Искатель - Кружевский Дмитрий Сергеевич - Страница 84

– Квадрат сто двадцать, – Кир пристально разглядывал карту. – Там я не был. А что сигналы спасательных маячков?

– Пусто, – ответил Эндрю. – Гелена подключилась к центральному вирту базы в Веллингтоне и просматривает информацию со спутников.

– Ясно. – Малышев поднялся из-за стола. – Кир, готовь машину. Рен, Аира и Антон помогают Гере с развертыванием навигационного блока.

– Хорошо, – кивнула Гера. – Кстати, если подключить его к местной башне на космодроме, то чувствительность вырастет в разы.

– Я помогу. – Эндрю выключил вирт и отдал пластинку кристалла Андрею. – Встречаемся на космодроме через полчаса.

Ветер хоть и стал тише, но все же иногда разражался порывами, которые гнули пальмы, растущие рядом с бетонной полосой взлетки. Низкие тучи, несущиеся, казалось, прямо над самыми верхушками деревьев, орошали землю противной изморосью.

Кир, облаченный в стандартный СБС – средний бронескафандр спасателя, – стоял рядом с сейпером, ожидая, пока пара киберов-механиков закончит ковыряться с бортовым гладиусом. Правый зажим, крепящий машину в специальном углублении под днищем сейпера, заело, как всегда, некстати. Аппарат, который по команде должен был отсоединиться и, включив антигравы, зависнуть над землей, дожидаясь пилота, теперь висел под брюхом серпообразной машины, наклонясь на одно крыло. Кирилл тихонько выругался. Время пока терпело, так как ребята еще не закончили с разворачиванием блока навигации, представлявшим собой специальный комплекс земной навигационно-энергетической поддержки. Хотя какое там терпело! Перед глазами всплыло смеющееся лицо Олы, заставив Кирилла заскрипеть зубами. Сегодня они возились долго, как никогда. После их разговора в гостиной у Майро прошло уже около часа, а они так и не вылетели – спасатели чертовы. Сперва не могли подключиться к башне космопорта, ибо там был какой-то нестандартный интерфейс, и Айко пришлось буквально на ходу мастерить переходник, потом эта проблема с зажимом. Кир снова тихонько выматерился и, подняв голову к небу, взмолился всем богам. Наверное, кто-то его услышал, потому что зажим неожиданно разжался. Умная электроника машины успела включить антигравы, и гладиус повис над бетоном. Кирилл поблагодарил неведомых небесных покровителей и кинулся к истребителю.

– Андрей, я вылетаю.

– Понял, – раздался в шлеме голос Малышева, который координировал их работу из рубки сейпера. – Ребята заканчивают, минут через десять мы тоже поднимемся. Да, еще, подмоги из Веллингтона, думаю, ждать не стоит, ураган действительно много чего наворотил, сводки неутешительные, есть даже жертвы.

– Ясно. Со спутников что нашли?

– Пока пусто, хотя мусора в океане много. Маяки так и молчат. Может, где сели, чтобы переждать…

– Запястники! – Кир хлопнул себя рукой по лбу, точнее, по шлему. – Как мы могли забыть?

На стекле шлема, внутри, появилось окошечко с изображением Андрея, который задумчиво смотрел куда-то вбок.

– Командир!

– Я слышал, – бросил Малышев, оборачиваясь к Киру. – Мы не забыли, это твоя Гера уже минут пять назад предложила, только пока блок не развернут, их все равно не засечь.

– Это понятно, а позвонить никто не пытался?

– Кир, Майро с самого утра пытается дозвониться до дочери, да и не только он один.

Кирилл на мгновение опешил, иногда его самого поражало собственное тугодумие. Конечно же, первое, что сделали родители, узнав о пропаже школьного глайдера, это попытались связаться со своими детьми.

Истребитель мчался на бреющем, едва не касаясь брюхом все еще вздымающихся волн. Иногда машина зависала над океаном и вертелась из стороны в сторону, точно озираясь, а потом вновь устремлялась вперед. Наконец под ее крыльями промелькнул полумесяц атолла. Гладиус завис над ним, затем медленно двинулся вдоль берега.

