Джо Варвар и Чвокая Шмарь - Стюарт Пол - Страница 41

— Плюс-минус год, — поправилась Марго. — Мы, драконы, особо нуждаемся в хорошем сне. Да и что такое двадцать лет по сравнению с Вечностью? Сущий пустяк! Вот Матильда, — и Марго сделала неопределенный жест в сторону входа в пещеру, — проспала в два раза больше, и ничего. А уж Агнес! Ну, Агнес вообще никто уже несколько столетий не видел! Если честно, я тоже люблю поспать, но эта проклятая посуда меня разбудила!

Динь-дон-клинг-кланг-вжик!

Марго вздохнула:

— Прелестные вещи… Однако они по-прежнему продолжают страшно шуметь!

— Да уж! — мрачно заметила из своего уголка арфа.

Джо поднял меч с прихотливо украшенной рукоятью.

— А что, у всех драконов такие огромные сокровищницы? — спросил он.

— Ну конечно, мой мальчик, — улыбнулась Марго. — Мы, драконы, просто обожаем красивые побрякушки — единственное, что согревает нам душу. Ну, порой требуются еще одна-две овцы… — Она вздохнула. — Ах, о нас рассказывают такие небылицы! И замки-то мы сжигаем, и с конными рыцарями сражаемся, и живьем проглатываем принцесс вместе с их фрейлинами… Гадость какая! Да в сутках просто времени не хватит, чтобы пересказать всю эту чепуху.

Джо согласно кивнул.

— А герои-воители? Они полагают, что запросто могут сразить настоящего дракона! — продолжала Марго с явным раздражением. — Вот это уж, если хочешь знать, сущая глупость и наглость, черт побери!

— Да как вы смеете! Немедленно прекратите! — раздался вдруг сердитый голос. — Оставьте меня в покое!

Это кричала арфа. До нее добралась дюжина ножей для масла и несколько столовых ложек, бренчавших на ней по очереди как попало.

Дракониха в гневе обернулась и в виде последнего предупреждения послала в сторону нарушителей спокойствия струю горячего дыма. Арфа тут же упала в обморок. Столовые приборы спешно попрятались за бесчисленными подсвечниками и канделябрами, лежавшими в общей куче, но потом снова вылезли и принялись неутомимо скакать, издавая немелодичный звон.

— Дорогой Джо, не мог бы ты применить свои умения и заставить эту шваль наконец умолкнуть? — попросила Марго.

— Дорогая Марго, — честно отвечал Джо, — дело в том, что я не владею никакими особыми умениями и никакой я не герой-воитель, а обыкновенный школьник!

— А ведь по виду никогда и не скажешь! — крикнула вредная Вероника, которая, пребывая в полном восторге, раскачивалась на качелях в столь неожиданно обретенной заветной клетке.

— В Чвокую Шмарь меня вызвал с помощью какого-то заклятия Рэндальф, — продолжал Джо, — и обещал отправить домой, как только я выполню некоторые его поручения. Я их выполнил, но отправить меня он пока не может. Вот почему я и оказался возле твоей пещеры: я просто не мог позволить тебе съесть его… Нет, я, разумеется, ничего плохого про тебя сказать не хочу….

— Естественно! Но, милый мой, никто и не собирается его есть! — сказала Марго. — Ах, бедный Джо! Ты совершенно запутался! Один, в чужой стране…

Динь-дон-клинг-клинг!

Дракониха застонала и повернулась к Рэндальфу.

— Прошу тебя, Рэндальф, поспеши! — напряженным голосом промолвила она. — У меня просто голова раскалывается!

Но Рэндальф в отчаянии пожал плечами.

— Боюсь, сведенная с ума колдовством, эта кухонная утварь просто не поддастся известным мне заклинаниям, мадам. На нее навели очень сложные чары!

— И ты еще называешь себя волшебником! — с упреком сказала Марго и повернулась к Джо: — Вынуждена заметить, что у тебя, по-моему, очень мало шансов когда-либо покинуть Чвокую Шмарь!

— Не бойся, Джо, все будет отлично! — крикнул мальчику Рэндальф, — А вот посуду эту, боюсь, действительно заколдовал великий волшебник! Мне необходимо вернуться домой и поработать с книгами, а посему нам пора откланяться, мадам, и отправляться в путь.

— Нет! Никуда вы не пойдете! — заявила Марго и несколько раз обвила хвостом Рэндальфа, не давая ему сделать ни шагу.

— Что это значит? — тут же взорвался разгневанный Рэндальф.

