Интервью с магом - Леонтьев Антон Валерьевич - Страница 46

Внезапно мне вспомнилась еще одна деталь, связанная именно с Софьей. И как же я могла упустить это из виду? Ведь ее дружок, сынок супербогатых родителей, пытавшийся склонить меня к мимолетному развлечению, что вызвало приступ бешенства у Софки, был одним из клана Роксаны!

Так и есть, он ее пасынок, отпрыск покойного Петрухина и его первой жены. Вот Софья и крутила роман с мальчиком-красавчиком. Хотя какой он мальчик – ему уже под тридцать!

Мне стало тошно при одной только мысли, что Софка снова вертится где-то неподалеку. Кажется, она даже недавно заявила о своей помолвке с Петрухиным-младшим.

Я посмотрела на часы – они показывали без пяти четыре. Посоветоваться я могла только с одним человеком – с Марком. Как назло, его секретарша не имела возможности соединить меня с ним, потому что великий маг вместе со своими помощниками проводил испытание нового трюка. А ведь Марк непременно придумал бы, как поступить! У него везде имеются друзья, он бы просто позвонил Роксане и осведомился, все ли в порядке с ее младшей дочерью.

Но почему я не могу сделать так же? Я ведь тоже не последний в тусовке человек! Меня знают, меня любят, меня помнят. Хотя больше всего помнят по причине того, что мерзкая Софья изничтожила меня в прямом эфире...

Пришлось сделать массу звонков, прежде чем я смогла получить номер подмосковной резиденции мадам олигарха, которая с младшими детьми обитала на Николиной Горе. Наскоро покурив и перекрестившись, я тыкнула негнущимся пальцем в телефонные кнопки.

Трубку, что удивительно, сняли после первого же гудка. Обычно вышколенная прислуга голосом диктора Левитана должна произнести нечто вроде: «Вы имеете честь говорить с приватным лейб-секретарем...» – и далее следует имя сильного мира сего. Но в этот раз все было иначе. Требовательный женский голос энергично произнес:

– Алло! Роксана Петрухина слушает. Ну, говорите же!

У меня отнялся язык. Одно дело вести беседу с помощником, ассистентом, дворецким, и совершенно иное – напороться на саму мадам олигарха. В голове у меня все смешалось, ноги подкосились, я рухнула в кресло.

– Ваша дочка Калечка... Я знаю, что... Ой, извините, я ошиблась номером!

Повесив трубку, я принялась приводить свои мысли в порядок. Итак, надо позвонить еще раз и сообщить, что... Что именно? Сказать Золотой Антилопе, что ее дочку скоро похитят? Вернее, если верить Маше, не просто скоро, а до конца сегодняшнего дня. А когда Роксана поинтересуется моим именем... Лучше соврать! Или назваться чужим! Жаль, что не могу представиться Софьей Безенчук...

В дверь позвонили, и, открыв, я увидела посыльного с корзиной роскошных нежно-розовых лилий. Это был знак внимания от Марка, о чем свидетельствовала приложенная карточка. Мой маг не забыл меня! Он извинялся, что не мог поговорить со мной, но обещал, что вечером мы наверстаем упущенное. Я с наслаждением принялась думать о том, что именно произойдет вечером и ночью. Марк такой неистощимый на выдумки...

Потом, после долгих эротических фантазий, мои мысли вернулись к Золотой Антилопе. На сердце вдруг стало легко и весело. Марк приедет, Марк ей и позвонит! Он точно сумеет все внятно объяснить, и его никто не примет за сумасшедшего.

Снова позвонили, я подошла к двери, отчего-то не сомневаясь, что меня ждет еще один подарок от Марка. Интересно, что он прислал – шампанское, сладости или, кто знает, милую женскому сердцу безделушку?

Едва я щелкнула замком, как дверь вылетела из моих рук. Началось что-то невообразимое – в мою квартиру ворвались типы в камуфляжной форме, с затянутыми масками лицами и автоматами наперевес. Еще до того, как я успела завопить благим матом, меня повалили на пол, зажали рот, а грубый голос произнес:

– Где девочка! Ну, говори, шваль! Где она?

Я ничего не могла понять, в ужасе умоляя Высший Разум об одном – оставить меня в живых. Он ведь сотворил чудо на Волге, так почему не повторить его еще раз в непосредственной близости от Москва-реки?

