Проклятие Эвлона (СИ) - Криннит Рон - Страница 73

— Что там? — поинтересовался Серый.

— Хорнии гонят воду из подземного озера вверх, — пояснила его провожатая.

— Они сюда тоже через ту дверь спускаются?

— Нет, в техническом помещении около фонтанов есть свой спуск, просто мне не хотелось идти через него чтобы не вызывать лишних вопросов.

— Вы бывали тут раньше?

— Нет, так глубоко как сейчас — еще не спускалась.

— А откуда знаете дорогу?

— Сегри, мы тут не на экскурсии, — раздраженно прервала расспросы Синсера.

Серый заткнулся, внезапно поняв, насколько сильно напряжена и испугана королева. Рассказ о «Завещании Кастигоров» она услышала в далеком детстве, когда любые тайны оказывают очень большое влияние на воображение. Причем, этот секрет смог напугать ее мать — не простую экву, а тогдашнюю правительницу Эвлона. В общем, причин испытывать опасения у Синсеры было достаточно.

Повелительница свернула в один из темных проходов и медленно пошла вдоль стены, внимательно осматривая потолок. Шагах в тридцати обнаружился полустертый треугольник. Хорния постучала в стенку копытом и, удовлетворившись услышанным звуком, снова прибегла к магии. Щелкнул еще один волшебный замок, но в этот раз дверь раскрылась сама. Сразу за ней показалась радужно-переливавшаяся преграда, закрывавшая проход в небольшое помещение.

Важность момента, наконец, проняла и Сергея, его сердце забилось сильнее, и он взволнованно положил ладонь на круп своей спутницы. Не обратив внимание на его жест, Синсера попыталась войти, но уперлась носиком в волшебную стенку.

— Что такое? Почему не пускает? — пробормотала хорния, сморщив от досады мордочку.

— Простите, это, наверное, из-за меня, — ответил Серый, отдергивая руку. — Попробуйте еще раз.

Со второй попытки королева прошла беспрепятственно. Уже смирившись с мыслью, что ему придется ждать снаружи, Сергей коснулся преграды, но рука не встретила никакого сопротивления. Видимо, создавшее проход заклинание имело набор логических правил, определяющих кого можно пускать, а кого — нет. Проводить кого-либо с собой запрещалось категорически, а по отдельности они могли спокойно пройти: королева, как Кастигор, а Серый как человек — исключение.

Он быстро шагнул следом за Синсерой и встал около пыльной стеклянной витрины. Серый смел грязь, и их взору открылся уже кем-то предусмотрительно развернутый свиток. Чтобы поколения правителей его не слишком быстро истрепали, завещание спрятали под стекло уже готовым к ознакомлению. Королева жадно впилась взглядом в древние буквы, быстро пробегая глазами неровные строки. Сергею чтение давалось не так легко, текст был написан не писцом, а лично Робуром — строки больше походили на небрежную скоропись Канеи, чем на тщательно вычерченные приказы, приносимые королеве на утверждение. Форма букв казалась слишком непривычной, часто он даже не сразу мог узнать нужную, но постепенно Серый пробивался сквозь текст. Сперва шло пространное напутствие использовать эти сведения только в случае крайней необходимости, потом — философские размышления о природе власти, и лишь под конец двумя предложениями была описана суть: «Проклятие врат направлено не против всех экусов, а только против рода Кастигоров. Проклятие пропадет в тот момент, когда исчезнет последний из Кастигоров».

Королева уже несколько раз перечитала текст и напряженно обдумывала полученную информацию. Она взволнованно шагала из стороны в сторону, нетерпеливо поглядывая на своего спутника. В ее голове возникла куча вопросов, и ей хотелось если и не получить ответы, то хотя бы часть из них высказать вслух.

— Я не понимаю, почему королева Аквира посчитала цену чрезмерной? — спросила она, заметив, что Сергей закончил читать. — Ее честь и достоинство не подлежали сомнению, я бы ни на миг не усомнилась, что она не способна пожертвовать жизнью ради подданных.

— Странно, Вас волнует больше вопрос чести, чем то, что Вы будете делать дальше?

— А что может быть важнее чести? — удивилась Синсера. — Дальше я принесу себя в жертву и спасу легионы экусов от гибели, а Эвлон от проклятия. По-другому быть не может. Но вдруг я что-то не учла? Что-то, что остановило мою родительницу?

