Мир в подарок - Демченко Оксана Б. - Страница 113

А уж о ком они говорили, и гадать не надо, к тому же своего арага я всегда найду, и без дара. Версты четыре к западу, на острове. Живой. И по-прежнему упрямый… Теперь мне есть, куда спешить.

Взбираясь вверх по скалам, прежде бывшим ниже уровня воды, и неловко скользя-срываясь на кручах, я обнаружила с изумлением, что стала конченным мутантом, поскольку… обладаю когтями!

Собственно, я на них повисла, едва не сорвавшись. Удобный новый рефлекс, очень кстати оказался. Надежные, острые, выдвижные, – как у Ерофея. Вот только не вместо ногтей, а в межпальцевых кармашках, по три штуки на обеих руках. Вспомнились очень кстати руки Риана, перебиравшие камни у Радужного. Значит, не шрамы я тогда рассмотрела. Всхлипывая от ужаса, проверила спину и то, что ниже. Я ведь как-то раз позавидовала Ерофею… Хвоста нет, добры местные Боги! Хоть так.

Небо уже чуть посветлело, когда я наконец достигла линии древнего прибоя и по щебенке направилась к логову арага. Пусть ищут Ная, успехов им. Он явно засел тут, зная о группе доброжелателей. И мирно спал, укрывшись возмутительно тонким одеялом, на небольшой полянке, со всех сторон заваленной сухими сломанными кустариниками, завитыми прошлогодним плющом.

Я села рядом и долго смотрела на Наири. Он действительно сильно осунулся, высох, потемнел от загара и ветра. Почти белые волосы смотрелись странно в сочетании с бронзовым цветом пропеченной солнышком кожи. Возле губ появились незнакомые упрямые складки, на лбу пролегла новая морщинка усталости. Видимо, почувствовав взгляд, араг повернул голову и открыл глаза, мгновенно посветлевшие и полыхнувшие знакомым гневом. Не так уж и изменился, все тот же белоглазый демон. Резко сел, тряхнув головой, сильно отросшие волосы упали на глаза, он сердито отбросил их назад.

– Где вас эти интриганки откапывают? Четвертая дурища за пять лет! – пояснил он свою злость, добавил с издевкой. – Ну? Пришла, поговорила о погоде и марш, план спасения выполнен.

– Не четвертая, а первая, – поправила я почти весело. Заговорить было сложно, но теперь я уже разогналась. – А план состоит в том, что я тебя больше на шаг не отпущу одного. Потому что люблю. Хоть и не стоит: кричал, шумел, а теперь от двойника отличить не берешься… Интересно, а я на себя похожа, кстати?

– Новый текст? – поднял он бровь, недоверчиво и удивленно всматриваясь.

– Если бы! Как мне теперь жить? Кому нужна жена с когтями и вот этим еще безобразием? – я поняла, что сейчас опять завою, выпустила свои коготки и срезала узел платочка на волосах. Как и подозревала, они тут же вспыхнули предрассветными дикими оттенками, от розового до золотисто-зеленого.

– Мне, – уверенно заявил он, и я разом оказалась в надежном и плотном кольце рук, согретая и послушная, а Наири тревожно уточнил – Ты насовсем разучилась летать? Точно?

– Да, – притворно сварливо прошептала я, почти задохнувшись от счастья. Теперь он меня нашел и окружил своим даром, больше не потеряюсь. – Твоих нудных криков в конце концов даже дракон не выдержал. Теперь каменный лежит под водой. А из меня получился урод когтистый, с обычной короткой жизнью, а вовсе не благородная айри, как задумывалось. И от дара вроде явных следов не осталось, кроме безразличия к климату и нелюбви к шашлыкам.

– Молчи, женщина, – заявил он, деловито поднимая меня на руки и направляясь вглубь зарослей. Потом улыбнулся и добавил: – С такой гривой можно на дровах и свечах экономить, повезло мне. Сейчас отмою себе жену, а потом уж заодно посмотрю, кого там привезла Лиаса.

– Коварный! Сбегу!

– Помнится, я тебя уже пробовал убивать за плохое поведение, – задумчиво протянул Най. – В очень похожих условиях, но второй раз ты не сбежишь. Я же говорил, до самой смерти от моих забот не избавишься.

Он поставил меня на ноги возле маленького прудика, спиной я чувствовала его тепло и дыхание, бережно обнял, и я опять удивилась, какими бархатными и легкими могут быть его руки.

