Любовь на краю света - Лоуренс Стефани - Страница 32

— Как насчет церкви?

Проследив за ее взглядом, Джереми увидел высокую квадратную башню позади домов, выстроившихся вдоль дороги.

— Превосходно.

С седельными сумками, переброшенными через плечо, они зашагали по дороге, а затем свернули на узкую тропинку. Церковь окружало кладбище, широкая полоса зелени, на которой темными и светлыми пятнами выделялись памятники и могильные плиты, многие из них древние. Прочное каменное здание с тяжелой дубовой дверью выглядело ухоженным и опрятным.

Подойдя к сводчатому входу, Джереми взялся за дверной засов и облегченно перевел дыхание, когда тот поддался. Толчком распахнув дверь, Карлинг первым вошел в храм.

В это время дня церковь была пуста, но когда Элиза переступила порог и устремилась в центральный неф, он предостерегающе тронул ее за плечо.

— Подождите. Давайте поднимемся на башню, осмотрим окрестности и обсудим новый план.

Элиза кивнула.

Крыша башни как нельзя лучше подходила для того, чтобы осмотреться и все обдумать.

Поднявшись, путешественники подошли к зубчатой стене и оглядели раскинувшуюся внизу деревню с ее кукольными домиками. Дорога на Эдинбург серой лентой вилась среди полей. Кареты, деревенские телеги и всадники казались с высоты детскими игрушками.

Прикрыв ладонью глаза от солнца, Элиза повернулась к югу, а затем посмотрела на запад, в сторону Карнуота.

Джереми стянул с плеча седельную сумку и, пошарив в ней, нашел подзорную трубу, которой снабдил его Кобби. Опустив сумку на пол, он раздвинул трубу, поднес к глазам и направил на дорогу, ведущую в Кингсноу, откуда они только что приехали.

Подзорная труба была старой, не слишком хорошей, и все же…

Джереми вгляделся внимательнее и прикусил язык, чтобы сдержать проклятие. Не отрываясь от трубы, он обратился к Элизе:

— Этот ваш таинственный шотландец… Хизер или Брекенридж говорили, как он выглядит?

К счастью, ему удалось придать голосу рассеянную небрежность, скрыв растущее волнение.

— Высокий, могучий… огромный. Черные волосы — действительно черные, а не темно-каштановые. Светлые глаза. «Лицо, будто высеченное из гранита, а глаза как лед…» — так отозвался о горце один из тех, кто разговаривал с ним. — Элиза удивленно подняла брови. — А почему вы спрашиваете?

Джереми подкрутил подзорную трубу, сделав вид, что не слышал вопроса.

— А его лошадь? Помнится, я что-то слышал о ней.

Элиза подошла ближе.

— Крупный гнедой мерин. С широкой, мощной грудью. — Немного помолчав, она добавила: — Горец уже рядом?

Элиза не спросила: «Горец преследует нас?» Она знала ответ, подумал Джереми.

— Мужчина похожей наружности на крупном гнедом коне направляется сюда резвым аллюром. Он примерно в миле от нас.

— Если он заедет в деревню и расспросит местных жителей, то поймет, что мы где-то поблизости. И будет искать.

— А конюх заметил, куда мы пошли? Я не видел.

Элиза задумалась.

— Сомневаюсь. Но может, и заметил.

— Нужно выбираться отсюда.

— Нам нельзя возвращаться на дорогу. Шотландец нас увидит.

Опустив трубу, Джереми повернулся и направился к противоположной стене башни. Ландшафт по другую сторону церкви выглядел совершенно иначе. Джереми нахмурился. Сложив подзорную трубу, он убрал ее в седельную сумку, затем достал и развернул карту.

Элиза приблизилась и, взявшись за уголок карты, помогла ее раскрыть. Скользнув взглядом по ее лицу, Джереми убедился, что она испугана, но старается сохранять спокойствие и не поддаваться страху.

Джереми ткнул пальцем в карту, а после махнул в сторону бледно-лиловых холмов, окаймлявших поля за деревней.

— Должно быть, это Пентленд-Хиллс. Если держаться тропинки, которая привела нас в эту церковь, то мы выйдем к ним. Как видно на карте, тропинка скоро обрывается, а за ней нет ничего, кроме холмов. Нам предстоит их пересечь.

Элиза склонилась над картой, внимательно изучая рисунок.

