Криминальная история масонства 1731–2004 года - Платонов Олег Анатольевич - Страница 55

А. И. Хатисову было предложено выехать в Тифлис с миссией: переговорить с Великим Князем, с которым он состоял в дружеских отношениях. /…/ 30 декабря 1916 г. Хатисов приехал в Тифлис. В тот же день он получил аудиенцию у Великого Князя. /…/ Выслушав его, Великий Князь задал ему два вопроса: 1) не будет ли русский народ оскорблен в своих монархических чувствах? и 2) как отнесется к отречению Царя армия? /…/В тот же самый день рано утром приехал в Тифлис Великий Князь Николай Михайлович (историк и масон), чтобы сообщить Николаю Николаевичу важную новость: 16 Великих Князей договорились о том, чтобы свести Николая II с его трона». Они обещали полную поддержку, считая (как и сам Николай Николаевич), что Николай II должен быть убран. Важно заметить, что разговор Николая Михайловича с Николаем Николаевичем был до разговора этого последнего с Хатисовым. Конечно, самое постыдное в этой истории было участие 16 великих князей. И хотя Николай Николаевич в конце концов отказался от участия в заговоре, но решение это принял не как верноподданный Государя, а сомневаясь в надежности своих масонских «братьев».

Самым кровожадным был так называемый крымовский заговор.

Генерал А. М. Крымов, активный масон[255], предлагал осуществить убийство Царя на военном смотре в марте 1917 года [256].

Генералу Крымову, пользующемуся репутацией решительного человека, отводилась большая роль и еще в одном варианте заговора. Как рассказывал масон Н. Д. Соколов, в феврале 1917 года в Петербурге в кабинете Родзянко было совещание лидеров Государственной Думы с генералами, на котором присутствовали генералы Рузский и Крымов.

На совещании приняли решение, что откладывать больше нельзя, что в апреле, когда Царь будет ехать из Ставки, его в районе, контролируемом командующим фронтом Рузским, задержат и заставят отречься.

Генералу Крымову отводилась в этом заговоре решающая роль, он был намечен в генерал-губернаторы Петербурга, чтобы решительно подавить всякое сопротивление со стороны верноподданных Царя. Заговор этот не был чисто масонским, ибо в нем участвовали не только масоны (например, Родзянко), хотя организующая роль здесь принадлежала тому же Гучкову. По сведениям Соколова, во главе этого варианта заговора стояли Гучков и Родзянко, с ними был связан Родзянко-сын, полковник(?) Преображенского полка, который создал целую организацию из крупных офицеров, куда по некоторым данным входил даже великий князь Дмитрий Павлович[257].

Наконец существовал еще так называемый морской план. О нем говорил, в частности, Шульгин. Предполагалось пригласить Царицу на броненосец и увезти ее в Англию. Возможно, что заодно намечалось увезти туда и Царя.

Готовясь устранить Царя, либерально-масонское подполье прорабатывает разные варианты его замены. Прежде всего велась речь о передаче власти Наследнику при регентстве великого князя Михаила Александровича. Для некоторой части масонов была предпочтительней фигура великого князя Николая Николаевича. Существовал даже вариант установления новой династии — предлагаются и первые претенденты на престол — Павел и Петр Долгоруковы-Рюриковичи, состоявшие в масонских ложах. Однако окончательно победила основная масонская точка зрения — полная ликвидация русского исторического строя и ликвидация Монархии.

Обсуждение вопроса о захвате власти в 1915–1916 годы прошло во всех масонских ложах. Как пишет масон Кандауров, «перед февральской революцией Верховный Совет поручил ложам составить список лиц, годных для новой администрации, и назначить в Петрограде, на случай народных волнений, сборные места для членов лож. Все было в точности исполнено, и революционным движением без ведома руководимых руководили в значительной степени члены лож или им сочувствующие»[258]. Активная роль в подготовке «правительства новой России» принадлежала видному сионисту А. И. Браудо[259].

