Побег - Лаврова Ольга - Страница 19

– А-а, Лена мне говорила… – не поняла она. – Нет, я не к вам.

По лицам присутствующих догадалась, что ее появ­ление неожиданно и, следовательно, мужа в милиции еще нет.

– Михаил в городе. Сейчас он придет… Я принесла теплые вещи и продукты. Надеюсь, это можно?

Обращалась она к дежурному как наиболее, очевид­но, знакомому.

– Вы видели мужа? – скорее всех отреагировал Томин.

– Да.

– Где?

– У Василия Васильевича Полозова, – сообразив, что заправляет тут Томин, сосредоточилась на нем.

– У деда Василия! – ахнул в досаде Гусев.

– Как вы узнали, что он там?

– Василий Васильевич записку принес.

Томин укоризненно покосился на дежурного, тот раз­вел руками:

– Думал, сороковины…

– Да-а… Старика Полозова мы не предусмотрели! – корил себя Гусев.

– Сколько времени назад вы расстались? – Томин задавал вопросы быстро, чтобы получить ответы раньше, чем Багрова оценит ситуацию.

– С полчаса примерно… нет, больше.

– И он сказал, что явится в милицию?

– Он обещал.

– Сколько ходу от Полозова до вас?

– Минут двадцать – двадцать пять, – отозвался за нее Гусев.

– От Полозова забежали домой и прямо сюда?

– Да.

– Дома пробыли долго?

– Вот только собрала…

– Ровно четверть часа, – доложил от дверей мальчишеский голос.

Это конопатый связной – согласно инструкции «контролировать передвижения» домочадцев Багрова – притопал за Майей Петровной.

– И до милиции от вас ходу… Быстро шли?

– Нет.

– Тогда еще пятнадцать, – определил сам Томин.

– Имеем пятьдесят минут, как минимум, – подытожил Гусев. – Напрямик от Полозова сюда два раза можно гуляющим шагом поспеть.

– Михаил вот-вот будет, – старалась убедить присутствующих Багрова. – Он понимает, что это единственный выход в его положении.

– Пора бы уже, Майя Петровна, если решил.

– Ну… надо и с духом собраться, Алексей Федорович.

Томин прислушался к себе… нет, не приближался Багров к милиции… все это розовые мечты – будто он мирно сдастся на милость правосудия.

Гусев нетерпеливо переступал с ноги на ногу.

– Да, конечно, – сказал ему Томин.

И Гусев спешно отошел, чтобы сколотить группу и отправить к деду Василию. «Необходимо, но безнадежно», – мельком подумалось Томину.

– Муж объяснил вам цель побега? – осведомился он, отвлекая Багрову от суеты за ее спиной.

Под нацеленными со всех сторон взглядами Багровой стало душно. Она расстегнула пальто, сдвинула с головы платок.

– Пусть Михаил сам расскажет. Избавьте меня…

– Только одно: Калищенко замешан? – тихо спро­сил Томин.

Она немного отвернулась и кивнула. Томин спросил еще кое-что, осторожно уточняя суть происшедшего между супругами объяснения. Женщина говорила с неловко­стью, через силу.

Помещение заполнялось сотрудниками, которые пач­ками прибывали с пустых адресов. При виде Майи Пет­ровны у каждого новоприбывшего возникал естествен­ный интерес, и вокруг нарастали говор и перешептыва­ние. А она все тянулась взглядом к поминутно хлопавшей двери, надеясь, волнуясь, недоумевая, почему Михаила нет и нет.

Зазвонил телефон.

– Дежурный еловского горотдела милиции слушает… Спокойнее, гражданин, ничего не разберу. Фамилия ваша? Давайте по буквам.

Записывая, он прикрикнул на своих:

– Потише, мужики!

– А что там?

– Угон машины… Да, гражданин, слушаю вас… Ну ясно… Ясно. Номер какой?.. Кто?! Точно, без ошибки?.. Ясно, спасибо.

Выругался сквозь зубы, хлопнул трубку на аппарат и грузно встал. И сразу как-то все замолкли.

– Упустили Багрова, – мрачно сказал он Гусеву. – Остановил самосвал, вытряхнул водителя, сам за руль – и прощайте! По Новинскому направлению. В сильно не­трезвом виде…

– Давно?

– Точно сказать не может. Пока, говорит, добежал до автомата у заправки… Минут двадцать-то наверняка уж.

– Шофер еловский?