— Норберт в вашей компании — просто марионетка, Джо — настоящий джентльмен, а эта агрессивная птичка кажется мне теперь весьма милой…

Дрын-дрын-дрын-клинк-клянг-блям!

— Но тем не менее никто из вас никуда не уйдет до тех пор, пока каждый столовый прибор в этом взбесившемся стаде не будет лежать спокойно! — леденящим душу голосом проревела Марго. — И мне совершенно безразлично, как именно вы этого добьетесь и сколько времени это займет! Я желаю одного: чтобы они раз и навсегда умолкли!

Дрын-дрын-дрям-дрям-дрям-клинк-клонг!

7

Сильный пронизывающе-холодный ветер свистел в Эльфийском Лесу. Древесные кролики, устроившись на нижних ветвях дубов и сосен, беспокойно храпели во сне и сбивались в кучки, пытаясь согреться, а повисшие, как всегда, вниз головой на верхних ветвях деревьев пернатые мыши при особо сильных порывах ветра громко кричали: «У-уф!»

Тяжело продираясь сквозь чащу, на поляну выбрался какой-то сутулый человек и тут же вцепился костлявыми пальцами в шапку, грозившую улететь. Человек поспешно надвинул на самые глаза капюшон плаща и двинулся дальше, с каждым шагом глубоко проваливаясь в месиво из мокрой земли и раскисших прошлогодних листьев. То и дело он останавливался и вытирал пот со лба: несмотря на холодную погоду, он весь взмок.

Эта поляна, находившаяся в самом центре леса, называлась Хихикающей. Посреди нее стоял довольно скромный деревянный домик на высоких бревенчатых сваях. К нему-то и продвигался человек в плаще.

Ветер выл, залетая под дом и свистя меж свай. Казалось, он вот-вот сломает высокую каминную трубу. Ставни на окнах громко стучали, а крытая щепой кровля скрипела и шуршала. Внутри же дома, на изысканно украшенном кресле с высокой спинкой, похожем на трон, сидел, поджав ноги, доктор Блинч и ждал.

— Скоро! — хихикал он. — Ой как скоро!

И тут, словно по волшебству, дверь распахнулась, и доктор Блинч с улыбкой спросил:

— Это ты, Квентин?

— Д-да, хозяин! — Квентин, пыхтя, старался закрыть дверь, но ему не давал напиравший снаружи ветер. — Ну и погодка! Спаси и помилуй! — сказал он, наконец справившись со своей задачей. — Настоящий ураган! Мне каждый шаг давался с трудом! — Он устало покачал головой. — По-моему, у меня из головы все мозги выдуло!

— Выдуло? — Доктор Блинч захихикал. — Как забавно! Я полагаю, ты принес добрые вести?

Квентин скинул капюшон, слегка поправил подпорченные погодой и капюшоном роскошные золотистые локоны, подкрутил кончики замечательных пышных усов и наконец посмотрел на своего собеседника. Трон был окутан глубокими тенями. В темноте виднелись лишь неестественно яркие голубые глаза доктора Блинча, которыми он так и впился в Квентина. Взгляд этот был таков, что у вошедшего колени сразу стали как ватные.

— Ну? — грозно спросил доктор Блинч. — Надеюсь, о Рогатом Бароне наконец «позаботились»? — Он неприятно хихикнул. — Уверен, наша чешуйчатая приятельница получила удовольствие от подобной закуски. — Его пронзительное и почти зловещее хихиканье стало громче. — Слышал ли ты, как она похрустывала его косточками, отрывая конечности одну за другой? — спросил он Квентина.

— Дело в том, господин мой… — Квентин некоторое время собирался с духом. — Дело в том, что я должен кое-что тебе сообщить…

Голубые глаза доктора Блинча превратились в светящиеся щелочки.

— Ну? Говори же! — нетерпеливо потребовал он.

Квентин нервно сглотнул слюну, набрал полную грудь воздуха и выпалил:

— Дело в том, что наш план провалился!

— Изволь объясниться, — холодно потребовал доктор Блинч.

— Там все перепуталось… — начал Квентин. — Во время бала… И дракон, похоже, закусил совсем другим человеком…

— Другим человеком? — грозно переспросил доктор Блинч.

— Ну да! Он подвернулся в самый последний момент и все испортил. И я уже ничего поделать не мог.

— Кого же съел дракон? — Теперь голос доктора звучал свирепо.

— Ну, того волшебника… — Квентин от страха все время запинался. — Ну, Рэндальфа… Рэндальфа Мудрого…