История одной кошки - Бочарова Юлия Романовна - Страница 37

Город поражал, как своей архитектурой, так и другим отношение граждан друг к другу. Здесь мужчины и женщины свободно общались, торговали, любили. Не было того резкого разграничения как в Самире, что сразу бросалось в глаза.

Но чем ближе мы продвигались вглубь города, тем меньше я замечала окружающую меня красоту. Конец пути и долгожданная встреча с моим малышом и Геером. В предвкушение я даже начала реже дышать и с каждой секундой волновалась все больше. Но сразу после прибытия во дворец, меня препроводили в мои покои, и не позволили увидеть их.

Долгие часы я провела в ванной комнате. Меня расчесывали, одевали, кормили. Ни на минуту не оставляли одну, и ничего не говорили. Готовили к встрече с королем и доводили до истерики, потому что я не намерена была куда-то идти, не убедившись, что с моим другом и сыном все в порядке. О чем я и сообщила своим мучителям, выпихнув их магией за двери спальных комнат.

Через десять минут ожидания, за мной пришли воины и, с каменными лицами, попросили следовать за ними. Я смирилась со своей участью и, поправив подол длинного белого платья, вышла из комнаты.

Проводив меня до огромных расписанных золотом дверей, мужчины остановились. А я, напряженно сжав кулаки, вступила в залитый светом зал. Гробовая тишина ознаменовала мое появление в забитом эльерами пространстве. Бесстрастно смотря на окружающих меня мужчин и женщин, я уверенным шагом направилась к алтарю, который окружало кольцо из одетых в белое воинов. Самого короля я увидела только тогда, когда подошла к отшлифованному розовому камню, за которым стоял жрец.

Его величество не удостоил меня даже взгляда, да и лицо его, в тени капюшона, было трудно разглядеть - что меня очень разозлило. Но сдерживая свой гнев и покоряясь, я прикусила губу.

Жрец тем временем начал читать огромную книгу, занимающую половину алтаря. Речь его была плавной и монотонной, и я мало что понимала на древнем наречие эльеров, хотя четко вникать смысла все равно не было, свадебная церемония не требовала особых объяснений.

Когда же мужчина закончил декламировать, нас с правителем попросили подойти ближе и положить руку на пожелтевшие страницы древнего фолианта.

После этого нехитрого действа, жрец поднял руки к небу и попросил у богов благословения.

Книга тут же засветилась и мою правую руку начало обжигать, и с каждой секундой жар становился все сильнее. Не в силах терпеть боль, я уже хотела одернуть её, но король мне не дал, крепко сжав мою кисть своей. Все закончилось внезапно, пропал яркий свет, еще совсем недавно окутывавший нас, прошла боль и церемония подошла к концу.

На наших руках теперь красовались одинаковые магические символы, свидетельствующие о вступление в брак и об обязательствах.

Наш фиктивный союз с Геером не был заключен по всем правилам, да и в Самире непринято связывать брачующихся магическими узами, поэтому и союз с королем был одобрен богами, в силу чего теперь я полностью принадлежу стоящему рядом со мной мужчине, как бы горько это не звучало.

Жрец произнес еще одну длинную речь, по истечении которой Тимлок надел на мою голову сверкающий серебряный обруч, с огромным зеленым камнем в центре. Затем заиграла музыка, нас поздравили со вступлением в брак и препроводили в огромные, богато обставленные покои.

Когда мы остались наедине с правителем Алькора, я не выдержала и спросила:

— Где мой сын и Геер?

Мужчина ничего не говорил, вольготно расположившись в кресле и сложив руки на груди.

— Где они? - меня переполняла волна чувств, и сил больше терпеть не было.

— Они в Самире, - холодно ответил правитель, поднимаясь с кресла и подходя ко мне.

— Почему? - чуть не плача спрашиваю, отходя на шаг назад.

Господин сразу же схватил меня, прижимая к себе и шипящим голосом проговаривая:

— Я не потерплю присутствие твоего любовника и ребенка от чужого мужчины во дворце. Они были в Салуэ в тот же день, когда ты пересекла границу. И советую тебе о них позабыть.

