Сеть «Нанотех» - Лазаревич Александр - Страница 8

«Уважаемый Юрий Владимирович!

Я обращаюсь к Вам по чрезвычайно важному вопросу, от которого может быть даже зависит вся дальнейшая судьба человечества. В своих последних выступлениях Вы призвали нас вернуться к истокам нашей идеологии, вернуться к Марксу. Одной из основных идей марксизма является идея о том, что новые общественные формации возникают как реакция общества на появление новых производительных сил. В этом смысле коммунизм в нашей стране на сегодня пока еще в принципе невозможен, поскольку мы пользуемся почти теми же производительными силами, что и страны капитализма, и нынешнюю общественную формацию в СССР можно охарактеризовать лишь как государственно-монополистический капитализм. Прорыв к коммунизму возможен лишь на основе принципиально новой технологии, сама логика которой заставит общественную надстройку подстраиваться к новому производственному базису. И такая технология может появиться очень скоро, однако при неправильном ее употреблении она может не только не помочь человечеству избавиться от капитализма, но даже наоборот сможет помочь увековечить его, и великий исторический шанс будет навсегда утерян.

Я работаю в области нанотехнологии. Это не просто еще одна технология. Потенциально, это полная революция в методах производства, еще более крупная чем Великая Промышленная Революция, в свое время погубившая феодализм и приведшая к торжеству капитализма. Если мы будем действовать правильно, появление нанотехнологии должно привести к такому же естественному отмиранию капитализма. Однако сегодня все работы в области нанотехнологии в нашей стране ведутся исключительно в плане военных применений и не ориентированы на вышеупомянутую цель. Необходимо переориентировать с военных на мирные цели хотя бы одну из нанотехнологических лабораторий. Прошу принять меня и выслушать мои соображения и предложения по этому вопросу.»

Полковник остановился, осуждающе посмотрел на Левшова и сказал: «Из этого письма ясно видно, что еще тогда, в 1983 году, Вы не желали работать над укреплением обороноспособности нашей Родины.»

– «Это все что Вы смогли увидеть из данного письма?» – удивленно спросил Левшов.

Полковник проигнорировал эту реплику и продолжил листать толстую папку с делом:

«…Итак, Андропов наводит соответствующие справки, и вскоре предоставляет аудиенцию мало кому известному завлабу Левшову. Он беседует с ним в течение полутора часов, вместо отведенных на встречу десяти минут. Содержание разговора неизвестно. Известно лишь, что вскоре после этого лаборатория нанотехнологии, возглавляемая А.П.Левшовым выводится из подчинения Министерства Оборонной Промышленности и переезжает в НИИ Молекулярной Биологии, находящийся в ведении Академии Наук СССР. Однако работы по-прежнему ведутся в режиме строжайшей секретности, даже еще более строгой, чем в военном ведомстве. Наше ведомство получает распоряжение „сверху“ достать для этой лаборатории новейшее японское оборудование, запрещенное к экспорту в соцстраны… Ну, здесь опять не интересно. А вот мы и подошли к сути дела. В ноябре 1991 года, когда страна находилась в состоянии полного развала и хаоса, наше ведомство решило взять на себя заботу о сохранении государственной тайны, которую представляли из себя работы по нанотехнологии, ведшиеся в лаборатории А.П.Левшова, и перевести эту лабораторию из академического института на нашу секретную исследовательскую базу. Ряд сотрудников лаборатории, включая А.П.Левшова, отказались перейти на работу в наше ведомство и остались работать в НИИ Молекулярной Биологии. При перевозке материалов лаборатории на секретную базу некоторые из материалов оказались утеряны. В частности пропала пробирка с экспериментальным гибридом бактерии с наномеханизмом, что по-мнению некоторых экспертов отбросило работу лаборатории по-крайней мере на пятнадцать лет назад. Уже тогда возникло подозрение, что эти материалы были похищены Левшовым А.П., но доказать его вину в то время не удалось.

