Последствия выбора - Воскресенская Ольга Николаевна - Страница 81

Толпа сектантов в зале оказалась вооружена через одного-двух. Некоторые сдавались сразу, надеясь на милость иноземцев, но находились и те, кто с голыми руками организованными группками кидался на солдат. Падали убитые ими, раненые, укушенные, которых потом придется добить своим же… Но ренийцы были лучше организованы и подготовлены, и они одерживали верх. На пол валились тела в сером, несколько из них без видимой причины вспыхнули нестерпимо ярким светом и осыпались пеплом.

Нашлись среди преступников и маги, но они были не чета Джеру, который успевал и атаковать самых рьяных, и выставлять защиту себе и окружающим. Зря парнишка боялся, что опозорит звание боевого мага-универсала, навыков и знаний у него было в достатке. А вот большинство сектантов явно освоили одно-два заклинания и не блистали талантом.

Вильс, видя, какой оборот приняло дело, вынул из складок одежды небольшой нож и кинулся к русоволосому ренийцу, собираясь поторговаться. Он приставил лезвие к шее Ройса и крикнул:

– Не приближайтесь или я убью его! Я требую гарантий того, что меня отпустят. Дайте мне дорогу к алтарю Владыки!

– Опусти нож, – процедил Эстив. Он не принял участия в общей потасовке, а целенаправленно пробрался поближе к столбам с пленниками. Его левую руку обвивала тетива – бывший браслет Ройса.

– Мал еще, чтобы тявкать, – хмыкнул Вильс. – Смотри сам на свой болт не наткнись.

– Эстив, не связывайся с этим психом, – попросил беспокоящийся начальник тайной канцелярии. – Я же просил тебя оставаться в АТеРе.

– Извини, Ройс, но как телохранитель и покровитель я теперь просто обязан присматривать за тобой.

– Ты, охранничек недоделанный, опусти арбалет и перестань в меня целиться, у меня ведь и рука от нервов может дрогнуть, – сказал небритый сектант. Он не сообразил, почему рыжий парнишка назвался покровителем, не обратил внимания на это слово.

Будто соглашаясь выполнить условия, Эстив направил острие болта в пол. Пусть бандит успокоится и чуть расслабится. Но следом покровитель по-мальчишески широко улыбнулся и заявил:

– Не успеет.

И пока Вильс соображал, что это означает, рыжий ученик АТеРа неуловимо быстрым движением снова поднял арбалет и выстрелил. Ослабевшая рука Вильса выпустила нож, со звоном приземлившийся на каменный пол, а сам он рухнул следом с болтом в глазнице.

– Фух, – выдохнул Эстив, и выяснилось, что он все же волновался и не был так уверен в успехе, как казалось. – Ройс, я теперь на все ближайшие годы твой личный телохранитель, смирись с этим.

– Пока что его телохранитель – я! – вмешался Кириано.

– А ничего, что я не собираюсь в дальнейшем платить ни одному, ни второму? – поинтересовался Ройс, глазами следя за битвой в другом конце зала. Там алани Мариот Арито занимался подавлением самого яростного очага сопротивления.

– Это другое дело, – отозвался Кириано. – Не стоит влипать в неприятности без меня, но с этим потерявшим память задохликом в качестве обузы.

– А с тобой, значит, влипать можно? Ну висишь ты теперь по соседству, это мне как-то помогло?

– Конечно. Морально, – хмыкнул Кириано. Он осознавал, что бывают ситуации, когда никакое мастерство не поможет избежать плена или смерти.

– Самомнение у тебя все то же, встряска не помогла, – вздохнул Ройс. – Хотя… по-другому с тобой было бы и неинтересно!

Эстив, не обращая внимания на болтовню товарищей, поднял нож Вильса и осторожно перерезал путы несостоявшихся жертв, начав, естественно, со своего подопечного. Пусть он ничего не помнит и артефакт пока является для него бесполезной безделушкой, но это не отменяет ответственности за жизнь и судьбу Ройса. Когда память к нему вернется, он же со стыда сгорит, вспомнив, что позволил убить своего единственного служителя.

– Зря ты нас освободил, – сказал начальник тайной канцелярии, тяжело вздохнув. На него неожиданно навалилась апатия. Все могло бы быть просто замечательно, если бы не одно «но»…

– Почему? – удивился рыжий парнишка. – Неужели вам нравилось тут висеть?