– Кир, внимание, подключаю тебя к сетке на счет «три», – раздался в шлеме голос Геры.

Стекло кабины на миг полыхнуло бледно-синим, покрывшись мелкими шестигранниками, и вновь стало прозрачным. Однако теперь все объекты были подсвечены различными цветами, причем даже самые мелкие. Фиолетовым светились небиологические объекты, желтым – объекты животного мира, зеленым – растительность, синим – биологические объекты, не подающие жизненной активности, оранжевым – неидентифицированные. Красным пылали объекты, представляющие непосредственную угрозу.

«Система глобального позиционирования и идентификации», или попросту «сетка», подключилась к бортовым системам корабля, сообщив об удачном соединении двойным коротким писком. Теперь бортовой компьютер верткой машинки стал маленьким звеном глобальной сети, объединяющей орбитальную группировку поисковых спутников, десяток стационарных гравирадаров и несколько мощнейших виртов ЦентрСпаса. Конечно, их поиск задействовал лишь малую толику данной системы, но все равно приятно было осознавать, что в любую минуту вся эта мощь может прийти им на помощь.

Кир окинул беглым взглядом всю раскинувшуюся гамму красок и облегченно вздохнул. Синих меток поблизости не наблюдалось, оранжевые были – судя по размерам, какая-то мертвая живность. Он глазами навел маркер на одну из меток, и та прыгнула навстречу, увеличиваясь в размерах, а рядом побежали строчки данных сканирования. Кирилл несколько секунд смотрел на мертвую чайку, вокруг которой уже собралось с десяток крабов, и, заложив крен, послал машину к ближайшему острову. Была вероятность, что пилот глайдера направился именно туда, хотя сейчас горячку пороть уже не следовало. Десятикилометровый зонтик сетки, двигающийся вместе с их кораблями, должен обнаружить потерявшихся, даже… даже если случилось худшее. Человеческий глаз может и не заметить обломков разбившегося глайдера или мертвое тело, застрявшее среди камней, но сотни электронных глаз и лучей, прощупывающих в этот момент землю, найдут даже мышь, забившуюся в нору. Киру вспомнилась лекция на эту тему.

– Ваш корабль является точечным центром сетки, по которому все задействованные поисковые системы осуществляют районное позиционирование. Система осуществляет общее сканирование в радиусе примерно десяти километров и подробное сканирование по точкам позиционирования. Так что учтите, радиус охвата и точность системы зависят от количества таких вот точечных центров, то есть чем больше машин задействовано в операции, тем лучше. Ваша машина, словно паук, находится в центре паутины и получает всю информацию от поступающих сигналов. Вся эта информация, вместе с полученной из других источников, поступает в центральный компьютер, который, обработав ее, возвращает в виде разноцветных маркеров. Теперь пилоту доступно описание любых объектов, находящихся в поле зрения бортовых систем корабля. Система позволяет замечать даже очень мелкие объекты, но здесь ей требуется помощь человека, иначе даже самый мощный вирт захлебнется в потоке информации. По статистике, полноразвернутая поисковая сетка из ста машин способна идентифицировать до девяноста девяти процентов объектов. Поэтому операторам требуется точнее задавать параметры поиска. Например, если мы ищем вот эту ручку, упавшую на пол, – преподаватель продемонстрировал светоперо, – то параметры будут выглядеть примерно так: неживой объект, размер от десяти до пятнадцати сантиметров, материал – пластиад, уровень ноль. Понятно?

Гера подняла руку.

– Да, Соболева?

– Как я понимаю, это делает навигатор? Или такую операцию может осуществлять пилот любой машины, задействованной в поиске?

– Нет, – покачал головой преподаватель. – Мощности бортового компьютера не хватит для прогонки таких массивов информации, если у вас, конечно, не космолет, да и не предназначены они для подобных дел. Это работа для вирта навигационного блока, а значит, это прямая обязанность навигатора, ибо именно он на время поиска становится основными глазами и ушами группы, ее мозговым центром, превращая членов отряда в послушные инструменты. И вот в таких ситуациях навигатор должен помнить, что именно от его грамотных действий, возможно, будет зависеть не только успех операции, но и чья-то жизнь. Так что запомните: во время поисковой операции слово навигатора – закон.