Звезда конструктора - Башун Виталий Михайлович - Страница 81

Так что вины я за собой не чувствовал, ждал, что отделаюсь внушением, да и буду отпущен на все четыре стороны, однако Козельс поставил все с ног на голову. Я ни на секунду не поверил в то, что у ДОК есть на меня нечто важное, как бы полковник ни намекал. Точнее, стал бы он намекать, если бы у него хоть что-то на меня было?

Фактически мне ничего не могли инкриминировать. Подделку и продажу амулетов древних? Во-первых, надо доказать, что они подделка. Во-вторых… тоже. И как они это сделают? Три раза ха-ха-ха! А подлинники вполне могли храниться в нашей семье и не были проданы раньше потому, что их берегли до последнего. Мог же я надеяться заработать деньги в качестве мага? Ну, не получилось. Пришел срок выкупа, и с семейной реликвией пришлось расстаться. Продавал же под чужим именем, потому что было стыдно под своим, да и цену сбивать не хотелось.

Изготовление амулетов без патента? Так никто не видел, как я изготавливал молнии шируши, да и не поверит никто, что я вообще способен их изготовить. А неизвестный охотник вполне мог их продать мне – это не преследуется по закону.

Ну а производство амулетов в Гоблери – это и вовсе законнее не бывает.

Таким образом, получается, что я нужен ДОК для каких-то неясных пока целей. Учитывая «нежную», по слухам, «любовь» королевских служб друг к другу, не исключаю то, что большую роль в задержании сыграло мое возможное будущее родство с главой конкурирующей структуры, которой через меня решили подложить грязную до невозможности, но жирную свинью. Или в моем лице подложить. То есть в роли свиньи, которую порежет на колбасу эльфийка, вполне могу оказаться я сам, несмотря на то что калорийность моих мощей не дотягивает даже до копыта старого козла.

С другой стороны, тоже очень даже вероятно, что полковник, предложив защиту от эльфийки, желает таким образом заполучить мага. Молодого, перспективного и способного ходить на задания своими ногами, а не на руках агентов в виде особо охраняемого балласта.

В любом случае и при любых поворотах мне хотелось остаться живым и желательно здоровым, поэтому несколько часов до начала операции я не потратил даром. Домой – подготовиться – меня, естественно, не отпустили, но и в камеру под замок не посадили. Провели в чистенькую комнату, усадили в кресло, принесли напитки и печенье, предложили поужинать, но я отказался. Пользуясь случаем, я стянул чайную ложечку, предварительно внедрив в нее магемы пневмоудара. В классическом исполнении, разумеется. За мной явно наблюдали и на выходе из комнаты любезно предложили вернуть столовый прибор на место, что я и сделал, изобразив огорчение. В конце концов, маг я или не маг, чтобы сделать из подручных материалов, пусть некрасивые и недолговечные, но работоспособные амулеты, в которых немаг даже не подумает заподозрить магические вещи.

Теперь пришло время выполнить свой план. Поверх доковского. Он ничем не помешает операции, если она без подвоха.

Пока я бесшумно поднимался на второй этаж, активировав динамический щит, магическую защиту сняли, замок открыли, и троица просочилась в комнату, прикрыв за собой дверь. Я осторожно приоткрыл ее, тихо вошел и услышал мычание, будто кого-то душили.

Глаза Толстяка расширились, когда он увидел меня на пороге, а у меня – когда я увидел, что творится. Как оказалось, дверь вела в спальню моей синеглазки, которую в данный момент командир равнодушно душил подушкой. Музыкант спокойно пытался пристроить пачку бумаг за картиной, а Толстяк, получается, оставался «на стреме». То есть контролировал дверь.

– Что здесь происходит? – громко спросил я.

Командир ослабил давление, девушка со всхлипом вздохнула и потеряла сознание. Толстяк молча за шиворот вытащил меня на середину спальни, поглядывая на дверь и прислушиваясь к звукам снаружи.

– Тише-тише-тише, – подскочил ко мне Музыкант, приобнял и похлопал по плечам. – Не шуми! Операцию сорвешь.

– Какую операцию? Вы подбрасываете документы вместо того, чтобы их искать! И что вы делаете с девушкой?!

– Я же сказал: «Тише!» – с раздражением прошипел командир. – Посмотри, какая ягодка. Не хочешь ее трахнуть? Давай, – усмехнулся он, – мы подержим! Ха-ха. И ее подержим… и свечку. Мы хорошо умеем… свечки держать. Ага. Не хочешь? Ладно. Не хочешь, не надо. Не очень-то и рассчитывали. Вакса, все в порядке?

