двери, она вышла и направилась на конюшню, чтобы взять лошадь. Проворно оседлав Мэб, Джейн вывела животное на улицу.

«Николас сделал это для меня, – думала она, перебрасывая узду через голову лошади. – Поехал в казармы Баттеванта… и спас жизнь Кэтлин». Джейн не могла дождаться, когда отыщет его и поблагодарит.

Она собиралась уже сесть верхом, когда заметила долговязую фигуру Генри. Он стоял, прислонившись к дереву у своего дома, и молча наблюдал за ней. Этому человеку ей тоже стоило сказать спасибо. С виноватой улыбкой она приблизилась к нему:

– Прости, я была не права.

– Ты прощена, – сказал он серьезно, но уголки его губ тронула улыбка.

– Я так и не поблагодарила тебя за то, что ты сделал для Кэтлин и ее детей.

– Езжай, Джейн, езжай, может, догонишь его.

Глава 18

– Не стоит ли попросить сэра Томаса отправить людей на его поиски? Ваш сын отсутствует весь день!

Александра погладила леди Пьюрфой по руке.

– Совершенно уверена, что в этом нет ни малейшей необходимости. Насколько я знаю своего сына, он скорее всего в этот самый момент заводит дружеские связи с вашими соседями в деревенском трактире. Пока мы с вами разговариваем, они, вероятно, выпивают и, засучив рукава, пытаются перещеголять друг друга рассказами о военных подвигах. А через несколько часов будут делать ставки на победителя в уличной потасовке, если Николас сам не станет ее участником.

На лице хозяйки появилось манерно-изысканное выражение ужаса, вслед за чем она издала смущенный смешок.

– Ваши остроты не всегда сразу доходят до меня, леди Спенсер. Зачастую я не могу отделить правду от шутки.

Александра вопросительно изогнула бровь.

– Вы полагаете, я шутила?

Тень конфуза, омрачившая лицо женщины, обрадовала ее. Незадолго до вопроса хозяйки о местонахождении ее сына Александра подходила к Фанни, игравшей в карты с дочерью леди Пьюрфой. Модный, откровенный наряд Клары значительно отличался от платьев, которые она обычно носила. В облике молодой женщины произошли и некоторые другие перемены. Опытным глазом художника Александра решила попробовать угадать, что явилось тому причиной.

Клара оставалась, как всегда, молчаливой. Но свойственная ей мечтательность пропала. Она выглядела оживленной, даже возбужденной.

Александра присела в кресле рядом с молодыми женщинами.

– А что вы думаете об английском дворянине, которому смертельно надоело проводить время с людьми своего круга?

– Я нахожу его очаровательным. Но где встретить такого?

– Фрэнсис! – одернула ее Александра. – Я обращаюсь к Кларе.

– Но, матушка, нужно уточнить свое описание. Я, к примеру, хотела бы знать, молод ли этот благородный господин, хорош ли собой и занят ли поисками своей единственной любви. – В голубых глазах Фрэнсис, встретившихся с глазами матери, танцевали плутовские искорки. – В конце концов, я не слишком юна. Шестнадцать лет – самое время начать поиски.

– Вам, юная леди, рано об этом думать, – произнесла Александра тоном, не терпящим возражений, хотя голос ее звучал ласково.

– О! Теперь я понимаю. Ты имеешь в виду Николаса.

Леди Спенсер наградила дочь сердитым взглядом, и та спрятала улыбку. Сознавая, что препираться дальше с маленькой скандалисткой бесполезно, Александра повернулась к Кларе: