Проходная пешка (СИ) - Сухоросов Михаил - Страница 82

- А что? Мне так хочется.

- А почему, интересно?

- Ну, не знаю… - она чуть задумалась. - Ты какой-то… серьезный, что ли?

- А по тебе и не скажешь, что тебя преступный тип привлекает, - в тон откликнулся я, она округлила глаза:

- Ты, наверно, маньяк?

Я прыснул, скроил серьезную рожу, лекторским тоном растолковал:

- Преступный тип еще не есть преступник… Читайте Ломброзо.

- Странный мужик этот твой Ломброзо… Я, между прочим, тебя тоже спросить бы могла.

- Рискни.

- А почему ты мне доверяешь?

- Ну, знаешь, никому не доверять - это лучше сразу повеситься… Погоди-ка.

Присутствует некая опасность. на ловушку не похоже, скорее, что-то стихийное. И не особо серьезное…

Джекки дернула меня за рукав:

- Командос! Что такое?

Вместо ответа я указал глазами влево. Ничего особенного: в нескольких метрах приткнулся в тени "коробок", рядом околачиваются два молоденьких и очень самоуверенных мента. И оба меня в упор разглядывают. Специально, что ли, поджидали?..

Словно в ответ на мои мысли, менты отлепились от "коробка", заступили дорогу. Тот, что повыше, продолжая пристально меня разглядывать, осведомился:

- Документы имеем какие-нибудь?

Не понравилась им моя рожа… Главное - не дать себя ошмонать: как-никак, ствол в кармане, за поясом - перо нехилое, а документов, понятно, никаких. Я пожал плечами:

- Не ношу.

- Колющие-режущие предметы имеются?

- Откуда? Слушайте, а вам вообще-то что надо? - я разглядывал из не без интереса. Тоже своего рода ностальгия: два с лишним года живого мента не видел…

- Сейчас узнаешь, - гоготнул второй мент, коренастый. с грубым лицом. - Ну-ка, руки на капот!

Отвык я, чтоб со мной так разговаривали… Не хватало еще, чтоб всякое соплячье меня застраивать начало - только потому, что они в форме, а я нет! Так что я мило улыбнулся:

- Зачем? Вы мне что - не верите?

- Поговори! Вот сейчас поедем с нами - там поговоришь! - пролаял низенький мент, напрягшись. - Руки на машину, шустрей!

Ох, чувствую, сейчас они у меня поразвлекаются… Их настрой определить - никакого труда: те же самые мелкие хищники. Шакалы. Только инстинкт самосохранения придушен сознанием своей власти.

- А в чем дело-то? Идем себе, никого не трогаем…

Длинный мент вместо ответа взял меня за плечо, пихнул к коробку. Вот ни фига себе, охамели ребята! Так не пойдет…

Я сбросил руку со своего плеча, отступил на полшага, нехорошо ухмыляясь:

- Ну, мусора, теперь молитесь…

Оба, словно только этого и ждали, кинулись на меня. А во мне словно выключатель повернулся - никаких эмоций, кроме холодной, расчетливой ярости. Время снова послушно замедлилось - как тогда, когда я был Мастером Клинка. Я увидел их возможности, просчитал их действия и рванулся навстречу. Ныряю под дубинку, перехватываю руку, короткий, с подключением Силы, удар под дых. Один есть. Опасно справа, из кобуры медленно выползает ствол. Свой доставать некогда и незачем. Смещаюсь, режущий удар в кадык, коленом в пах, раскрытой ладонью в переносицу. Готово. Шофер выдвигается из машины, медленно поднимает "макара". Какие они тормозные, а я-то рассчитывал на серьезную драку… Ребром ладони по запястью, обеими руками хватаю за бычий загривок, мордой об колено, выдергиваю из машины, ударяю башкой об капот… Хрип сзади, холод по спине. Мент, которого я свалил первым, стоя на коленях, ловит воздух открытым ртом, рвет пистолет из кобуры. Оказываюсь сзади него, ствол звякает об асфальт, захватываю шею на локтевой сгиб, завершая захват на левой руке, готовясь резко нажать коленом в спину…

- Мастер!!! - голос Джекки на высокой истерической ноте словно отрезвляет. Движения не завершаю. Что ж это я, в самом-то деле? Сейчас бы грохнул дурака и не заметил… Мало того, что из-за ментовского трупа весь город на уши поставят, вообще как-то нехорошо получилось бы… Мысленно ругая себя за расточительство, обездвиживаю несостоявшегося покойника Силой. Ничего, ребята, вы меня еще повспоминаете…

Я по быстрому сцепил всех троих наручниками в веселый хоровод, зашвырнул пистолеты и рации подальше в кусты, подхватил Джекки под локоть:

- А вот теперь давай-ка сваливать.