– Кто-то из Степановых, не разобрал кто.

Вот оно! – стало ясно Томину. Вот теперь началось то самое.

«А участковый сидит в школе. А он мне почему-то нужен».

– Ивана Егорыча сюда в темпе, – сказал он кому попало, пробираясь за Гусевым сквозь тесноту к карте района.

– До развилки, товарищ майор, одна дорога – прямо. Но тут нам его не достать. Развилку перекроем на всякий случай – вдруг свернет. Свяжемся с ГАИ области. Если проскочит дальше к Новинску, то где-нибудь здесь наго­ним, машина у нас ходкая.

На карте палец Гусева шутя придавил самосвал с пьяным Багровым. Карта все сводит в одну плоскость, на ней – просто.

Дежурный дозванивался в ГАИ, излагал ситуацию, просил выслать мотоциклистов на перехват. Гусев распу­стил по домам лишних людей, достал из сейфа пистолет, привычно вставил обойму (но то была привычность тира); сделал знак успевшему появиться участковому, что берет его на задержание. И тот тоже передернул затвор писто­лета, внимательно осмотрел и несколько раз перехватил в руке. Свой Томин всегда носил в кобуре под мышкой, проверять его не было надобности.

Майя Петровна все это время стояла почти в центре дежурки, вокруг нее сохранялся свободный пятачок, как бы зона отчуждения. У ног – сумка с провизией, сверток. Широко раскрытые вопрошающие глаза следили за воен­ными приготовлениями.

«Почему именно я должен успокаивать жену Багрова? Здесь полно знакомых людей», – направляясь к Майе Петровне, ворчливо думал Томин.

– Неужели в него будут?.. – ошеломленно проговори­ла она.

– Ну-ну, надеюсь, до этого не дойдет.

– Вы обещаете?

Черты ее лица, до сей поры как бы затушеванные будничным спокойствием, проступили четко, открывая свою одухотворенную и трагическую красоту.

«А я, оказывается, подслеповат. Никакие изюминки не нужны, чтобы из-за этой женщины разыгрывались страсти».

– Разве кто-нибудь хочет? Оружие существует на слу­чай крайней необходимости.

– Лена Сергеева хорошо говорила о вас… поэтому я прошу… Я понимаю, Михаила надо остановить во что бы то ни стало… Но с ним трудно силой. Он совсем взбеле­нится и может бог знает что…

– Понял, постараемся.

– Вы обещаете… не стрелять?

Томин еще раз заглянул в ее хрустальные, полные глубокого света глаза.

– Могу обещать только за себя.

«И здесь ходи в мягких тапочках!.. Удружила Шахиня. Поделом вам за сентименты, добренький старший инс­пектор».

– Сообщите в Новинск, – распорядился он, оде­ваясь.

– Есть! – вытянулся дежурный, приняв сердитый тон Томина на свой счет.

– Ни пуха ни пера, – пожелали вразнобой, но от души провожавшие.

Томин, Гусев и участковый Иван Егорыч чеканно отозвались положенной фразой.

Садясь в машину, Иван Егорыч зыркнул вдоль улицы:

– Катерина Багрова бежит!

Но дожидаться ее – с чем бы она там ни бежала – было некогда. Теперь единственной заботой, целью, же­ланием стал ревущий где-то на темном шоссе самосвал ЮКР 16-16. Опередивший их – на сколько километ­ров? – неизвестно. Выкладки Гусева грешили приблизительностью.

Раз за разом они опаздывали! А выигрывал дистан­цию не матерый преступник, имевший связи в уголов­ном мире, опытный в состязаниях с системой ловли разных «зверей», – выигрывал (в одиночку!) всего-на­всего ревнивый муж, вооруженный только любовью и жаждой мести сопернику!

«Нельзя недооценивать Багрова. Нестандартность по­ступков. Энергия. Напор». Паша еще мягко выразился… Что-то он поделывает? Праздничное застолье, наверное, в разгаре.

В застолье наступила та пауза между ужином и чаем, когда все уже сыты, чуть под хмельком и каждый развлекается как может.

Пажеский корпус – бывшие подшефные Маргариты Николаевны кандидаты наук – были отправлены на кухню мыть посуду. И тоже попутно развлекались болтовней и анекдотами. Колька азартно играл в шашки со старейшим другом семьи.

– Ты, кажется, возмечтал пролезть в дамки, – хмыкнул тот сквозь полудрему.