— Нет! - Вырвавшись, прокричала я. - Ты ничего не понимаешь!

Я направилась к дверям, но король силой развернул меня, пресекая все возможности побега.

— Ты забываешь, кто ты и кто я, дорогая, - голосом полным гнева произнес он. - Ты теперь моя жена и королева. И если не подчинишься, хуже будет только тебе.

В следующий момент мужчина оттолкнул меня в сторону и быстрым шагом вышел из комнаты.

Обессиленная и потерянная, я находилась в таком эмоциональном напряжение, что моя психика не выдержала, и упала в обморок.

Отступление 5.

Раскаявшийся король

 В покои королевы пробивался яркий солнечный свет, заполняя огромное пространство и разгоняя зловещую тьму. Все в этом месте пропахло травами и настойками. Лекари и маги не покидали пределов дворца и неусыпно следили за здоровьем своей госпожи.

Уже больше недели девушка находилась на грани жизни и смерти, редко приходя в себя. Король часто сидел у постели своей жены и с болью в сердце смотрел, как она угасает. Ведь природа её болезни была такова, что ни один лекарь или маг не мог её излечить, поддержать жизнь и не более, спасти тело, а не душу.

Вот и сейчас, держа свою жену за руку, король Тимлок ясно понимал, что времени остается все меньше и если не спасти глупую девчонку, то она уйдет навсегда, забрав с собой частичку его души.

Через магическую связь, установленную между ними, он чувствовал, что Амидьян страдает, знал, что девушка на грани и единственный способ ее спасти - это проникнуть в её разум. Но этот вариант был настолько рискованным, что он до последнего отказывался от него. Тем не менее, в тот момент у правителя не осталось времени, если он не попытается, она умрет. Хотя если у него ничего не получится, может случиться так, что он уйдет вместе с ней. И тогда королевство останется сразу без двух правителей и погрязнет в хаосе.

Разумом мужчина понимал, что этого лучше не делать, но сердце твердило обратное. Наверное, он все же влюбился в это наивное и слабое создание, без капли уважения к нему. И сейчас, если он её потеряет, будет ли его жизнь прежней?

Тимлок поцеловал руку своей жены, а после начал читать заклинание. Мертвый язык разносился по комнате, напиваясь магией, и вот, когда последнее слово было сказано, мужчина обмяк и произошел перенос его сознания.

На маленьком островке, посреди бескрайней пустоты, сидела печальная худенькая девушка, стирающая то и дело подающие слезы, маленьким белым кружевным платочком.

— Долго ты еще собираешься плакать? - печальным голосом спросил король.

Селения подняла на него огромные зеленые глаза, в которых плескался океан боли, мимолетом на него посмотрела и снова погрузилась в себя.

— Скажи мне, чего ты хочешь? - мужчина опустился рядом с ней на колени, поднимая её подбородок и заглядывая в глубокие зеленые озера.

— Ничего, - бесстрастно произнесла она.

— Разве ты не хочешь жить? - обеспокоенно спросил Тимлок.

— Мне не ради чего жить.

— Почему ты так говоришь?! - не выдержал король, повышая тон. - Ты молода, красива. Зачем тебе уходить, ведь все еще впереди. Ты многого не знаешь, и не видела. Целый мир лежит у твоих ног...

— Ты ничего не понимаешь, - холодное в ответ.

— Тогда объясни мне, - твердым голосом попросил он.

— С какой целью?

— Потому что я твой муж, и я хочу это знать. Пожалуйста, дорогая, скажи мне.

   Мужчина прижал девушку к своей широкой груди, начиная поглаживать по голове.

— Мой муж меня ненавидит и ему незачем знать мои причины.

— Я не могу ненавидеть тебя, - правитель взял лицо королевы в свои руки. - Разве ты меня не узнаешь, мы ведь вместе путешествовали по пустыне. Делили еду и воду, встречали рассветы и закаты. Неужели мой шрам тебе настолько противен?