Я слышала топот, до меня донеслись звуки разбиваемой посуды и опрокидываемых шкафов. Что эти архаровцы делают в моей квартире? Желают ограбить и обесчестить меня! И куда только охрана смотрела! Платим частному агентству бешеные деньги, а оно и в ус не дует! Как изверги могли проникнуть в элитный жилой комплекс незамеченными?

– В квартире чисто! – отрапортовал кто-то. – Звонили с данного аппарата, номер остался в памяти.

Я почувствовала прикосновение чего-то холодного и тяжелого к своей ноге.

– Говори, где девочка, иначе сейчас прострелю тебе ногу! – заявил голос. – Будешь молчать, прострелю другую. Потом перейду на руки. Затем отрежем тебе пальцы...

Я завизжала, готовая сказать все, что угодно. Какая девочка? Что они хотят от меня? И зачем стрелять по конечностям, зачем отрезать мои нежные пальчики...

– Сейчас открою тебе пасть, но учти – если попытаешься позвать на помощь, пристрелю! – заявил все тот же безжалостный голос.

Наконец с моего лица исчезла закрывавшая его тряпка.

– Н-ничего… не знаю… – произнесла я заплетающимся языком. – Я ничего... Не знаю!

Последовал удар, да такой, что я поняла – в мою квартиру ворвались фашисты. Или я совершила перемещение во времени и пространстве? Однако отчего фашисты так хорошо говорят по-русски? Видимо, их готовили в школе абвера...

– Еще раз, для особо тупых, повторяю. Где Калечка? – прошипел голос. – Или ты выкладываешь все, что знаешь, или подыхаешь! И учти, это не пустая угроза. Готовьте инструменты и кресло!

Они прикуют меня к креслу и будут пытать, разрезая на куски! И все из-за Калечки! Вдруг меня осенило (и отчего гениальные мысли приходят в самые неподходящие моменты?): они отследили мой звонок! Только такая идиотка, как я, могла позвонить в резиденцию Роксаны Петрухиной и считать, что мадам олигарх никогда не узнает, кто ее потревожил. Но ведь не станет же Золотая Антилопа, хоть и отличается крутым нравом, столь жестоко карать того, кто потревожил ее покой одним-единственным звонком? Делать ей больше нечего, как посылать ко мне свой спецназ. И тут меня снова озарило: Калечка похищена, вот в чем дело! Поэтому-то Роксана сидела сама на телефоне! Мадам олигарх ждала известий от похитителей, а тут позвонила я, несчастная идиотка. И почему мне всегда по жизни не везет – в школе шпыняли, на выпускном балу я уделала свое платье тортом, бывший меня бросил, с двух программ турнули...

– Тащите ее в комнату, будем сыворотку правды вводить и применять способы специального физического воздействия! – отдал приказание голос, пока я в мыслях жалела себя.

Я дико завизжала, и мне предоставили возможность высказаться.

В пяти предложениях я поведала обо всем, понимая, что мне никто не поверит. Решат, что я пудрю мозги. Еще бы, что за переселение душ, что за сирота Маша?

– Хозяйка сама с ней разберется, – услышала я, и в предплечье мне вонзилась игла. Полыхнуло пламенем, затем отчаянно заболело, и я провалилась в медикаментозный сон.

Глава 24

Приходить в себя после отключки в последнее время стало моим любимым занятием. Сейчас я решила, что никакого нападения на мою квартиру не было и все привиделось мне в ночном кошмаре. Я даже попыталась нащупать рукой лежащего рядом Марка.

Вдруг в глаза мне ударил яркий свет, и стало понятно, что нахожусь я в кресле, связанная по рукам и ногам.

– Повторяю всего один раз! – раздался властный женский голос. – Вы можете спасти свою жизнь и отчасти здоровье, если прямо сейчас, без утайки и запинки, расскажете все, что вам известно о похищении моей дочери. Если вы проявите упрямство или тупоумие и не воспользуетесь моим более чем щедрым предложением, то пеняйте на себя. Калечку я найду и без вас, однако последующие три-четыре дня будут самыми ужасными в вашей никчемной жизни. Уж я позабочусь! Вас ожидают адские мучения, и вы будете умолять убить вас, однако вам придется страдать.

Волосы зашевелились у меня на голове. Да эта женщина, если вообще речь идет о женщине, а не о Медузе Горгоне, не ведает жалости! Я поверила Роксане – а кто еще мог говорить со мной, называя Калечку своей дочерью? – безоговорочно. Поэтому когда со рта сорвали скотч, я сразу же заверещала: