Кольцо Пяти Драконов - ван Ластбадер Эрик - Страница 68

— Еще ты сказала, что он священный. — Тиглен кивнула. — Значит, это озеро Миины.

Тигпен прищурилась.

— Я твердо верю, что ты скажешь мне. Риана засмеялась: это было нелепо.

— Твоя вера неоправданна. Откуда мне знать такое?

— В моем народе есть Пророчество. Оно гласит, что Дар Сала-ат заглянет в Первый Колодец и увидит, как проявляется сила Космоса. Вот почему мои предки столетиями жили в его тени. Теперь час настал. Пророчество близко к осуществлению.

— Ты же не считаешь в самом деле, что я...

— Пожалуйста, коротышечка. Это твое предназначение. Риана вздохнула. Она ни на миг не верила в суеверия раппы. С другой стороны, ей не хватало духа огорчить Тигпен. Поэтому она кивнула и, стараясь держаться как можно серьезнее, подошла к самому берегу озера. Жутко было видеть столько неподвижной, как смерть, воды.

В тусклом свете Риана увидела призрачное отражение своего лица, но, как ни странно, через несколько минут оно медленно исчезло. И больше ничего. Загадочная чернота совершенно беззвездной ночи.

Риана больше не чувствовала своего тела. Она, казалось, плыла над неподвижным черным озером. Потом погрузилась в него, затянутая в бездонную пучину.

Навстречу ей поднималось, как пузырек ядовитого воздуха к поверхности, ухмыляющееся лицо Пэфороса. Ее охватил непереносимый ужас, и она в панике отступила, устремившись назад и вверх, пока не оказалась снова в своем теле, глядя на поверхность неподвижной черной воды — теперь уже совсем не такой загадочной, однако по-прежнему отвратительной.

Неожиданно она поняла, что задыхается и дрожит. Тигпен поддерживала ее.

— Что с тобой, коротышечка? Что ты видела? Риана долго молчала. Потом прошептала:

— Пэфороса.

— Ты уверена? — нахмурилась Тигпен. Риана кивнула.

— Вот неожиданный результат, — сказала Тигпен. — Здесь действует какое-то зло.

Они вернулись в тоннель, дошли до развилки и зашагали по правому коридору. Некоторое время шли молча. Риана то и дело слышала тихое эхо, отражающееся от стен, постоянно сопровождаемое унылой капелью жесткой от извести воды. Она пыталась определить, откуда доносится эхо, но оно, похоже, шло отовсюду.

Наконец она сказала:

— Мы когда-нибудь выберемся отсюда?

— Как ты нетерпелива! — Тигпен помахивала хвостом, а с ним метался и свет. — Мы уже почти пришли.

— Ты хочешь сказать, что мы скоро выйдем из этого подземного лабиринта?

— Не совсем. Ты должна увидеть еще кое-что. Вскоре тоннель сузился так, что им пришлось идти друг за другом.

— Следи за мной, коротышечка, — предупредила Тигпен. — И не отставай.

Сначала Риана не поняла, о чем та говорит, но очень скоро увидела первое из многочисленных ответвлений по обеим сторонам тоннеля. Отверстия были такие маленькие, что ей пришлось бы ползти, чтобы забраться в них. Приглядевшись внимательнее, Риана решила, что они искусственные. Кто-то или что-то создал этот лабиринт. Риана понюхала сырой воздух, используя старые охотничьи инстинкты Аннона, однако не нашла никаких намеков на следы животных, какие обычно остаются возле нор млекопитающих.

— А теперь, — сказала Тигпен, задирая хвост, чтобы поднять свет повыше, — будь хорошей коротышечкой и не шевелись.

Раппа тихо свистнула. Послышался тихий шелест, словно ветер среди ив, и в отверстиях начали появляться маленькие головки — плоские, уродливые, с безразличными черными глазами-бусинками.

— Лорги! — воскликнула Риана. — Это инкубатор лоргов! Головки тут же исчезли в темноте ходов.

— Пошли, хочу тебе кое-что показать.

Тоннель вывел их в средних размеров пещеру. Тигпен взмахнула хвостом, и похожий на драгоценный камень источник света закатился в угол. В нем больше не было нужды, потому что пещеру освещал дневной свет. Риана вытянула шею и посмотрела на трубу, пробитую вертикально в потолке. Ее вид вызвал в душе почти болезненное стремление к солнечному свету, облакам и далекому горизонту.

