Сеть «Нанотех» - Лазаревич Александр - Страница 12

– «Точно! Раковина! Водопровод!» – вдруг радостно воскликнул приунывший было Полковник – «Как я раньше об этом не вспомнил! За водопровод-то Вам все равно придется платить! Вот так-то гражданин Левшов! Не уйти Вам от денег! Деньги есть материальное выражение общественнных отношений, а жить в обществе и быть свободным от общества нельзя!»

– «Эх, полковник! Какая же у Вас все-таки каша в голове – капитализм в прикуску с коммунизмом… Что касается водопровода, объясняю еще раз. Большие количества воды лишь облегчают перемещение киборг-бактерий, но в принципе не являются необходимыми для изготовления изделий с помощью „Нанотеха“. Правда, вода необходима для поддержания жизни самого человека, но в воздухе всегда содержится достаточное количество водяных паров. В памяти „Нанотеха“ уже сейчас имеется несколько простейших устройств, позволяющих за несколько минут скоденсировать целый стакан воды из воздуха. И потом мы должны помнить об облаках, почти всегда присутствующих на небе. Они состоят из мельчайших водяных капелек, в которых тоже имеются бактерии-киборги. Достаточно отдать им приказ объединяться, и из облака прольется дождь.»

– «Вы хотите сказать, что Вы и погодой можете управлять?»

– «В определенной степени. Во всяком случае, стакан воды из облака я себе всегда смогу налить.»

– «Хорошо, допустим Вы всегда сможете бесплатно достать себе воды. Но Ваш дом – пусть он будет целиком построен „Нанотехом“ и не будет стоить ни копейки – но ведь он будет стоять на земле, а участок стоит денег, значит без денег Вы все равно не сможете его построить!»

– «Полковник, Вы никогда туризмом не занимались? Палатку в лесу не разбивали?»

– «Ну, допустим.»

– «Вы же не платили деньги за ту землю, на которой ставили палатку.»

– «Но ведь я ставил палатку на одну ночь, а дом будет стоять постоянно!»

– «Кто Вам сказал, что дом будет стоять постоянно?»

– «Что Вы имеете в виду?» – снова спросил Полковник. Ощущение, что его подтащили к самому краю бездны, и заставляют заглянуть туда, туда где находится иной, пугающе непонятный мир – это ощущение стало почти невыносимым.

– «Наша группа товарищей сформулировала для себя три правила „хорошего“ стиля конструирования, то есть конструирования в стиле, наиболее полно соответствующем возможностям системы „Нанотех“. Первое, и самое главное правило состоит в том, что вещи должны быть, как мы говорим, „живыми“.»

Полковник открыл рот чтобы что-то спросить, но Левшов предупредил его вопрос: «Сейчас я поясню, что имеется в виду. Возьмем к примеру наш самый первый видеомагнитофон, тот самый, который мы собрали в репликаторе. Это была абсолютно „мертвая“ вещь. Не в том смысле, что он не работал – он прекрасно работал, но в нем не было ни одной живой киборг-бактерии, а это значит, что он уже не мог перестраивать самого себя, изменять свою конструкцию, ремонтировать самого себя, и так далее. Это была самая обыкновенная вещь, одна из тех вещей которые нас обычно окружают – просто она была сделана не станками на заводе, а бактериями-киборгами в репликаторе. Это было единственное отличие, и оно заключалось не в самой вещи, а в ее предыстории, что с точки зрения потребительских качеств совершенно безразлично.

Теперь посмотрим на тот видеомагнитофон, который я только что изготовил, образца 1995 года. Это уже то, что мы называем «полуживым» изделием. В нем уже довольно много живых киборг-бактерий. Они обеспечивают эту вещь энергией, они могут даже снова нарастить видеоголовки, если они сотрутся. Однако здесь очень много мертвых деталей, то есть деталей, хотя и созданых киборг-бактериями, но самих киборг-бактерий не содержащих. А это значит, что эта вещь никогда не сможет мгновенно исчезнуть, не сможет разложиться на отдельные киборг-бактерии, которые смогли бы снова разбежаться в разные стороны.»

– «Зачем им это делать?» – недоуменно спросил Полковник.

