Плавучий город - ван Ластбадер Эрик - Страница 60

В Лондоне Кроукера ожидали значительные трудности: его федеральный значок был здесь совершенно бесполезен и даже, наоборот, мог принести ему массу неприятностей от местных полицейских, которые, он знал это по собственному опыту, не любили, когда янки вмешиваются в их дела. Он уже почти пожалел, что отказался от предложения Бэда Клэмса оказать ему здесь помощь. Но имелся и другой выход — Лью был знаком со старшим инспектором Скотланд-Ярда. Познакомились они в Нью-Йорке, куда сбежал один из подозреваемых, дело которого вел старший инспектор. Тогда Кроукер вместе со своими коллегами выследил подозреваемого и способствовал его выдаче другому государству в лице старшего инспектора.

Инспектора звали Том Мэйджор, про себя Кроукер называл его Большой Том, так как в английском языке слово «мэйджор» означает «большой». Том был краснощеким мужчиной лет пятидесяти. У него было замкнутое тяжелое лицо йоркширца и усы, похожие на выгнутый руль велосипеда. Выражение его лица говорило о том, что он каждую минуту готов вступить в бой — такое выражение обычно бывает у боксеров. Он, кстати и был им, когда служил в армии. Том всегда улыбался и очень любил эль — особый род пива, который мог поглощать в невероятных количествах. Он также обожал огромные сандвичи, набитые до отказа начинкой.

Мэйджора в Нью-Скотланд-Ярде не оказалось, но когда Кроукер предъявил свое удостоверение, сержант направил его на Флад-стрит в Челси. Детективу пришлось воспользоваться такси, так как в Челси не было метро, а в маршрутах автобусов он разобраться не смог. Такси стоило страшно дорого, но Кроукер успокоил себя тем, что снова находится на обеспечении сенатора Дедалуса.

Из-за того, что в Челси было сравнительно трудно добраться, этот район оставался последним анклавом «цивилизованных» жилых кварталов, которыми когда-то Лондон славился на весь мир. Мэйджора Лью нашел легко. Том наблюдал за работой полицейских, которые раскапывали ту часть сада, где новый владелец дома, сажая ель, обнаружил трупы. Потревоженные в своей зимней спячке, луковицы нарциссов и тюльпанов ровными рядами лежали на кучах земли, а поодаль были расстелены широкие пластиковые мешки. На них лежали три неполных скелета. Проходя мимо полицейских, Кроукер услышал, как один из них сказал: «Неудивительно, что этот сад так дьявольски пышно разросся».

Мэйджор, склонившись над одним из пластиковых мешков, кончиком авторучки счищал с черепа частицы земли и корней травы, пока фотограф делал серию снимков с разных точек.

— Томас!

Мэйджор поднял голову. На его лице мелькнуло раздражение, которое, впрочем, сразу же исчезло, как только Том узнал Кроукера.

— Бог ты мой! — сказал он, выпрямляясь и отряхивая брюки. — Вы только посмотрите, кто к нам пришел!

Двое полицейских прекратили копать и посмотрели в их сторону, но тут же снова принялись за работу.

— Что принесло тебя в солнечный Лондон, старина? — с этими словами он крепко пожал руку Кроукеру. — Оказаться в Лондоне в это время года не слишком-то приятно.

— Я по делу.

Мэйджор оглядел Кроукера с ног до головы и шумно потянул носом. — Ты не привез мне сандвичей от Стейдж Дели, а?

— Нет, извини. Я подумал, таможня меня не пропустит с ними.

Том рассмеялся.

— Да ладно, старина. У меня уровень холестерина и так взлетел до неба — и все из-за моей любви к почкам и бифштексам. Впрочем, мой кардиолог считает, что я должен избегать стрессов.

Он жестом показал на останки, лежавшие у его ног.

— Ты только посмотри! Вот что один человек может сделать с другим.

К Мэйджору подошел один из его подчиненных.

— Сэр, мы закончили предварительный опрос всех соседей. Что дальше?

— Идите домой и выспитесь. — Мэйджор махнул рукой. — И скажи это всем остальным парням. Пусть новый владелец дома придет завтра утром ровно в девять в офис Холуорта на Лукан-стрит. Мне надо поговорить с ним, пока дело не приняло дурной оборот.

— И что вы собираетесь сказать ему?