Первый восход мы дружно проигнорировали, а закат встречали, удобно устроившись под каменным козырьком грота возле древнего берега бухты, где кромка скал обрывалась в медленно возрождающееся далеко внизу Золотое море. Там, под очередным холодным проливным дождем, призванным моим мстительным мужем, упорно топали в нашу сторону через лужи и озерца шесть насквозь мокрых спасателей арага.

Я смотрела и щурилась, планируя кучу важных дел – все «на потом».

Напишу кодекс снавей, нечего нас загонять до полусмерти, тем решая все проблемы и снимая ответственность.

Еще прибью Риана, если Академия не строится. Прибью, а затем усажу за научную работу, пусть готовить местную систему образования.

Ну, еще я запишу по памяти кучу сказок. Про эльфов, и обязательно в одном экземпляре, их тоже оставлю у Риана. Должна же я что-то рассказывать детям! И он – тоже, будет бесплатной сиделкой. Уж в отношении малышни я спокойна, у нас будет отличная семья. Борза заберем, еще пару лошадок – отличный караван… Породистые кони и детишки-полукровки. Хорошо бы белоглазые, как мой араг.

Сам он в это время, кстати, лениво цедил новости минувших неполных пяти лет, то и дело отвлекаясь и забавляясь с моими нелепыми волосами, меняющими цвет и тон от малейшего прикосновения.

Может, сбрить? – перешла я к более насущным и близким по сроку исполнения планам. Хотя кто меня тут спрашивает… да к тому же, пусть только попробуют косо глянуть! Этот бледноглазый тип им быстро объяснит, куда можно смотреть, а куда – нет. Ха. Если останется, чем смотреть… И вообще, у Риана волосы ведь стали обычными, это наверняка дело времени. Спрошу при встрече.

Знал Наири все и про всех, хотя большую часть времени провел весьма уединенно, в тяжелой каждодневной работе по восстановлению израненного мира. Все же он до сих пор единственный из живущих прошел второе посвящение. Мой дар, кажется, почти иссяк, а дюжина молоденьких Говорящих с миром еще далека от права шагнуть в Радужный, да и Риан не хочет слышать о “купании самоубийц”, как он выразился. Силье царственно гневалась и шумела, но все зря: и её не пустил. Впрочем, говорят, об этом очень просил заранее прибывший к айри Риннарх. Второй женой князь рисковать совершенно не готов.

Особенно араг позабавил меня столичным планом установить по случаю победы памятник на месте статуи первого Адепта. Исходно обсуждали групповой вариант, так что Яниза устроила погром в ратуше первой, другие участники “группы” намекнули, что активно поддержат шумный почин, и постепенно живых на постаменте не осталось. Меня вычеркнули из списка последней, после повторного разгрома многострадальной столичной ратуши Наем, лично посетившим по столь важному случаю Тэйкарн.

В итоге Голова, едва головы не лишившийся, устроил на опасном месте обыкновенный фонтан. А объединенные общим благим делом доброжелатели с новой силой взялись всем миром развлекать и утешать арага.

Уже четыре с лишним года Наири то и дело “нечаянно” находили и пытались спасти от тоски и усталости самыми экзотическими способами. Ему внезапно составляли компанию, присылали помощников и учениц, сообщали о страшных проблемах в столице, требующих присутствия (балы, как правило), дарили и подбрасывали собак, пытались даже угостить снотворным или напоить вином.

Автора наиболее радикальной идеи случайных встреч с моими рыженькими молоденькими двойниками араг хотел найти особенно сильно, именно с целью спасения от тоски, как он сам охотно пояснил.

Впрочем, никто и так не тосковал.

Князь Риннарх, как уже сказано выше, женился, теперь Гирт – почти вторая столица, ведь Силье не может долго обходиться без моря, а Кормчий – без любимой дочери. По совету памятливого долгожителя Тарпен отстраивает на побережье Академию (не за что мне его бить!), пока толком не решив, что с ней делать. Разберется. Он отослал в Гриддэ на отдых любимого игреневого коня и вернул туда же большую часть золотых скакунов, не нашедших себе достойных хозяев на севере. В ответ ему привели для знакомства старшего сына Борза, такого же золотого и наглого, как папаша. Хоть какое-то утешение для осиротевшего без обоих своих Капитанов князя Карна.