– «Ну как же! Вот Вы сейчас кончите просматривать свою видеокассету, выключите видеомагнитофон, и он просто останется стоять в углу, собирать пыль и впустую занимать место, до тех пор пока Вы снова не захотите что-нибудь посмотреть. Гораздо удобнее было бы, если бы на время между двумя просмотрами он просто бы исчез, а бактерии-киборги перешли бы из него в другую вещь, в ту которая нужна Вам сейчас, в данную минуту – стали бы частью тарелки, ложки, зубной щетки, бритвы, пиджака, ботинок, стула, на котором Вы сидите, любой вещи, которая нужна Вам именно сейчас, в данное мгновение – и ушли бы оттуда сразу как только необходимость в этой вещи отпала, и оказались бы в новой вещи – той, которая Вам понадобиться в следующее мгновение.

Посмотрите на этот пустой стул рядом со мной. Зачем он здесь стоит – на нем же все равно никто не сидит? А он стоит, занимает место. По идее он должен был бы появиться здесь только тогда, когда в комнату вошел бы кто-то третий. И так большинство вещей вокруг нас – мы используем их в лучшем случае в течении лишь одного процента времени. А занимают место они в нашем доме в течение всех ста процентов времени. Мертвые вещи требуют, чтобы хозяин стирал с них пыль, заботился об их сохранности, и всегда возил их с собой при переезде на новую квартиру. Ох уж эти переезды! Нет на свете ничего страшнее, и этот страх способен навеки приковать человека к одному месту жительства. Мертвые вещи превращают своих хозяев в своих рабов!

Теперь представьте себе дом, построенный в соответствии с принципами «Нанотеха». В любой данный момент времени в нем физически существуют всего лишь несколько вещей – те, которые нужны Вам в данный конкретный момент. И вместе с тем, в нем существует бесконечное количество вещей – все вещи мира, заведенные в сеть «Нанотех», потенциально присутствуют в этом доме, поскольку в любое мгновение они могут быть вызваны из небытия и облечены в материальную форму. И сам дом, построенный в соответствии с принципами «Нанотеха», если Вы живете в нем один, содержит только одну комнату, поскольку Вы не сможете одновременно находиться более чем в одной комнате. И вместе с тем, потенциально он содержит бесконечное число комнат, ибо эта единственная комната может до бесконечности менять свой вид и размеры, наполняясь самыми различными вещами, то есть, по сути, превращаясь в другую комнату, в бесконечное число комнат. А как только Вы выйдите из дома, он исчезнет, превратившись, скажем в Ваш автомобиль, или в дом для другого человека, который шел мимо и решил, что неплохо бы ему пожить денек в этом месте. И если Вам во время Вашей прогулки придет в голову мысль, что неплохо бы сейчас оказаться дома, Ваш дом возникнет перед Вами, где бы Вы не находились.»

– «Так уж прямо сразу и возникнет!» – сказал Полковник – «Вы вон всего лишь один видеомагнитофон почти четыре минуты выращивали!»

– «Повторяю – этот видеомагнитофон – „полуживая“ вещь. Он выращивается так медленно только потому, что в данном случае мы заставляем „Нанотех“ имитировать вещь, сама конструкция которой изначально приспособлена к изготовлению совершенно другим способом производства, а именно, серийно-промышленным, машинным, характерным для эпохи капитализма. В данном случае мы „насилуем“ Нанотех, заставляя его работать в несвойственной ему манере. Я специально провел эту демонстрацию, чтобы показать Вам, что в принципе Нанотех способен справиться даже с такой сложной задачей, как почти точная имитация вещей, характерных для исторически предшествующего ему способа производства. Хочу сразу отметить, что машинное производство не всегда может справиться с задачей воспроизведения своими средствами изделий, характерных для предшествовавшей ему эпохи – эпохи мастеров-ремесленников, работавших вручную, эпохи феодализма.

А сейчас я продемонстрирую Вам видеосистему, выполненную в стиле «Нанотех». Заметьте разницу во времени, требующуюся на ее изготовление. На этот раз мне не потребуется много материала, поэтому я воспользуюсь бактериями, живущими в моем организме.»

Левшов положил руки на стол, ладонями вверх, и ладони вдруг как бы начали покрываться испариной, заблестели мелкими капельками, которые быстро стали расти и приобретать белесоватый оттенок. Капельки стали скатываться на стол и через секунду соединились в один большой белый тонкий лист. Прошло еще пол-секунды, и лист вдруг мгновенно стал совершенно черным.