Те же эксперты высказывают мнение, что состояние работ по гибриду бактерии с наномеханизмом достигло к концу 1991 года такой стадии, когда дальнейшие работы уже не требовали использования сложного и дорогостоящего лабораторного оборудования. Некоторые даже считают, что для дальнейших работ с гибридом бактерии требовалась только сама бактерия, поскольку она уже сама обладала всеми инструментами, необходимыми для внесения в нее дальнейших изменений и доработок, так что дальнейшие разработки могли вестись в домашних условиях… Вот так-то, Алексей Петрович» – полковник оторвался от папки и снова посмотрел на Левшова – «Эта фотография неоспоримо свидетельствует, что именно Вы похитили пробирку с гибридом, являвшимся государственной собственностью, тогда, в 1991 году, чем нанесли немалый ущерб обороноспособности и безопасности нашей страны. Кроме того, выпустив гибрид на волю, Вы тем самым оповестили всех потенциальных военных противников о состоянии наших разработок в области нанотехнологии, что может быть расценено только как акт шпионажа. Всего этого вполне достаточно, чтобы засадить Вас далеко и надолго. Поэтому не рекоммендую Вам вставать в позу и выдвигать требования. Требования буду выдвигать я.»

Левшов загадочно улыбнулся в ответ: «Ах, полковник, Вы даже не представляете, насколько смешными мне кажутся все Ваши угрозы. Если бы Вы только знали что должно произойти в течение ближайшей недели. Мы стоим на пороге нового мира, мира в котором все будет по-другому, в котором, в частности, исчезнет деление людей на страны и нации. Индивидуальность личности станет важнее принадлежности к той или иной этнической или социальной группе. С исчезновением наций исчезнет национализм, и понятия обороноспособности страны, шпионажа, национальной безопасности потеряют всякий смысл, станут казатся нам атавизмами, доставшимися по наследству от каменного века…»

– «Не пытайтесь запудрить мне мозги всякой ахинеей, гражданин Левшов!» – рявкнул Полковник – «Я требую от Вас ясного и вразумительного ответа на поставленные мною вопросы: кто еще с Вами работает и зачем Вы это сделали?»

– «Сделал что именно?» – переспросил Левшов.

– «Ну, хотя бы вот это.» – Полковник ткнул пальцем в фотографию с «автографом».

– «Ах, это! Это было сделано с целью привлечь внимание властей, чтобы они выслушали наши требования. Кстати, Полковник, Вы их до сих пор не выслушали, а зря! Тогда бы Вы задавали совсем другие вопросы.»

– «Ну, что там у Вас за требования?» – с неохотой произнес Полковник.

– «Передайте своему начальству, что мне нужно организовать серию выступлений по телевидению, пол-часа каждый день, в течение одной недели, в лучшее эфирное время.»

– «Вы представляете себе сколько это стоит? На каком основании Вы это требуете?»

– «На том простом основании, что мне есть что сказать человечеству, в отличие от тех, кто сейчас это эфирное время занимает. У меня сообщение чрезвычайной важности.»

– «Зачем Вам целая неделя?» – спросил Полковник – «Обычно террористам хватает пяти минут на все их угрозы и требования.»

– «Наконец-то мы подошли к сути дела. Вы считаете что я террорист. На самом деле все обстоит совершенно не так. Вы привыкли к тому что работы по нанотехнологии велись в рамках военных применений. Вы даже не можете себе представить мирных применений нанотехнологии. Вы не имеете ни малейшего понятия о том, что я и мои товарищи сделали в этой области за последние пять лет, работая у себя дома. То, что мы сделали, способно изменить к лучшему жизни миллиардов людей на этой планете. Но нужно как-то сообщить людям, что у них появилась такая возможность. Конечно, мы могли бы сделать это средствами самой нашей системы „Нанотех“, но мы боимся, что если люди внезапно услышат в своей голове голос, идущий неизвестно откуда, или увидят появляющиеся неизвестно откуда, прямо „из-воздуха“, живые картины, кое-кто может паникануть. Мы не хотим, чтобы кто-то со страху выбросился из окна, или что-либо в этом роде. Телевидение гораздо привычнее, и мы хотим начать серию лекций о том, как пользоваться „Нанотехом“, по телевидению, и лишь потом постепенно перейти к чисто „нанотеховским“ средствам общения. Вообще-то мы могли бы создать и свой собственный телепередатчик – у нас есть такие возможности – но мы не хотим пиратствовать в эфире. Мы решили пойти по официальным каналам. Возможно Вам трудно будет в это поверить, но я и мои товарищи – очень законопослушные граждане.»