Любовь на краю света - Лоуренс Стефани - Страница 37

Джереми кивнул:

— Конюхам понадобится около четверти часа, чтобы подготовить двуколку. Я сказал им, что мы прогуляемся по рынку и вскоре вернемся. — Вытащив из кармана часы, он взглянул на циферблат и добавил: — Еще довольно рано. Если мы купим съестного, то сможем сразу же отправиться в путь, а позднее остановимся на дороге и перекусим.

— Прекрасная мысль.

Элиза почувствовала, как пальцы Джереми коснулись ее локтя, но в следующее мгновение спаситель опомнился и отдернул руку.

— Идите первой. — Он указал на лотки торговцев, потом наклонил голову и понизил голос: — Вам придется подсказать мне, что купить.

Элиза медленно направилась вдоль лотков с самой разнообразной снедью, весьма искусно изображая голодного юношу. Джереми не менее убедительно сыграл роль добродушного наставника, потакающего капризам своего воспитанника, и с показной неохотой купил все, что выбрала Элиза. Выбор был столь велик, что они, как неизбежно бывает в подобных случаях, купили больше еды, чем требовалось. Однако Джереми решил, что избыток съестного лучше, чем его недостаток. Вдобавок беглецы собирались продолжить путь в двуколке, им не нужно было нести на себе увесистые сумки.

Мысли Джереми вернулись к предстоящему путешествию. Он невольно задумался, сколько понадобится времени, чтобы добраться до границы. И не придется ли им снова провести ночь вместе, вдвоем?

Не то чтобы вторая ночь наедине с Элизой изменила положение, в котором они оказались после первой ночи. В глазах света довольно было и одной ночи, а все последующие уже не имели значения.

Спутанный клубок правил и предписаний, принятых в обществе, всегда приводил Джереми в замешательство. Он знал: строгие законы света, беспощадно осуждающие любые вольности, нерасторжимо связали его с Элизой Кинстер. Однако во все времена существовали исключения из правил, и он довольно смутно представлял себе, как в сложившихся обстоятельствах следовало расценить… Прогнав бессмысленные тревожные мысли, Джереми попытался представить, что бы посоветовал ему зять Тристан и его бывшие боевые товарищи.

Оружие. Если ему предстоит встретиться с врагом, оружие не помешает. Карлинг считался превосходным стрелком, но он сильно сомневался, что в этом маленьком городке нашелся бы даже обычный оружейных дел мастер, что уж тут говорить об умельце, способном изготовить пистолет. На лотках торговцев не было стрелкового оружия.

Джереми заметил цыгана, продававшего неплохие ножи, пригодные для метания. Маленькие ножички, которыми снабдила путешественников Меггин, собирая седельные сумки, годились лишь на то, чтобы атаковать ими фрукты и сыр, не более.

Джереми остановился перед лотком цыгана и потянул за рукав Элизу, успевшую пройти чуть вперед. Та обернулась и, заметив, на что смотрит Джереми, неохотно остановилась.

Ее нахмуренные брови выражали явное неодобрение. Незаметно толкнув ее ногу носком сапога, Джереми взял в руки один из ножей.

— Славные ножи.

Краем глаза он заметил, как Элиза растерянно моргнула, а затем, поняв, что от нее требуется, весьма достоверно изобразила мальчишеский интерес к оружию. Один за другим она брала ножи своими изящными ручками, взвешивая их в ладони.

Джереми тотчас обратился с вопросом к торговцу, молясь про себя, чтобы тот не заметил маленьких точеных ручек «юноши». Но цыган, похоже, думал лишь о том, как бы подороже продать свой товар.

Они успели договориться о цене, когда Элиза откашлялась и пробасила:

— Я не отказался бы от такого ножа.

Джереми взглянул на выбранный ею нож, короткий, с широким треугольным лезвием. К клинку прилагались удобные кожаные ножны.

— Хорошо. — Взяв нож из рук Элизы, он добавил его к двум другим, которые выбрал сам, и посмотрел на цыгана: — Мы возьмем и этот клинок.

После небольшого спора с торговцем о цене Джереми расплатился, передал Элизе ее нож и заткнул за пояс два своих.

Беглецы отошли от лотка и снова влились в густую толпу, снующую между торговыми рядами.

— Спрячьте нож, — прошептал Джереми, склонив голову. — Никогда не стоит показывать, что у вас есть оружие. Пусть это лучше будет неожиданностью.

Элиза усмехнулась.

Джереми не знал, куда она спрятала нож. Клинок исчез в складках плаща, надетого поверх мужского наряда.

