Уйти, чтобы выжить - Садов Сергей Александрович - Страница 72

– Ночной горшок, милорд, – без нужды пояснил Джером.

– Я знаю, что это такое! – раздраженно отозвался Володя. Аливия удивленно поглядела на него – никогда еще её всегда спокойный друг не был таким возбужденным. При этом он с хорошо заметным страхом посматривал на окна вторых и третьих этажей.

– Разве у вас так не делают?

Володя так глянул на слугу, что тот побледнел и поспешно проглотил язык.

– У нас ТАК не делают. Для этих целей канализация должна быть. – Тут он углядел лавку менялы и соскочил с телеги. – Подождите.

С явным облегчением он вошел внутрь. Ему навстречу поднялся сутуловатый старичок и неторопливо подошел к прилавку.

– Што шелает господин?

– Обменять монеты на местные. – Володя выложил на прилавок пять серебряных монет и одну золотую.

– Я беру четыре процента, господин.

– Устраивает.

Старик взял монеты и внимательно изучил их на свету.

– Удивительно… просто удивительно. Никогда таких не видел. – Золото он попробовал на зуб, чем-то капнул на него из флакона, покачал головой, потом достал из-под прилавка небольшие весы и самым тщательным образом взвесил каждую монетку, что-то подсчитал и выложил на прилавок равное количество серебра и золота. – Кашество ваших монет, милорд, выше местных, потому я посшитал один к одному.

И то остался в выигрыше, подумал Володя, рассматривая выданные монеты. Тут он еще немного подумал и потребовал добавить серебра. Меняла тоже задумался и со вздохом выложил на прилавок еще одну серебряную монету, полностью подтверждая выводы. Можно бы еще поторговаться, но Володя решил, что не стоит слишком наглеть, потому убрал монеты в кошелек и вышел на улицу.

– Так где лучше остановиться, Джером?

– На постоялом дворе, если мы недолго тут задержимся, милорд. Там и телегу можно пристроить.

– Отлично. Я полагаюсь на вас.

Телега медленно покатила куда-то ближе к центру города.

Пока они ехали, Володя снова достал карты, всё еще не расставшись с идеей сделать привязку географических названий. Точнее, привязку сделать у него получалось, но только тех мест, где он уже побывал, а следовательно совершенно бессмысленных для прокладки нового маршрута. Например, кандидатов в Тортон, куда они направлялись, на карте было аж три отмеченных населенных пункта, и никакие наводящие вопросы не могли прояснить ситуацию. Добыть бы где пусть плохонькую, но местную карту… но где её достанешь? В киоске не купишь. Вот и приходится полагаться на указания совершенно посторонних людей. И не факт, что этот маршрут самый оптимальный. Вздохнув, Володя снова убрал карту и огляделся, пытаясь понять, куда они едут. Тут телега плавно вкатилась в какой-то двор и замерла. К ним выскочил невысокий человек, на миг замер, с сомнением оглядывая приезжих, пытаясь определить их социальный статус, наткнулся взглядом на вооружение одного, на доспехи под накидкой другого и согнулся в глубоком поклоне.

– Позаботьтесь о телеге и лошади, – приказал Джером, соскакивая с передка. – Еще стол и комнаты.

– Конечно, господин! Все сделаю в лучшем виде.

Володя хотел забрать свой рюкзак, но обнаружил, что тот уже взял Джером, а остальные вещи несет Филипп. Хм… а в наличии слуг что-то есть. Довольная, что не придется тащить тяжести, Аливия скакала по тропинке к дому.

В трактире их усадили у окна, Володя привычно занял место, откуда видно все помещение и дверь, рядом пристроился Филипп, положив меч рядом с собой. Мальчик огляделся, судя по всему, основные посетители трактира солдаты и офицеры, ну понятно, война, а город после недавнего сражения вдруг превратился в основную тыловую базу – здесь собирались войска, сюда везли припасы. Володя покачал головой и отвернулся, дожидаясь, когда принесут еду.

– Вам что-то не нравится, милорд?

– Мы свободно вошли в город. Нас даже стража не остановила.

– Да тут войск больше, чем, наверное, в столице.

– Ага. Беглецы после недавних поражений. Остальные части вон, – Володя кивнул на соседний стол, где шумно что-то отмечали солдаты. – Если здесь появится хоть небольшой отряд врага, большинство просто разбежится, а остальные не успеют даже собраться. И в поле никаких дозоров, то есть нападение будет совершенно неожиданным. Счастье Локхера, что у Эриха сейчас туго с кавалерией – вряд ли он успел восстановить её.

– И что это значит, милорд? – задумался Филипп.

– Это значит, что задерживаться тут не стоит. Надо скорее купить нормальную лошадь и в путь. Кто займется?

Филипп и Джером переглянулись – похоже, им впервые предоставляют выбор, обычно отдавались приказы и всё. Володя уловил их сомнения.

– Сами решите, кто лучше справится.

– Тогда, наверное, я, милорд, – поднялся Джером. – Я всегда заведовал всеми закупками у господина. Он мне доверял.

Володя кивнул и выложил на стол почти все выменянные местные монеты, оставив немного, чтобы расплатиться за еду и комнаты.

Джером быстро пересчитал деньги.

– Милорд, для настоящего боевого коня этого слишком мало, а для лошади в телегу слишком много.

– Я с запасом даю. Подбери коня на свое усмотрение, а на остальные купи что-нибудь в дорогу… сам смотри. У тебя ведь почти никаких вещей нет. Выбери сменную одежду, одеяла для ночевки, плащи… да чего я тебя, учить должен? Что останется, вернешь вечером.

– Да, милорд! – Джером слегка поклонился.

Поев, они поднялись на второй этаж и осмотрели комнаты. Володя, сморщив нос, разглядывал обстановку, потом подошел к кровати и задрал матрас – клопы моментально бросились врассыпную, удирая по щелям. Мальчик проследил за их бегством и потрогал не первой свежести матрас, лишенный даже намека на простыню.

– Что ж, – вздохнул он, – каждому своё.

Остальные, даже Аливия, глянули на него удивленно, но Володя, не обращая ни на кого внимания, закопался в рюкзак, достал упаковку какого-то порошка и начал рассыпать его по комнате, особенно обильно досталось кровати.

– Ну вот, к вечеру никаких посторонних тут не останется. Если не хотите кормить этих мелких тварей, давайте и вашу комнату обработаем.

– Э-э… а что это, милорд? – Филипп с сомнением прикоснулся к порошку на полу.

– Средство от блох и клопов. Терпеть не могу их, потому всегда ношу с собой нечто подобное.

Филипп с сомнением глянул на мальчика, тот готов был поклясться, что солдат сейчас мысленно не очень лестно отзывается о неженке-господине, но высказаться вслух не рискует. Володю по большому счету мало интересовало, что остальные думают о нем, главное, чтобы ему и Аливии было удобно. Изображать же перед кем-то бывалого путешественника, не боящегося бытовых неудобств только для того, чтобы произвести впечатление он не собирался.

Володя проводил Джерома и задумался, что делать дальше. Сидеть в душной комнате и ждать возвращения слуги совершенно не хотелось. Выйти прогуляться? А вещи? Оставить тут с Филиппом как-то нечестно по отношению к нему. В конце концов, сам Филипп разрешил сомнения, предложив пройтись по городу.

– А вещи? – с сомнением поинтересовался Володя.

– Хозяин получает часть платы еще за то, чтобы здесь не пропадали вещи постояльцев, – пояснил Филипп. – Вряд ли ему захочется объясняться по поводу кражи на его постоялом дворе – это плохо отражается на репутации. – Солдат несколько удивленно глянул на Володю, словно удивляясь, что тот не знает очевидных вещей. – Ну еще на всякий случай их можно сложить вон в тот сундук, он специально там стоит. Замок должен быть внутри.

Володя приподнял крышку и действительно обнаружил внутри весьма солидного вида замок… который он смог бы открыть обычной проволокой за две-три секунды. Остается надеяться, что такие умельцы тут редкость, а для остальных он и в самом деле окажется непреодолимым препятствием. Сам сундук оказался крепко привинчен к полу. Мальчик подергал его, открыл и закрыл массивную, оббитую железом крышку, глянул на петли и на запор. Да уж, о том, чтобы сломать сам сундук, не может быть и речи: толстые доски дуба крепились железными полосами на заклепках, петли, на которых сидела крышка, представляли собой толстые изогнутые штыри, причем, когда крышка закрыта этих петель совершенно не видно.