— Думаю, она просто не могла убить своего жеребенка, — предположил Серый.

— Какого жеребенка? — недопоняла королева.

— Вас. Ваша мама должна была принести в жертву не только себя, но и Вас.

— Ах, так вот зачем она взяла с меня клятву! — озарило хорнию.

— Именно. Она не хотела, чтобы Вы принесли себя в жертву.

— Теперь я все понимаю, — кивнула Синсера. — Ни одна эква не позволит погибнуть своей первой крови. Никогда и ни при каких условиях. Я бы тоже со своей первокровинки взяла подобную клятву. К счастью, у меня еще нет жеребенка, а значит, меня ничто не остановит.

Королева вышла из комнаты, подождала, пока следом выйдет Серый, и закрыла дверь. Ее спутник усиленно думал, пытаясь найти иной выход из сложившейся ситуации. Он просто не хотел верить, что его дорогой Солнии скоро не станет. Синсера заторопилась в обратную сторону, и Серый побежал следом за ней.

— Подожди, — прокричал он набегу. — Ты собираешься сделать это прямо сейчас?

— Нет, конечно, — ответила королева. — Так внезапно бросать все дела было бы слишком безответственно. Мне надо отдать кучу приказов, проинструктировать смотрительниц, поговорить с прайм-хорнием.

Сергей вздохнул с облегчением, решив, что пара дней в запасе у него все же есть.

— Я сделаю это сегодня в полвечера, — продолжила она, разрушив надежды своего собеседника.

— Как?

— Прыгну с башни. Так будет проще всего.

— А как же Люсея? — забеспокоился он. — Мне придется уйти из дворца и я не смогу к ней приходить.

— Кстати, насчет Люсеи. Когда проклятие будет снято, ничто не помешает вам отправиться в Тирнию и найти вторую часть от ключа.

— А если они там не захотят нам ее отдавать?

— Я уверена, прайд легионов вооруженных экусов способен убедить кого угодно. Я сообщу все прайм-хорнию, и он отправится туда при первой же возможности.

Дальнейший путь они проделали молча, погрузившись в свои мысли. Повинуясь жесту королевы, стражницы захлопнули каменную дверь и поставили на место книжную полку. Синсера прошла в свой кабинет. Быстро надиктовав секретарше два указа, она их заверила своим прикусом и передала свитки Сергею.

— Сегри, первым указом я возвожу Канею в статус луни, — сказала она, — а вторым — дарую тебе пожизненное право посещать замок. Я, правда, не уверена, сколько этот пропуск будет на самом деле действовать, поэтому прямо сейчас пойди к пленнице и все ей объясни.

— Спасибо, за все, — хрипло ответил Серый.

Он обнял хорнию за шею. Не в силах сдерживать слез, Сергей уткнулся лицом в ее гриву и зашмыгал носом.

— Хватит в меня сморкаться, — усмехнулась королева. — Иди. У меня еще много дел, а времени очень мало.

— Прощай, Солния!

— Прощай, Сегри.

Не удержавшись, Синсера напоследок лизнула его по щеке, а потом легонько толкнула носиком в грудь. Серый Вышел из кабинета и спустился в туалетную комнату чтобы умыться. Эквы вряд ли обратили бы внимания на его внешний вид, но являться перед богиней с покрасневшими глазами не слишком хотелось. Сергей привел себя в порядок, чуть успокоился и отправился в заброшенный сад. Хотя вся трава на фруктовой поляне от морозов пожелтела, с окружающих веток, как ни в чем не бывало, продолжали свисать гроздья арини. Банановое дерево неутомимо плодоносило и в жару и в холод. Когда Серый вошел в клетку пленницы, при виде него Люсея даже вскочила от беспокойства.

— Сергей, на тебе лица нет! — воскликнула она. — Что случилось?

— Синсера узнала способ снять проклятие, — горестно сообщил он.

— Эмм… но это же — хорошо? Разве нет? — неуверенно спросила богиня.

— Мы прочитали завещание Робура. Там написано, что проклятие направлено против рода Кастигоров и пропадет, когда исчезнет последний из них.

— Подожди-ка, это же значит…