Музыкант кивнул, издевательски усмехнулся и вытащил из кармана… мои амулеты: браслет «Звезды» и молнию «шируши». Браслет он, видимо, принял за нестандартный щит, а настоящий, в виде кулона, не посчитал чем-то пригодным для боя. Вот, значит, в чем специализация Музыканта, которого командир назвал Ваксой. Ворюга думает, что оставил мальчишку-мага, слабого и беспомощного, без амулетов, на растерзание сереньких волчков? Ошиба-а-а-ается, падла. Щит у меня покруче всех их щитов, вместе взятых, а уж атакующих амулетов на всякий случай, пока сидел в зале ожидания ДОК, я сделал про запас еще несколько, благо имел привычку таскать с собой горсть свободных накопителей.

– У него только накопители остались, а что они без амулетов? – Вот в этом-то щипач здорово ошибся.

– Хорошо. Толстый, кончай его.

Спасли меня от смерти тренировки дедушки У и активный магический щит – кинжал Толстого скользнул рядом с сердцем. Доковец был быстр и проворен, как медведь, – без щита длинная резаная рана на ребрах была бы мне обеспечена, несмотря на тренировки. В этот раз я четко сознавал, что не дома, не на тренировке, и работать надо в полную силу. Если, конечно, хочу остаться в живых.

Мой мгновенный ответ пришелся основанием ладони в область сердца гиганта, аурный выплеск разрушил его, а обратное движение с захватом части аурной оболочки Толстяка – чисто жреческая техника – сделало любую реанимацию невозможной, даже если бы на помощь покойнику тут же бросилась группа эмпатов-целителей. Можно представить такую грубую аналогию: удар хранителя похож на лезвие копья, словно жало, молниеносно выскакивающее из ладони. Удар жреца – острога с одним клинком и множеством зубьев на нем.

Толстяк еще стоял, уже мертвый, а я присел и ногой, словно косой, подрубил ноги Музыканту. Тот в последнее мгновение успел хлопнуть ладонями по полу, смягчая падение, но я ударил ребром ладони по горлу, и второй противник захрипел, задергался в предсмертных конвульсиях, пытаясь разбитым горлом втянуть хоть каплю воздуха.

С командиром пришлось повозиться подольше – он был нужен мне живым. Тот оказался мастером шо-шау, но против гю-юрю его мастерство оказалось действительно слабовато… а может, динамический щит помог, отклоняя опасные удары. Неважно. Во всяком случае, через несколько минут я своего добился, и мой противник отлетел к стене без сознания. Подхватив кинжал Толстого, я приставил его к горлу командира и, дождавшись, когда туман в его глазах несколько рассеялся, задал один важный вопрос:

– Что вам было приказано?

– Пош-шел ты!

– Я-то пойду, а вот ты уже нет. Говори, или тебе так захорошеет, что будешь радоваться смерти, словно неземному блаженству.

Я очень мирный человек. Война и драки мне не нравятся. И удовольствия, глядя на поверженного противника, совсем не испытываю. Однако сейчас речь шла о моей шкуре, а к ней у меня отношение, я бы сказал, трепетное. Впрочем, никаких иголок под ногти и ударов по лицу я применять не собирался. Дедушка У показал мне несколько точек на теле, а Лю с позиции целительства объяснила принцип эффективного воздействия на них. Воистину, лечить и калечить можно почти одними и теми же приемами.

После нескольких, довольно нежных, тычков даже не во все комбинации точек командир сломался и запел сумасшедшим соловьем:

– Нам приказали. Приказали. Мы только выполняли приказ. О-о-о… убери-убери!!! Не надо! Я все скажу…

Кто бы сомневался? Такие типы, как он, обожают причинять боль другим, но не выносят, когда причиняют им.

– Что именно вы должны были сделать?

– Зачистить дом, пока боярин Диковар не вернулся с большей частью охраны. Подбросить документы в комнату Любовары и имитировать попытку ее изнасилования. Тобой. Вас должен… был… найти патруль СОПП. Ее задохнувшейся под подушкой, которой ты затыкал ей рот, чтобы не кричала, а тебя лежащим на девушке со спущенными штанами и кинжалом в сердце. Все должно было выглядеть так, будто ты пытался изнасиловать девушку и случайно задушил ее, а она… она успела, сопротивляясь, заколоть тебя кинжалом. Кто ж знал, что мальчишка-магик, шпак недоделанный, окажется мастером гю-юрю? Ребята, наверное, уже ликвидировали всех, кто сегодня был в доме, кроме тех двух «шкафов», которые всегда с девушкой. Они тебя запомнили и подтвердят, что ты приставал к девушке. Патруль наготове. Ждет сигнала.