Послышался шорох, и Риана перенесла внимание на решетку голых стволов, протянувшуюся от одной стороны пещеры до другой.

Там она увидела лоргов. Некоторые спали, свернувшись клубком, другие были частично покрыты лентами тонких белых волокон, третьих совсем не было видно.

— Лорги приходят сюда умирать?

— В некотором смысле. Смотри! — указала Тигпен.

На одной из секций решетки — почти прямо у них над головами — один из белых коконов с треском раскрылся. “Сейчас родится лорг”, — подумала Риана. И ахнула, ибо из кокона появился совсем не лорг, а крохотная копия Тигпен.

— Не понимаю...

— Разумеется. — Раппа стояла рядом с ней. — Подними руку.

Как только Риана повиновалась, малыш перебрался к ней на ладонь и пополз вниз по руке. Свернулся во впадинке у шеи и уснул.

— Лорги — это личинки, — промолвила Риана, — а ты — взрослая особь.

— Наш секрет, коротышечка, сохраненный даже от рамахан. И не зря. Благодаря этому они не смогли истребить нас, когда вдруг решили так сделать. — Тигпен обвела лапой пещеру. — Смотри, Риана, и запоминай. Истинный смысл Перемены здесь, перед тобой. Вы — Дар Сала-аты — орудие Перемен. Ты одна знаешь секрет, как выжили раппы.

17

Флейта

— Ночь подходит к концу, — сказал Реккк Джийан. — Ты вольна идти куда захочешь.

Она посмотрела на него синими, как свистики, глазами.

— Я пока не решила. Побуду с тобой еще немного.

Ошеломленный Реккк застыл посреди лаборатории Нита Сахора. Они снова были на верхнем ярусе, и в окно, выходящее на север, виднелись покрытые льдом пики Дьенн Марра. Через несколько дней его желание осуществится: он покинет этот захваченный город, уйдет в сердце гор, отправившись в путь, как обещал гэргону. Но теперь Реккк понимал, что это будет и путь к себе. Там, на грозных склонах, его ждет будущее. Он чувствовал, как оно дышит, живет... Перед ним лежала неизвестность. Но он знал, что пойдет — пойдет с женщиной, которую любит больше всего на свете, — и на сердцах у него было легко от радости.

— Ты совершенно оправился, Реккк? — спросил Нит Сахор. Гэргон на другой стороне башни перебирал инфодесятиугольники.

— Чувствую себя новорожденным в'орнном, — честно сказал Хачилар.

Нит Сахор как-то по-особенному рассмеялся, отчего вдруг стало тревожно на душе, а тэй защебетал сложную мелодию, похожую на трель флейты.

— Именно так. Я сам не сказал бы лучше. — Гэргон встал. — В таком случае тебе пора уходить. Наши враги не должны пронюхать, где ты или где госпожа.

— Погоди минуту, — сказал Реккк. — Я по-прежнему не представляю, как найти Дар Сала-ата.

Джийан рядом с ним напряглась.

— Что такое? — тихо сказала она. — О чем вы говорите?

— Нит Сахор поручил мне... — Реккк умолк по знаку Нита Сахора.

Гэргон посмотрел на Джийан и любезно спросил:

— Желаете знать, что у нас на душе, госпожа? Джийан переводила взгляд с одного в'орнна на другого.

— Да, — сказала она сдавленным голосом.

— Разве вы — одна из нас, госпожа? Можем ли мы доверить вам наши самые мрачные тайны?

— Ради любви Миины, скажите мне! — закричала она.

С тихой трелью испуганный тэй расправил крылья и поднялся в воздух. Это было удивительное зрелище: светлый пух нижних крыльев на фоне блестящих темно-синих перьев мощной верхней пары. Через мгновение птица опустилась на плечо Нита Сахора и с тихим шорохом сложила главные крылья. Золотые глаза над изогнутым зеленым клювом замечали, казалось, все сразу.

— Понимаю ваше волнение, госпожа Джийан, — тихо сказал Нит Сахор. — Вы живо интересуетесь Дар Сала-атом, не так ли?

— Все кундалиане живо интересуются Дар Сала-атом, — ответила она. — Это наш спаситель. Тот, кому предназначено освободить нас от вашей тирании.

— Верно, но вы, госпожа, особенно интересуетесь им, так? Реккк повернулся к Джийан:

— О чем это он?

Джийан не отрывала взгляда от Нита Сахора.

— Сколько еще вы собираетесь пугать меня? — В ее голосе слышалась едва заметная дрожь.