Она не сопротивлялась, но я почувствовал, что ее основательно колотит, увлекая ее за собой, нырнул в следующий двор, через арку, через узкую улочку, еще один двор… Внезапно она остановилась, как вкопанная, спросила - тихо, дрожащим голосом:

- Командос… Ты убить их хотел?

Я ухмыльнулся углом рта:

- Это, радость моя, был русский бунт. Бессмысленный, сама понимаешь, и беспощадный. Ну что делать, если меня так и учили действовать?…

Она замолчала. Теперь в ее эмоциональном фоне чувствуется явственный оттенок страха. Ничего, это, говорят, даже полезно…

Мы пересекли еще одну улочку, когда - пока еще далеко - послышался мяукающий вой сирен. Я возвел глаза к небу, шепотом выругался. потом сообщил с максимальной беспечностью:

- А вот теперь точно пора сваливать, сказал ему внутренний голос… Может, и не за нами, но, сдается мне, какой-то доброхот вызвал.

Я обвел глазами обширный двор, в котором мы оказались. Всякие крутые тачки трогать не будем… А посреди двора - как раз то, что требуется: раздолбанный "зилок". на такой тачке нас уж точно никто искать не станет, так что я провозгласил:

- Эврика! - и потащил слабо упирающуюся Джекки к машине. - Да ладно тебе, пока что все пучком.

- Ты что - угнать его хочешь?

- Что ты, как можно… В силу необходимости личность имеет право на любое транспортное средство… Возьмем напрокат на полчасика, - я уже подошел к грузовику, Джекки судорожно вцепилась в мой локоть. Для начала проверим, не караулит ли где поблизости водила с монтировкой…

Цепочку от машины до владельца отследить - дело, в общем-то, плевое. Так что я за три секунды просчитал: да, тот, кто на этом страшилище гоняет, недалеко, только в состоянии несколько уже невменяемом. И не один. И номерок на машине не местный. Вот и ладненько, надеюсь, до утра этой тарахтелки не хватятся.

С замками пришлось чуток поковыряться - Силой тут их вскрывать труднее, чем в Преисподней - но времени это тоже не слишком много заняло. Я подсадил Джекки в кабину - она до сих пор к легком ступоре, но хоть трясти ее перестало, - сам запрыгнул с другой стороны, хлопнул дверцей, оборвал на соплях держащиеся провода зажигания, соединил накоротко. Мотор завелся сразу, и я возблагодарил судьбу и неведомого водилу, повернулся к Джекки:

- Слушай, извини, что так вышло. Есть у меня такая особенность - в самый неподходящий момент находить приключения на свою… гм… шею.

Она даже смогла кивнуть в знак того, что сообщение приняла, а я уже разворачивался к выезду из дворика.

"Зилок", честно говоря, оказался редкостной развалюхой - в коробке передач что-то душераздирающе скрежетало, движок по-старчески постукивал и покашливал, кузов жалобно дребезжал… Но в общем и целом - неплохо, - мысленно одобрил я его и себя. Вихлять и рыскать мы перестали, когда выкатились из дворика и я приноровился к тяжелой баранке, и я гнал его через душное городское марево, старательно избегая больших улиц и транспортных развязок - один раз за вечер на ментов нарваться, по-моему, уже достаточно…

Я выбирал дорогу в объезд, но путь все равно держал к Сивеням - за Южную автостанцию, не доезжая до выезда на трассу. Джекки потребовалось минут десять, чтобы это оценить, потом она произнесла почти про себя:

- А город ты знаешь, оказывается…

- Оказывается, так, - рассеянно подтвердил я, не отрывая взгляда от дороги и вежливо пропуская вперед потрепанный "москвич". Притормозив на перекрестке, повернулся к ней. Она сидела очень прямо, глядя перед собой, чуть щурясь от врывающегося в окошко ветра. Перегнувшись на сидении, я потрепал ее по руке:

- А ты молодец. Без истерик. И… спасибо, что остановила.

Она медленно повернула ко мне голову: