Исчадия техно - Каменистый Артем - Страница 76

Что же придумать?

— Давид!

— Да? — донеслось из пещеры.

— Сможешь меня подменить ненадолго? Они притихли, но жди пакостей. Если что — кричи.

— Ты отдохнуть хочешь?

— Наоборот — буду пахать.

— Так я помогу.

— С одной рукой мне работник даром не нужен. Сиди и сторожи. А ты, Лиля, лучше бы поспала — завтра мы будем сонные, и на тебя вся надежда.

— Не надейся — не усну.

— Ну и зря.

То, чем Влад занимался до самого рассвета, можно охарактеризовать как вандализм. Во всем мире принято оберегать хрупкий подземный мир: законом охраняются сталактиты и сталагмиты, запрещается выносить пещерный жемчуг, рисовать на стенах, мусорить.

Если до жемчуга ему никакого дела не было — его здесь даже не продать коллекционерам за неимением последних, а ювелирной ценности он не имеет, то сталактиты и сталагмиты — другое дело. С помощью пары топоров Влад наломал их немало. Росли себе не одну тысячу лет, пока вандал не пожаловал. Хотя вопрос с тысячелетиями спорный — ведь эти горы возникли не так, как полагается, а в результате применения совершенно непонятного оружия. Что-то вроде ускорителя времени в замкнутом объеме. Неужели там еще и вода циркулировала, создавая все эти подземные красоты?

Обломки «красот» он вынес в грот, в придачу натаскал камней и, пользуясь темнотой, соорудил баррикаду. Невысокую — как раз, чтобы комфортно было стрелять с колена. Перед нею он наставил заграждений из жердей, связывая их в подобие противотанковых ежей с острыми концами. Если враги заберутся, у них не получится одним рывком прорваться в дальнюю часть грота.

Заодно и лестницы сбросил вниз. Поставить их дело минутное, но это не повод создавать врагу тепличные условия. Странно, но помешать работам не пытались. Видимо, решили, что отдых дороже.

Ему, кстати, отдых тоже не помешает. Вымотался, словно ишак, — с его ростом нелегко по низкому лазу с грузом раз за разом пробираться. К тому же начали ныть все раны, видимо, намекая, что для лучшего заживления было бы неплохо немного побездельничать. Но расслабиться позволил себе лишь перед рассветом, когда в сумерках стало рискованно бродить по гроту — могут заметить лучники.

Кстати, с противоположной стороны каньона они, похоже, убрались, не дожидаясь утра. Тоже опасаются.

ГЛАВА 36

Кедровые орехи полезны и питательны, но все хорошо в меру, а мера осталась далеко позади. Попробуй насытиться семечками, к тому же заключенными в твердую скорлупу. Будущее представлялось мрачным, грозящим неминуемым одеревенением языка, ссадинами на губах и бурными протестами желудочно-кишечного тракта. Сейчас бы борща миску накатить со сметаной и мозговой косточкой, с которой само по себе отваливается разваренное почти до состояния желе мясо.

По другую сторону грота, также привалившись спиной к стене, сидел Давид. Выглядел он — краше в гроб кладут. Лицо бледное, глаза ввалились в черные круги, плечи опущены ниже пупка. Тоже пытается орехи грызть, но вяло — видно, что аппетита и близко нет.

— Совсем плохо? — уже в который раз спросил Влад.

Товарищ чуть помедлил, ответил неуверенно:

— Жить, вероятно, буду, но не вижу причин этому радоваться.

— Ребята должны биоту привезти. Она, наверное, поможет.

— Да я уже четыре штуки съел, и все равно хреново.

— Это потому, что те пилюли очень старые были. Скорее всего, тебя от яда трусит.

— Вряд ли. Ночью гораздо лучше было. Наверное, рана.

— Вроде не сильно воспалилась.

— Ну и что? Я, Влад, не привык, когда мне кровь пускают. Стресс, шок… Даже не знаю…

— Ты давай отдыхай. Не вздумай расклеиться. Слышишь — эти опять стучат.

— Слышу. Как думаешь, что делают?

— Да ничего хорошего.

— Это понятно, я конкретно спросил.

— Не знаю. Сейчас попробую испытать наш танк.

— Только поосторожней. Без тебя нам тут точно хана.

