Белый воин - Осадчук Алексей - Страница 50

Конечно, напади на них тарки, женщины ничего не смогут сделать с этими деревяшками, но, имея в руках хотя бы такое оружие, они чувствовали себя увереннее. Надеяться же на то, что тарки по какой-то причине не убивают женщин, было глупо.

Останавливаясь на отдых, костры разводили только из сухих веток, оставляя на ночь двух дозорных. Женщины добросовестно несли стражу. Вообще, Саша не переставал удивляться их силе и выносливости: никто не ныл и не жаловался, его приказы выполнялись без обсуждений и пререканий. Даже девочки ни разу не захныкали, хотя путь через густой лес был не из легких. Скорее всего, спасали короткие передышки, которые случались, когда Саша уходил вперед на разведку. Но все же, все же, все же…

Эти женщины были иными, не такими, как те, каких он привык видеть. Наверное, много веков назад на Земле жили такие же, сильные и выносливые, давшие жизнь новым поколениям.

Особенно выделялись Аная и Нарима. Их присутствие в отряде значительно упрощало Сашину задачу. Ему не приходилось объяснять каждой женщине по отдельности, что надо делать, — за него это делали Нарима и Аная.

В свою очередь, они негласно распределили между собой роли. Нарима, как самая старшая и уважаемая, заведовала раздачей мяса и обустройством стоянок, а Аная, как уже Саша смог однажды убедиться, умело обращалась с оружием и, по сути, превратилась в «сержанта» небольшого Саниного воинства.

Так и шли…

Ночь опустилась на маленький, притаившийся среди опасного леса лагерь. Небольшой костерок, разведенный из сухих веток, спокойно потрескивал, напоминая юноше о его давних походах в лес с классом. Только не было рядом взрослых преподавателей, рассказывающих им интересные истории на ночь, да и лес вокруг — отнюдь не мирная загородная роща.

Саша сидел возле костра и думал о том, как резко изменилась его жизнь за этот неполный месяц. Как только не свихнулся? Наверное, дело в том, что к переходу был готов, да и два года тренировок не прошли бесследно.

Кстати о тренировках. Что-то странное происходило: ему стали заметны некоторые изменения в теле. Внешне эти изменения никак не проявлялись — те же руки и ноги, та же голова. Изменения касались его внутреннего самочувствия. Нет-нет, он не был болен. Напротив, чувствовал себя превосходно. Более того, он как будто обнаружил в себе что-то новое, необъяснимое. Переродился, что ли…

Первые изменения Ксандр почувствовал еще там, на скале, когда очнулся после боя с тарками. Сперва он даже не обратил внимания на свое состояние. Конечно, была слабость, из-за которой он чувствовал себя тонким и невесомым, как листок бумаги, дунет ветер — полетит… Но постепенно на смену слабости стала приходить Сила. Это было похоже на ручеек, стекающий со скалы. Но больше всего поразило принца, что он не только чувствовал этот поток Силы, но и мог его КОНТРОЛИРОВАТЬ.

Озарение пришло после ночной охоты на хррагов. В момент самой охоты он, конечно, ничего не заметил — не до того было. И когда тащил к скале туши молоденьких поросят, отбитых им от стада, и когда поднимали их вверх на веревках. Понимание пришло после слов Наримы, обращенных к Анае, что он устал после ночной охоты. Он тогда хотел возразить, что абсолютно не утомлен, да так и осекся: а ведь действительно не устал, более того — чувствовал себя так легко, будто не было ни бессонной ночи, ни запредельных перегрузок в бою с тарками.

Тогда, закончив со шкурами, он сделал вид, что действительно устал, и пошел в пещеру «отдыхать». Закрыв глаза, он лежал на постеленном ему ложе из шкур в глубине пещеры. Ему никто не мешал. Он лежал и наблюдал. Да-да, именно наблюдал за теми потоками Силы, которые циркулировали в его теле. Немыслимо! Он почувствовал, что может управлять ими. Как такое возможно? Объяснения не было. Хотя… Одно предположение у него все-таки имелось.

Тогда, в бою с тарками, он впустил в себя огромный поток Силы и только чудом не потерял жизнь. В поединке с волчицей Дар тоже вошел в его тело, но бой оказался скоротечным, и времени, чтобы пламя Дара разгорелось по-настоящему, просто не было. И в том, и в другом случае притоку Силы предшествовали сильные эмоциональные переживания: в схватке с волками — страх, а в бою с тарками — гнев и ярость.

