Все или ничего - Вольска Ольга - Страница 80

Они спустились во внутренний дворик трактира.

— И что?.. — Договорить Радислава не успела.

Фигура Райетта неожиданно расплылась, подернулась маревом, и через мгновение перед оборотничкой стоял огромный черный дракон. Чешуя матово поблескивала в свете одинокого фонаря.

— Райетт, ты…

— Как насчет прогулки на драконе? — приглашающе прогудел Райетт. — Да, девочка, я дракон, только никому ни гугу. Я давненько не менял облик.

— Мы догоним их?

— Это смотря на чем летит твой ухажер.

— Сильфийский парусник-бабочка.

— Тогда нет. У них слишком большая фора, да и я уже далеко не мальчик… Ну что ты встала? Залезай! Или ты уже передумала надирать уши своему ухажеру?

— Я ему не только уши… — пыхтела Радислава, взбираясь дракону на спину. — Я его всего так отделаю! А то ишь выдумал — назвал несуществующие ориентиры… Отрезал мне путь к бедам и подарил свое везение.

— Главное, чтобы по прилете в Будапешт еще нашлось кого отделывать, — откликнулся Райетт.

— Ничего, нужно будет, я его и с той стороны бытия достану! — крикнула менестрель.

Дракон, оттолкнувшись от земли, тяжело взмыл в мерцающее звездами ночное небо…

Вилдар Криэ не любил ночной Будапешт и старался по возможности избегать поздних прогулок вроде той, которую ему приходилось совершать сейчас. Профессору все же удалось уговорить Ингерду вернуться к сыну, напомнив ей, что Эрик ди Таэ и Злата уже находятся в Будапеште, а следовательно, снова головой в омут бросаются на разрешение насущных проблем. Ди Эроен нехотя согласилась, взяв с Криэ обещание, что, как только вся эта канитель с инквизицией закончится, он непременно приедет к ним в Вену.

Проводив жену, Профессор решил наведаться домой к Эстебану Ханере. Время близилось к полуночи и не совсем подходило для нанесения визитов, но Криэ знал, что Ханера — трудоголик и рано дома не появляется. Его насторожило лишь то, что, когда Вилдар позвонил капитану, к телефону никто не подошел. Тревожный симптом, особенно учитывая всегдашнюю педантичность, присущую Ханере.

Едва Профессор вошел в подъезд дома, где жил капитан, как у него сработал мобильный телефон. Криэ вытащил трубку — звонил отец Рид.

— Да. Что-то случилось?

— Случилось! — сдавленно донеслось с другой стороны. — Профессор, я знаю все! Архивные документы! Я знаю, кто такой Криштоф де Крайто!

— И кто же?

— Господи, мы должны были догадаться обо всем раньше!.. Ответ маячил прямо у нас перед носом… Да кто же там так стучит?! Да открыто там!.. — Последние две реплики предназначались уже не Профессору.

— Рид, короче!

— Христобаль Саграда! — возбужденно выпалил архонт. — Криштоф де Крайто — это Христобаль… — Послышалась какая-то приглушенная возня. — Что?.. Как вы смеете… — До Криэ донесся приглушенный расстоянием голос священника. — Инквизиция не имеет права!.. — И все стихло.

Вилдар, нахмурившись, с досадой уставился на замолчавшую трубку и выругался себе под нос. Кажется, начинается нечто невообразимое. Кажется, будет жарко! Нужно срочно связаться со Златой и князем, но лишь после того, как он поговорит с Ханерой…

Профессор поднялся на второй этаж. Потянулся к звонку, но тут неожиданно заметил, что дверь в квартиру не заперта. Криэ вытащил револьвер и осторожно протиснулся внутрь. В квартире капитана царили идеальная тишина и темнота. Профессор осторожно пересек прихожую, передвигаясь на цыпочках.

— Ханера, вы здесь? — негромко позвал он, пытаясь сориентироваться в полумраке комнаты. Профессор различал смутные очертания обстановки, сугубо холостяцкой, аскетически скромной. Разложенный диван, письменный стол, кресло и платяной шкаф. Напротив окна горел уличный фонарь, поэтому необходимость в дополнительном свете отпадала.

Внезапно из дальнего угла комнаты донесся какой-то шорох, словно кто-то громоздкий крался вдоль стены.