Влад и сам подставляться под стрелы не собирался. Но совершенно точно знал, что, если сидеть, ничего не предпринимая, это может плохо закончиться. Враг, конечно, в невыгодном положении, но отдавать ему полностью инициативу нельзя. Пусть нервничает, постоянно ожидая неожиданных неприятностей со стороны осажденных.

Нервничать вредно — от этого ошибки могут случаться.

Добрался до прохода в пещеру:

— Лиль, подай щит.

— Решил все же выбраться? — уточнила испуганно.

— Не выбраться, а просто высунуться. Не бойся — лучники меня точно не достанут.

— Осторожнее только.

— Да знаю я! Знаю!

Первый щит, который еще на Подонце сделали из калитки и кожи, здесь бы вряд ли помог. У Влада уже была возможность убедиться, что здешние стрелки — не чета примитивным запам. Все гораздо серьезнее, и защищаться от них тоже надо серьезно.

Нынешний щит был изготовлен из двух слоев ровных жердей, скрещенных относительно друг друга. С внутренней стороны пришили сложенную в несколько раз шкуру оленя — не столько ради дополнительной крепости, а чтобы руке было мягче. Снаружи навязали самодельных досок, для чего разобрали сооруженную за последние месяцы мебель: лавки и стол. Болтун с Диадохом их достаточно шустро делали, раскалывая бревна клиньями, после чего доводили поверхности топориком. А в довершение всего распустили на куски кожаный доспех убитого ночью луддита и закрепили их поверх досок.

Щит получился тяжелым даже для Влада, но он не жаловался — ведь не в чистом поле с ним в атаку бегать. Если щит не выдержит, оставалась надежда на кольчугу. Одну из трофейных кузнец в Гнобыре переделал под крупную фигуру. Все равно не ахти получилось — бока вообще не защищены, но тогда не было времени дожидаться более приемлемого результата.

Облачившись, Влад начал пробираться к выходу из грота. Ночью, расставляя «ежи», он не забыл оставить проход для таких целей, но чуток не рассчитал — пробираться по нему с громоздким щитом было непросто. Наконец, вжимаясь спиной в скалу, дошел до места, где раньше стояла лестница.

У щита была подставка, рассчитанная на то, чтобы противостоять давлению с лицевой стороны. Сейчас эта конструктивная особенность пришлась весьма кстати — едва он поставил свой «танк» на край, как в него со стуком впилась стрела, а затем еще две. Взглянув в тонкую смотровую щель, Влад разглядел тройку лучников, недоуменно уставившихся на его изобретение. Пульнув по разу, они больше не терзали свое оружие. Странно — вчера лупили вовсю, даже ничего не видя. Похоже, им кто-то устроил нешуточный разнос за перерасход боеприпасов.

Жаль, а то он было понадеялся еще немного стрел и болтов вытянуть из арсенала противника. Боеприпасы ведь так и остаются в гроте — не возвращаются. Лиля сегодня четыре охапки увязала — хоть продавай.

Игнорируя лучников, Влад начал изучать заросли возле реки. Там вовсю кипела бурная деятельность. Трещали кусты, тряслись деревья под ударами топоров. Враг не просто так лесозаготовками занимается — очередную пакость затевает. Не слишком далеко для дробовика — легко можно достать, особенно если пулей, вот только в густой зелени никого не разглядеть.

Ладно — имеются другие кандидаты. Просунув в отверстие на краю смотровой щели ствол пистолета, он прицелился в ближайшего лучника, потянул спусковой крючок. Убедившись, что попал, успел подстрелить второго в ногу. Третий не растерялся и хитро помчался навстречу, укрывшись в мертвой зоне под скалой. Туда бы бомбу кинуть, да слишком расточительно их тратить на одиночные цели.

Раненый от боли и неожиданности происходящего поступил неправильно — шустро пополз в сторону далеких зарослей. Влад, уже ничего не опасаясь, высунулся из-за щита, тщательно прицелился, прострелил ему вторую ногу. У того резко поубавилось прыти, заорав, он начал умолять о помощи, перечисляя имена товарищей. Было бы гуманнее его просто убить, но сейчас не тот случай, чтобы проявлять благородство. Так что старый снайперский способ выманить противника, при всей его жестокости, оправдался.