«А что мы видим сейчас? — думал он. — Видимо, бесконтрольное использование Дара включило что-то у меня в мозгу, и теперь я могу контролировать расход и восполнение энергии. Альдор называл эту энергию Силой. Правда, „контролировать“ — это громко сказано, еще учиться и учиться. Что ж, будем пробовать, принц Ксандр!»

Источник восполнения энергии он так и не обнаружил, но чувствовал себя батарейкой мобильного телефона, постоянно подключенной к сети. То ли солнце здесь такое, то ли сама атмосфера… В общем, принц об этом не стал особенно задумываться. Важно, что приток Силы был беспрерывен. И это радовало…

Тело само превосходно справлялось с распределением энергии, всякое вмешательство в этот процесс требовало тщательного самоконтроля.

Сперва Саша немного побаивался вмешиваться в гармоничную работу своего организма, но потом, после осторожных попыток немного увеличить приток и расход Силы, он увидел, что это абсолютно не вредит его самочувствию.

Попытка впустить еще немного энергии увенчалась успехом, тело послушно выполнило требование. Снова появилось то чувство замедленности всего вокруг, но это длилось лишь несколько мгновений — ровно столько, сколько было впущено Силы. Окончание процесса отдалось легким покалыванием в районе висков, но оно быстро прошло.

«Итак, что, собственно, произошло? — спросил сам себя Саша. — Я впустил внутрь некий сгусток энергии, небольшой, только на пробу. За этим последовало замедление всякого движения вокруг… Хм… Нет. Не так. Я сам стал быстрее — от этого, видимо, все и замедлилось. Что дальше? Дальше у нас с головой случилось бо-бо. Почему? Потому, что энергия была израсходована, и получился своеобразный откат. Вывод? Вывод прост: нужно научиться делать так, чтобы откатов не было. Жаль, нет Альдора рядом — он бы мне все объяснил. Что ж, пока буду пробовать понемногу, не превышая, так сказать, дозы».

Начался долгий «творческий процесс». Первым и самым приятным результатом было то, что он научился посредством восполнения Силы снимать усталость. Его организм и так быстро справлялся с переутомлением, но этого юноше показалось мало, и он научился правильно распределять «сгустки Силы», как он их сам назвал, для пополнения энергии. Усталость исчезала. На смену ей приходила бодрость и легкость и все тот же ненавистный откат в виде головной боли. Впрочем, она быстро проходила, но с этим нужно было что-то делать.

«Раз можно бороться с усталостью, значит, можно бороться и с болью! Ха! Так и до регенерации недалеко! Будем тренироваться», — мечтал он.

Второй маленькой победой было то, что Ксандр научился использовать «мини-сгустки» Силы. Они были ничтожно малы, и никаких негативных последствий от их использования не наблюдалось. Зачем нужны были эти «мини-сгустки»? Очень просто. Этой энергии хватало на два-три ускоренных телодвижения. А ведь это же так важно в бою! Быстро достать и натянуть лук, обнажить меч, метнуть нож, увернуться от удара. Да много чего еще! И главное, никакой головной боли. По сути, в том бою с тарками, используя энергию минимально, можно было достичь тех же результатов, не теряя при этом сознания и не становясь беззащитным бревном.

Ведя женщин через лес, Саша, когда уходил далеко вперед на разведку, постоянно тренировался. За последние два дня он поставил личный рекорд: научился использовать, не задумываясь, три «мини-сгустка» Силы подряд. А это было немало — целых девять быстрых движений! Причем без всяких негативных последствий. «Еще потренируюсь — и можно будет использовать их непрерывно», — опьяненный первым успехом, думал он.

Ну и третьей, на данный момент пока последней особенностью Дара была превосходная координация движений. Глаз замечал любые неровности, коварные препятствия и преграды на пути. Если раньше Саша, передвигаясь по лесу или горам, задумывался, куда ступить, то сейчас он делал это машинально, двигаясь не только быстро, но и бесшумно. Конечно, в его возрасте грех было жаловаться на болячки, но в последние недели его путь сильно отличался от неспешной прогулки по городскому парку. В скалах, идя за стадом, он иногда поскальзывался и падал на острые камни, больно расшибая колени и локти. В лесу он, зазевавшись, напарывался на коварно торчащие сучья и ветви деревьев. Все эти мелкие неприятности могут случиться с каждым. Но теперь Дар, проявившийся с неожиданной стороны, давал возможность избегать почти всех перечисленных неприятностей. Это радовало! Это пьянило!