Философия каратэ - Ояма Масутацу - Страница 19

Внешней стороной каратэ и моей работы за границей, которые привлекли бесчисленных поклонников, несомненно является мощь и сила. Я сделал только семь показательных выступлений в США, но они так широко освещались радио и телевидением, что каждый мог увидеть, чего можно достичь приемами каратэ и тренировкой. Я использовал все преимущества достигнутого мною во время тренировки в горах. Я победил всех противников, иногда не более, чем за секунду, и никогда мне не требовалось более двух минут.

Все молодые люди хотят стать сильными. Увидев, что могу я, молодые американцы захотели достичь моей мощи. Сначала некоторые звонили в тренировочные залы, руководимые дзюдоистами, которые прочитали мои книги или видели несколько красочных фотографий. Люди толпами шли к ним; как позднее они шли в залы, руководимые моими учениками. Вскоре большое количество воспитанников школ дзю-до стали решительно покидать свои тренировочные залы, а залы каратэ пополнялись. Примерно в это время я издал свои книги на английском языке: «Что такое каратэ» и «Это есть каратэ».

Так как каратэ захватило молодежь на Западе, в Японии стали тоже интересоваться им. Этот интерес возрастал быстрее и шире, чем я ожидал. Вскоре мне пришлось проводить огромную тренировочную и воспитательную работу в Японии. Многие шли прямо ко мне. Но, кроме того, я понял, что необходимо тренировать людей, которые без звания и мастерства и без моего ведома открывали тренировочные залы Мае Ояма в Японии. И для международного руководства школами в США, Голландии мы вынуждены были основать штаб-квартиру в Японии.

Но за всемирным восхищением и уважением каратэ стоит нечто большее, чем простое влечение к силе. Люди, которые хотят научиться использовать только руки для защиты, выражают свое возмущение к применению оружия. За долгую историю человечества оружие усовершенствовалось до чудовищной разрушительной силы, достигнув вершины ужаса в виде атомной бомбы. Раньше дети играли с игрушечными мечами и пистолетами. Сегодня предпочитают каратэ и нигде они не играют с игрушечными водородными бомбами.

Каратэ стало очень популярным благодаря тому, что оно представляет собой возврат к мысли о силе как о средстве защиты и пользы для человечества, а не как о средстве нападения и разрушения. Это более глубокое значение современного бума каратэ. Каратисты сообщают миру, что отказ от оружия является высшей человеческой и социальной моралью. Они говорят, что мы должны быть сильными, но не воинственными. Некоторых родителей пугает пристрастие их детей к каратэ. Но утверждаю, что дети знают, что они делают. Они показывают нам выход в отказе от оружия и возвращении к лучшему представлению о силе как средстве защиты. Это и есть наиболее важное значение каратэ сегодня.

У каратэ есть неоспоримые качества. Мой успех в Америке очевиден. Они также подтверждаются способностями каратистов разбивать кулаками бутылки, камни, доски и стопки черепицы. Но все это результат упорства и тренировки. Это открыто и не имеет ничего общего с тайнами, известными лишь посвященным в рукописи, о наличии которых заявляют некоторые школы каратэ. Но даже если такие книги существуют, они не являются практическим пособием по овладению приемами каратэ и методами тренировок, а дают лишь абстрактные объяснения его духовного влияния. Конечно, соответствующее духовное влияние весьма существенно и в этом смысле так называемые тайные рукописи могут быть полезными. Но они наверняка не объясняют истинные, мистические качества каратэ.

Истинное величие каратэ лежит в глубине, широте и необъяснимости восточных философий, стоящих за ним. За годы тренировок, поединков и путешествий по всему миру я твердо убедился, что это так. Влияние восточной философии чувствуется в каждом приеме каратэ. Оно охватывает системы дыхания, созерцания, которые мы используем. Оно является направляющим аспектом нашей выработки психологического единства. Но самое важное это то, что восточная философия — основа нашей морали. Я многое почерпнул от Тао, Конфуция и Дзэн-буддизма, но высочайшим даром этих течений была уверенность в себе. Осознание того, что путь, по которому я следую, является в то же время путем великих мудрецов и философов прошлого, придает мне смелость и силу. Пусть путь этот долог и впереди много трудностей, но я верю, что «Путь этот величественный и прекрасный. Он ведет к небесам. Они далеки. Но разве мы не должны стараться приближаться к ним понемногу, день за днем?».