— За холмами проходит большая дорога… нет, даже две дороги. — Она выпрямилась и вгляделась в даль поверх зубчатой стены башни. — Пеникуик — довольно крупный город. Мы наверняка сможем достать там двуколку. Потом доберемся до Пиблса и снова выедем на дорогу, по которой собирались ехать в Вулверстон.

— Верно. — Джереми испытующе посмотрел Элизе в глаза. — Вы готовы попытаться пересечь Пентленд-Хиллс?

Элиза решительно сжала губы. Теперь перед Джереми стояла истинная дочь Кинстеров.

— Я не собираюсь сидеть здесь и ждать, пока шотландец нас схватит. — Гневно сверкнув глазами, она вскинула голову и направилась к лестнице. — Идемте!

Джереми поспешно убрал карту, вскинул сумку на плечо и бросился за Элизой вниз по лестнице.

Покинув церковь и оглянувшись на строение в последний раз, они быстро зашагали бок о бок к туманным склонам Пентленд-Хиллс.

Идти оказалось нелегко.

Тропинка, по которой они шли, оборвалась недалеко от церкви. Беглецы перебрались через низкую живую изгородь и зашагали полем. Временами они останавливались, чтобы всмотреться в высокую гряду холмов и оглянуться на церковь — эти ориентиры позволяли им не сбиться с пути.

Элиза не уставала благодарить судьбу за то, что переоделась в бриджи и сапоги — в платье она уже валилась бы с ног от усталости. Мужской наряд позволял двигаться намного свободнее.

Подъем стал круче, под ногами путников расстилались заросли вереска. Пышные, густые кусты еще не успели покрыться цветами. Плотный вересковый ковер пересекали овечьи тропы, но путь беглецов не всегда пролегал по ним.

На середине первого склона Джереми с Элизой наткнулись на ручей. По предложению Джереми они прошли немного вдоль берега, пока не нашли место, где скалы тянулись вверх уступами, что значительно облегчало подъем.

Элиза шла молча, не желая попусту тратить слова. Джереми держался рядом. Время от времени он останавливался и оборачивался, проверяя направление.

Склон сделался почти отвесным. Взбираться становилось все труднее. Полная решимости не показывать недовольства и не жаловаться, Элиза стиснула зубы и карабкалась вверх, не обращая внимания на непривычный жар. Бедра ее горели огнем, икры пылали.

Как и Джереми, ее гнало вперед страстное желание ускользнуть от таинственного шотландца, а поскольку из-за нее беглецам пришлось идти пешком, Элиза поклялась себе, что ни одно слово жалобы не слетит с ее губ.

Достигнув гребня холма, она согнулась, уперлась ладонями в колени и свесила голову вниз, пытаясь выровнять дыхание.

Простояв так несколько мгновений, тяжело отдуваясь неподобающим леди образом, она вдруг почувствовала, как увесистая седельная сумка соскользнула с ее плеча.

— Позвольте мне это взять.

Едва держась на подгибающихся ногах, Элиза проковыляла к плоской скале и рухнула на камень.

Джереми остановился чуть ниже хребта, чтобы его фигуру невозможно было различить на фоне неба, если кому-то вздумается высматривать его на склоне. Опустив сумки на землю, он снова достал карту.

Коротко взглянув на рисунок, он повернулся к Элизе. В глазах ее застыл ужас.

— Боже праведный, так это только первый холм. Сколько же их всего?

— Остался еще один. — Джереми кивком указал на соседний кряж. — Нам осталось подняться вон на тот гребень, а дальше дорога пойдет под уклон.

— Что ж, будем довольствоваться малым, — слабым голосом пробормотала Элиза.

Въехав в деревню Эйнвилл, Маккинзи натянул поводья и в сердцах выругался. Беглецы, бесследно исчезли.

— Проклятие, я их упустил!

Геркулес и ухом не повел.

В сгущающихся сумерках лэрд, оставаясь в седле, мысленно вернулся к разговору с конюхом в деревушке Карри. Там-то он и потерял след Элизы с англичанином. Конюх не видел, куда они направились. Зная, что беглецы держат путь на юг, Маккинзи выбрал это направление, однако так и не настиг их.

Он останавливался в каждой деревне, заезжал на все постоялые дворы, но не нашел ни единой ниточки, которая привела бы его к цели. Элиза и ее спаситель будто сквозь землю провалились.