– Нас укусили вампиры, и теперь мы медленно превращаемся, – пояснил Ройс и в очередной раз на всякий случай ощупал зубы.

– Пока вы только в лопухов превратились, – с ехидцей произнес вылезший откуда-то из-за спины вездесущий Пирс.

– У нас горе, а ты тут с оскорблениями, – зло бросил Кириано, разминая запястья.

– Ну, судя по следам на шеях, кусал вас кто угодно, только не нормальный урожденный вампир! Должны были остаться две маленькие аккуратные дырочки, а у вас… – протянул тансорский агент, после чего деловито уточнил: – Сколько часов назад это случилось?

– В три часа пополудни, – за обоих ответил Кириано, предоставив Пирсу самому подсчитывать.

– У-у, дорогие мои, так вы бы к полуночи уже вовсю хвастались новыми зубками. В условиях стресса процесс вообще должен произойти мгновенно. Или хотите сказать, что вы тут наслаждались отличной компанией и радовались каждой минуте, проведенной в беспомощном состоянии?

– Еще чего! Мы не извращенцы, – фыркнул Кириано и, прихрамывая, метнулся к краю круга, где подобрал с пола валяющийся возле тела сектанта меч. Раз уж превращение в вампира не состоится, надо защищать свою жизнь и жизнь нанимателя. Назло тому, кто, похоже, задался целью убедить их в бесперспективности дальнейшего существования и устроил инсценировку с укусом.

– Почему-то сегодня все словно сговорились убеждать нас в обратном, – обращаясь к Пирсу, пожаловался Ройсвен. Он тоже попытался найти взглядом оружие для себя где-нибудь неподалеку на полу, но не преуспел.

Тансорский агент деловито врезал кулаком в челюсть пробегающему мимо него сородичу в сером и продолжил измываться:

– Так почему бы и не обвинить, если это правда? Только извращенцы, желающие нарваться на неприятности, могли одни отправиться на встречу с бандитами! А иначе почему, обнаружив Дартиса и след к артефакту, вы не поставили в известность меня или хотя бы алани Мариота Арито? Хорошо, что после осмотра поляны, где убили Хиля и еще одного человека, мне срочно захотелось поговорить с Ройсом. Да и командующий волновался, он тоже желал лично убедиться, что с родственником все в порядке. Поэтому Джер мысленно связался с учителем, узнал, что в последний раз вас видели в АТеРе, и заодно сам увязался с нами, чтобы развеяться.

– Мы просто хотели разведать обстановку! – возмутился Ройс. – Да и сектантам, по логике вещей, полагалось перепрятать артефакт, попытаться запутать нас и других возможных ищеек, а не бежать навстречу. Следом за нами по нити могла идти еще сотня агентов.

Эти слова заставили Пирса задуматься. А действительно: откуда преступники знали, что в настоящий момент их выслеживают всего двое ренийцев, а не двадцать? Они, не нервничая, устроили засаду на служителя Дартиса и его телохранителя, хотя должны были несколько раз перенести артефакт через алтарь своего покровителя, чтобы никто не вычислил местоположение их крепости. Постоянные перемещения и скорость – вот оптимальная тактика для сектантов в таких условиях.

Пока вампир думал, Ройс дохромал до алтаря и попытался сделать то, что не удалось чуть раньше оборотню, – выдернуть меч. Он тоже неуютно себя чувствовал с пустыми руками в гуще битвы. И хотя на страже его жизни стояли Кириано и Эстив, начальник тайной канцелярии решил и сам не плошать. Ройс дернул клинок раз-другой, а потом поступил проще.

– К Дартису этот меч! – с расстановкой произнес он и постарался как можно быстрее перебраться поближе к Эстиву, чтобы подхватить высвобожденное оружие. Меч возник прямо в воздухе перед рыжим пацаном.

– Ты же не возражаешь? – с запозданием спросил Ройс у воплощенного в смертном теле покровителя.

Эстив быстро покачал головой и, вскинув арбалет, выстрелил в одного из подобравшихся слишком близко сектантов. Он не знал, как положено думать настоящему богу при полной памяти, но считал, что несет ответственность за Ройсвена.

– Парни, а мне теперь крупно влетит, – вздохнул рядом Пирс, не забывая контролировать обстановку вокруг. – Я в АТеРе второпях дал вашему командующему письменное разрешение на участие ренийских солдат, адептов Мергатока и Ароя, численностью в сто человек в операции по освобождению соотечественника.