16 апреля 1916 года на тайном совещании на квартире масонов Е. Д. Кусковой и С. Н. Прокоповича представители прогрессистов, левых кадетов и правосоциалистических партий, тоже из числа масонов, еще раз обсудили опубликованные в газете «Утро России» списки кандидатов в министры. На этом совещании в качестве премьера был предложен все тот же руководитель Земгора масон князь Г. Е. Львов.

В конечном итоге новый состав правительства складывается в тайной конспирации либерально-масонского подполья, из заговорщиков — руководителей масонских лож, одновременно возглавлявших видные общественные организации — Земгор, Военно-промышленный комитет (ВПК), Прогрессивный блок Государственной Думы. Все было решено и оговорено заранее, хотя широкая общественность ничего не знала. Сговор прошел за ее спиной. Кандидатуры были готовы и предложены с подачи руководителей «общественных организаций» — масонов. «Не то чтобы составлялись списки будущего правительства, — проговаривается видный кадет масон Н. И. Астров, — но неоднократно перебирались имена, назывались разные комбинации имен. Словом, тут работала общественная мысль: в результате этой работы слагалось общественное мнение. Получалось любопытное явление. Повсюду назывались одни и те же имена (выделено мною. О.П.)».

9-10 декабря 1916 года в Москве, на квартире масона Коновалова, в который раз собрались представители Союза городов, на котором были вынесены важные политические резолюции. Смысл их был один: низвержение правительства и установление правительства из числа «общественных деятелей». Резолюция содержала обычную леволиберальную риторику и была практически направлена на захват власти в стране лицами, принадлежавшими в своем большинстве к масонским ложам. Почти одновременно похожая резолюция выносится представителями общественных организаций, собравшихся на квартире фабриканта-масона Третьякова. Обе резолюции были подготовлены на квартире масона Коновалова при участии масонов М. М. Федорова, Астрова, Челнокова, Третьякова, Прокоповича. За день до этого близкая по смыслу резолюция была вынесена Земским съездом в Москве и зачитана в помещении Земского союза. На квартире Коновалова также обсуждался и состав будущего правительства. В качестве кандидатур на должность председателя Совета Министров наметили А. И. Гучкова и князя Львова, а в министры — М. М. Федорова, Коновалова, Кутлера (все масоны)[260].

Все резолюции было предложено размножить в возможно большем количестве и широко распространить по всей России, а также на фронте в войсках, «дабы создать в массах оппозиционное и даже революционное направление». На заседании Центрального Военнопромышленного комитета открыто говорилось (об этом сообщали секретные агенты), что если будет подходящее настроение в массах, которое должно быть подготовлено резолюциями, то Государственная Дума должна провозгласить, что нынешний состав министров низвергнут, а затем составить временное правительство. При обсуждении масон Казакевич возразил, что для разрешения подобных задач потребуется помощь армии, и потому необходимо к ней обратиться. На что масон Терещенко ответил, что «обращаться к армии не надо, а достаточно два-три полка, с которыми и можно будет все выполнить»[261].

Либерально-масонское подполье использует все возможные способы, чтобы склонить Царя на создание угодного ему правительства.

В 1916–1917 годах орудием масонской интриги становится некто А. А. Клопов, чиновник Министерства финансов, на которого еще в 1898 году Николай II случайно обратил внимание и разрешил писать ему лично, сделав его как бы информатором о настроении в стране.

Остается открытым вопрос, был ли Клопов сам масон или только подпал под их невидимое влияние. Однако достоверно ясно, что в 1916–1917 годах он был тесно связан с масонами Г. Е. Львовым и генералом Алексеевым. Как справедливо отмечалось исследователями, в письмах, которые Клопов писал Царю, чувствовалось влияние масонов Коновалова, Некрасова и Керенского[262]. За монархическо-верноподданнической словесной оболочкой протаскивались требования либерально-масонских кругов о создании подконтрольного им правительства, руководимого князем Львовым. К одному из писем Клопова о создании правительства во главе с Львовым прилагалась чудовищная по своей лживости справка о нем. Злейший враг Царя представлялся в ней как Его друг.