— Только то, что нужно. Что труп, первым извлеченный из земли, принадлежит иностранному подданному — поэтому и вызвали нашу команду.

Мэйджор повернулся к Кроукеру.

— Мы приехали в этот веселенький дом еще до рассвета. А мой врач еще советует, чтобы я избегал стрессов. Он, должно быть, совсем спятил.

— Послушай, Том, я вижу, у тебя забот полон рот, но прошу уделить мне несколько минут Мне нужна помощь.

— Помощь? Пошли выпьем и поговорим. Есть тут одно заведение на Кингс-роуд.

Том протер глаза большими пальцами обеих рук и выпрямил спину со стоном облегчения.

— Я рад, что ты приехал. Есть повод воспользоваться передышкой. Мозг тупеет, если его постоянно эксплуатировать. — Старший инспектор сказал одному из оставшихся полицейских, где его можно будет найти, и вместе с Кроукером отправился вверх по Флад-стрит.

— У тебя есть где переночевать?

— Нет, если ты имеешь в виду номер в отеле. Я только что приехал.

— Перекати-поле, да? — Том усмехнулся. — Это похоже на тебя, Льюис.

Мэйджор был единственным человеком, который называл Кроукера Льюисом. Даже его отец звал сына Лью, Они дошли до Кингс-роуд и свернули направо.

— Что ж, можешь переночевать у меня, если хочешь.

— Не хочу обременять твою хозяйку.

— Об этом, старина, не беспокойся. Мойра ушла от меня два с лишним года назад.

— Прости...

— И все из-за этой чертовой работы.

Том открыл дверь бара, и в нос им ударил знакомый пивной дух.

— Нельзя одновременно иметь любимую жену и любимую работу. Во всяком случае такую работу, как моя. — Он пожал плечами. — Мойра все жаловалась, что телефон для меня важнее жены. Впрочем, она была по-своему права. Мне без нее плохо, но, если честно, без моей работы мне было бы еще хуже.

Они сели за деревянный столик, потемневший от времени и дыма. Том заказал эль и закуску — булочки с сосисками и картофельную запеканку с мясом. Лью закрыл глаза и попытался мысленно успокоить свой желудок.

За едой Кроукер без лишних подробностей рассказал, кого он выслеживает в Лондоне и зачем. Собственно, он рассказал Мэйджору, что занимается делом, в котором замешаны лица, связанные с международной нелегальной торговлей оружием. Такая урезанная версия была на руку Кроукеру по двум причинам: во-первых, это была полуправда, а во-вторых, она представляла особый интерес для Мэйджора, который, когда не помогал городской полиции разбираться с групповыми убийствами, чаще всего занимался торговцами оружием, использовавшими Лондон в качестве перевалочной базы для контрабандных поставок оружия на Ближний Восток.

— Итон-сквер — это шикарное местечко, — сказал Том, когда Лью рассказал ему, куда направилась Веспер из аэропорта. Разумеется, он не сказал другу о том, как часто она меняла свою внешность.

— Так или иначе, тут замешаны огромные деньги. — Мэйджор подцепил на вилку большой кусок запеканки. — Так ты говоришь, что эта женщина каким-то образом связана с американской компанией «Моргана, инк.»?

Кроукер кивнул.

— Бьюсь об заклад, они еще связаны с компанией «Мэлори Энтерпрайзес» в Хаммерсмите. В учетных книгах компании «Моргана» сказано, что они занимаются поставками оружия. И свой товар получают прямиком со склада дядюшки Сэма, который, как все убеждены, охраняется так надежно, что мышь не проскочит.

Том сделал большой глоток эля, его взгляд стал отсутствующим. Он молчал так долго, что Кроукер был вынужден спросить:

— Что с тобой, друг?

Глаза Мэйджора остановились на Кроукере.

— Я подумал... Действительно страшно...

— О чем ты?

— Названия компаний. Моргана и Мэлори. Они напомнили мне одну легенду. Моргана была сестрой Мерлина и, как говорится в легенде, могущественной волшебницей. Ее волшебство основывалось на обычаях друидов. Легенду эту рассказывали на разные лады сотни лет, но самая известная ее версия — «Смерть короля Артура» — была написана сэром Томасом Мэлори. Немногие об этом знают, но он был преступником — браконьером, вымогателем и, наконец, убийцей. Книгу он написал в тюрьме. — Мэйджор взглянул на Кроукера. — Какая муха тебя укусила, старина?