— Ханера, это Криэ…

От стены отделился сгусток мглы и рванулся к Профессору. Мощный удар в грудь отшвырнул его к противоположной стене. Вилдару показалось, будто он расслышал хруст собственных ребер. Когтистая лапа сомкнулась на горле и приподняла его в воздух. Несмотря на изуродованные черты, лицо нападающего все еще было узнаваемо. Перед Профессором стояло то, что некогда называлось Эстебаном Ханерой. Криэ, задыхаясь, нашарил на груди крест и рванул его с цепочки, чтобы в следующий момент всадить монстру в руку. Тварь с утробным воем отшвырнула Вилдара от себя. Криэ почувствовал, как с треском ломается оконная рама под его спиной, разлетается стекло и он летит в пустоту. Чудовище в длинном прыжке последовало за ним. Профессор в отчаянии спустил курок револьвера…

Земля оказалась ближе, чем думалось Профессору. Удар спиной о газон на секунду оглушил Криэ, заставив временно утратить контроль над собой… Поднялся он не сразу, сначала откатившись подальше от места падения. В нескольких метрах от него, нелепо распластавшись на брусчатке, неподвижно лежал мертвый Эстебан Ханера.

— Слава тебе Господи, попал, — пробормотал Криэ, вставая на четвереньки. — Упокой Господи твою душу…

Резкая боль в спине и груди едва не заставила его рухнуть рядом с трупом, но Профессор все же нашел в себе силы выровняться. Окровавленные пальцы нашарили телефон. Через весь дисплей пролегла глубокая трещина. Вилдар попробовал включить аппарат, но мобильный обиженно пискнул и признаков жизни больше не подавал.

«Нужно добраться до отдела, — подумал Криэ, ощущая головокружение и тошнотворный привкус крови во рту. — Здесь недалеко, всего две улицы». Пошатываясь, он двинулся прочь…

Князь Высокого дома Эрик ди Таэ был несказанно рад снова очутиться дома, принять ванну и вернуться к своему привычному средству передвижения. Именно поэтому князь пребывал сейчас в благостном расположении духа, и Злата уже начала надеяться, что назидательное чтение морали не состоится. Но не тут-то было. Эрик твердо вознамерился провести со своей возлюбленной разговор на душеспасительную тему, невзирая на умиротворенное настроение обоих.

— Ma daeni, иногда твое безрассудство меня откровенно пугает, — вкрадчиво начал князь.

Злата внутренне подобралась и отложила гребень, которым расчесывала волосы.

— Ma daeni, согласись, то, что произошло в Одессе…

— Эрик, — она поближе перебралась к сидящему на кровати магу, — как насчет завтра?..

— Не сбивай меня…

— Я не сбиваю, я лишь помогаю направить твои мудрые мысли в нужное русло, — игриво промурлыкала досточтимая госпожа кардинал, кокетливо встряхивая шелковистой волной каштановых волос. — Так вот завтра…

— Молчи, коварная! — попытался сопротивляться князь, больше следя за тем, как сползает с плеча Златы халат, нежели за ходом своих мыслей.

— Может, верхний свет лучше выключить? По-моему, торшера вполне достаточно… — Пшертневская щелкнула выключателем, погружая комнату в приятный сумрак. При этом ворот ее халата еще шире расползся по плечам.

— Ma daeni, так нечестно! — наигранно возмутился Эрик, размышляя, а не ускорить ли медленное сползание халата еще как-нибудь.

— Считай, что это моя маленькая месть. — Злата победно взглянула на мага.

— Ma daeni, ты сводишь меня с ума, — влюбленно признался князь, ловя ее руку.

— Да? Как именно?

Ответить ди Таэ не успел — раздался телефонный звонок.

— И кому мы понадобились в такое неурочное время? — недовольно пробормотала Пшертневская, беря трубку. — Да?

Эрик заметил, как помрачнело лицо Златы.

— Кто и что? — коротко спросил он.

— Это из отдела. Профессор тяжело ранен, — упавшим голосом произнесла госпожа кардинал.

— Добро пожаловать в террариум, — мрачно оповестил Лаэн э'Скрипто, когда его гости вошли в бальный зал резиденции клана ди Амбер.

Княжна окинула помещение скептичным взглядом прицельно прищуренных глаз. М-да…

— Что-то я не вижу здесь знакомых лиц. Может, просветите, а, лэрд? — хмыкнула она.