— Вода.

Элиза показала на водяной насос, и путешественники по очереди наполнили фляги.

Они остановились в тени возле стены, и Джереми принялся укладывать в сумки воду и купленную еду.

Элиза смотрела через его плечо на соседний постоялый двор. Вдруг она замерла, словно увидела призрак. Лицо ее застыло, глаза округлились от ужаса.

— Не двигайтесь, не оборачивайтесь. Это лэрд. Он только что въехал в город и, сидя на своем могучем мерине, осматривает торговые ряды.

— Он может нас видеть?

— Вряд ли. Между нами половина рынка. Он в другом конце улицы.

Подавив мучительное желание оглянуться, Джереми схватил Элизу за локоть, чтобы повернуть ее и увлечь за собой к конюшне трактира.

— Подождите. — Она замерла, хотя Джереми настойчиво тянул ее прочь, а в следующее мгновение облегченно перевела дыхание. — Лэрд отвернулся. — Элиза высвободилась из рук Джереми, и беглецы зашагали к трактиру. — Он просто оглядывал улицу и торговые ряды, — тихо добавила она. — А потом направил лошадь к другому постоялому двору.

Джереми ускорил шаг.

— Нам нужно забрать двуколку и немедленно уехать отсюда!

Они подошли к конюшне. Джереми пришлось сделать над собой усилие, чтобы согнать с лица хмурое выражение и изобразить беззаботность. Еще труднее было не показывать нетерпения, хотя ему отчаянно хотелось зашвырнуть седельные сумки в двуколку, вскочить на сиденье и схватить вожжи.

Вскоре он уже сидел в экипаже рядом с Элизой, сжимая в руках поводья. Выехав со двора конюшни, он погнал выбранного им гнедого мерина по улице так быстро, насколько хватало смелости.

Из-за оживленного движения двуколка почти ползла. Преодолев наконец поворот дороги, Джереми обернулся и окинул взглядом улицу.

Он увидел лэрда: уперев руки в бока, Маккинзи смотрел вслед двуколке.

— Проклятие!

Джереми подхлестнул лошадь.

— Что? — испуганно воскликнула Элиза. — Он нас видит?

Джереми заколебался, потом кивнул:

— Как назло, именно сейчас дорога позади нас почти опустела.

Элиза издала сдавленный возглас. Казалось, она хотела что-то сказать, но слова замерли у нее в горле.

Схватив Джереми за локоть, она подняла было руку, чтобы указать на что-то впереди, но осеклась. Взгляд ее не отрывался от дороги.

— Скроуп. Он едет верхом позади вон той кареты, запряженной четверкой лошадей, прямо навстречу нам.

Они удалялись от тропы, по которой пришли в Пеникуик, но та дорога, что была им нужна и вела на юг, прочь из города, лежала впереди. Джереми качнулся, пригнулся и снова выпрямился, успев заметить ноги лошади, скачущей позади тяжелой кареты. Он посмотрел вперед, оценивая расстояние и рассчитывая угол поворота.

— Молитесь, — посоветовал он. — Если мы удачно выберем момент…

Он натянул поводья, придерживая лошадь, пока карета не подъехала ближе, а затем резко свернул налево, на дорогу к югу, используя экипаж как заслон, чтобы Скроуп не смог увидеть их, пока они не повернутся к нему спиной.

— Ради всего святого, не оборачивайтесь.

— Не буду. — Элиза выпрямилась и замерла как вкопанная, стараясь казаться выше ростом. Сердце ее колотилось где-то у горла. — Шотландец и Скроуп оба здесь. Должно быть, они вместе ищут нас.

Она посмотрела на Джереми. Лицо его казалось суровым и мрачным. Взмахнув хлыстом, он подстегнул лошадь.

Двуколка с грохотом проехала по узкому каменному мосту, соединявшему берега реки к югу от города. Теперь перед беглецами простиралась дорога на юг.

Прислушавшись, они не услышали звуков погони у себя за спиной: ни криков, ни грозного цокота лошадиных копыт.

— Скроуп нас не видел? — спросила Элиза.

Джереми внезапно направил двуколку в сторону, на узкую тропу, тянущуюся от главной дороги. Элиза испуганно ахнула, когда экипаж стремительно съехал по короткому скату. Лежавшая внизу тропа петляла между купами берез. Джереми хлестнул коня, и гнедой, мерин стрелой полетел вперед. Двуколка раскачивалась и тряслась, колеса грохотали, разбрасывая мелкие камни.