Саранча - Латынина Юлия Леонидовна - Страница 61

Генеральный директор «Зари» стоял у стола, судорожно сжимая в руках старый хирургический скальпель, который он достал из ящика. Напротив него возвышался Павел Когут по кличке Спиридон, в щегольской кожаной куртке и со щербатой улыбкой на неестественно красном выбритом лице. С флангов Спиридона прикрывали двое горилл.

Когда впоследствии милиция пыталась расследовать события, предшествовавшие появлению Спиридона в кабинете генерального директора «Зари», то ей пришлось признать, что в ту ночь главный тарский беспределыцик окончательно и бесповоротно спятил.

Все началось с бронированного «мерса».

«Мерс» по заказу Спиридона был куплен владельцем автосалона Ложечкиным в Германии, переоборудован в России и прибыл в Тарск утром. Респектабельный Ложечкин, ходивший под «крышей» Спиридона, самолично отправился в гараж осмотреть машину и на всякий случай прогнать ее через компьютерную диагностику. Он очень хорошо представлял себе, что с ним будет, если в роскошной тачке обнаружится какой-нибудь изъян.

Между тем задержка обернулась для Ложечкина столь же скверно, сколь и возможные огрехи машины. О том, что «мерс» прибыл, Спиридон узнал к девяти вечера и тут же позвонил Ложечкину. Он обругал барыгу козлом и велел доставить «мерс» немедленно. Гараж уже был закрыт, все разошлись, и Ложечкин взял личного охранника, сел в «мерс» и поехал.

Обитал Спиридон за городом, в деревне Ивантеевке.

Трудно сказать, что дальше закралось в воспаленную голову Спиридона — а только тот решил сыграть со своим барыгой мелкую шутку.

И за два километра от дачи Спиридона, близ железнодорожного переезда, Ложечкин увидел разбившийся о фонарный столб «Жигуль». Охранник Ложечкина вылез посмотреть, в чем дело, обитатели «Жигуля» выкинули их обоих из «мерса» и укатили.

Ложечкин оставил охранника вызывать ментовку, а сам в предынфарктном состоянии добрался до дачи Спиридона. Спиридон принял его неласково и обвинил в том, что тот сам украл «мерс». Барыгу приковали к батарее наручниками, и Спиридон некоторое время кошмарил его, угрожая забрать бизнес, а потом принялся избивать.

Окружение Спиридона поначалу ожидало, что игра вот-вот кончится, потому что «мерс» стоял на заднем дворе и все происходящее было не больше как обычной разводкой. Но Спиридон то ли вошел во вкус, то ли действительно запамятовал, что сам помылил «мерс».

Спиридон бил Ложечкина, пока тот не потерял сознание, а потом отцепил от батареи и поволок во двор расстреливать, потому что в комнате пришлось бы слишком много отмывать от стен. Барыга был денежный и покорный, и заместитель Спиридона, дагестанец Дауд, не выдержал беспредела. Он велел ребятам отобрать у шефа барыгу и сказал:

— Правду говорят, что на тебя Колун уже заказ выписал!

Дауд, как и Спиридон, был изрядно под кайфом, иначе не произнес бы этих слов.

— Что? — спросил Спиридон.

— Что слышал. Ты беспредел с «Зарей» устроил, кому это нужно?

— И кто ж заказ будет выполнять? — спросил Спиридон. — Ты, что ли?

Дауд не успел ответить: Спиридон вынул ствол и выпустил в своего заместителя пять пуль.

После этого уже никто Спиридону возражать не осмеливался. Барыга был забыт, а Спиридон велел грузиться в авто и ехать к директору. По пути он ругался последними словами и обещал разобраться и с директором, и с Колуном. Он говорил, что Колун его кинул и сам убил Нетушкина, а теперь хочет свалить на него весь беспредел.

Дома Санычева не оказалось, был только охранник. Ребята Спиридона забрали охранника и кинули его в багажник. И поехали на завод.

И вот теперь Спиридон, с налитыми кровью глазами, стоял в директорском кабинете, и за ним маячили двое лбов. Что делать дальше, Спиридон представлял себе довольно смутно. Он неясно помнил, что два года назад Колун в такой же ситуации, посетив директора Шакировского писчебумажного комбината в собственном кабинете, заставил вышеуказанного директора сдать завод Колуну в аренду на сто лет. Однако Спиридон совершенно запамятовал, что в тот раз с Колуном, помимо паяльника и братков, был также и юрист из областного фонда имущества, а перед визитом Колун запасся одобрением главы районной администрации и даже решением арбитражного суда о банкротстве ШПК.

Был и еще один случай, как раз на Кубеевском льнокомбинате им. Великой Октябрьской социалистической революции, когда Колун тоже лично заявился в кабинет к директору. Директор вылетел из окошка, а Колун в кабинете остался. Но опять-таки в тот раз Колун явился к директору в сопровождении ОМОНа и даже с решением какого-то собрания акционеров об отрешении директора от должности.

Словом, ни Кубеевка, ни Шакирово на случай с «Зарей» совсем не походили, а Спиридон, в его нынешнем сумеречном состоянии, не был способен даже понять, что процесс присвоения градообразующего предприятия, хотя и сходен в общих чертах с процессом наезда на ларек при автобусной остановке, но все же отличается от оного некоторыми техническими деталями.

— Привет, бобер, — весело сказал Спиридон. — Принимай гостей. Не ожидал?

Санычев с ужасом смотрел на бандита. Он с необыкновенной ясностью представил себе собственное распоряжение десятиминутной давности — не пускать людей Нестеренко во двор. Если Спиридон въехал через автовесовую, то они просто не видели друг друга… А охрана? Что охрана? Вохровец у весовой да семидесятилетний Гаврилыч на втором этаже…

— Что вам нужно? — слегка срывающимся голосом спросил Санычев, и Спиридон легко почуял в его голосе животный страх, дразнивший его и привлекавший так же, как пиранью привлекает запах крови.

Спиридои схватил директора за широкий галстук:

— Что, гнида, — сказал Спиридон, — на моей земле живешь, а лавэ не платишь? Ты, бобер, ты меня, что ли, круче?

В глазах Санычева был кромешный ужас. Рука его рефлекторно дернулась, блестящий серпик скальпеля скользнул по кожаному обшлагу.

— Сука! — заорал Спиридон. — Ты, сука, на кого копыто поднял! Ты видел, Петюнь!

Совершенно бледный Чердынский, который как-то выпал из центра внимания, шагнул к выходу из кабинета. Один из спутников Спиридона поставил ему подножку, Чердынский споткнулся, чудом удержал равновесие и, перепрыгнув через стул, бросился вон. В следующую секунду мощный удар швырнул его на середину комнаты. Бригадир Спиридона сел на директора «Фармэкспорта» верхом, заломил ему руки и поставил на колени.