Тайный сыск царя Гороха. (Пенталогия) - Белянин Андрей Олегович - Страница 240

Гражданин Бессмертный повернул голову в нашу сторону, и в прорезях шлема блеснуло оранжевое. Мои сотрудники мигом прекратили собачиться и, послушно взявшись за руки, прыгнули в ступу. Митька повалился на самое дно так, что над бортом торчала только его голова и лапти, а бабка уверенно встала ему на пузо.

– Господин… хозяин… я… э-э… сейчас… – Мерзавец Труссарди как-то разжевал бумажный, кляп, мужественно проглотил его и, яростно вертя шеей, стянул ленту. – Вас… э-э… обманули! Эта дрянь ему все рассказала! Он был предупреждён, он знал, точно знал!

– Опергруппа, на взлёт! Я приказываю! – Мне пришлось орать так, что горло едва выдержало. Помело в руках Яги дрогнуло, но сделало первое движение…

– Ни-ки-ту-ш-ка! Держись, мы за подмогою-у…

Толку с этой подмоги… Летите, ребята. Мы с вами славно поработали, как говорится, пора и честь знать. Чудовища Кощеевы наконец-то опомнились к зарычали… Олёна так прижалась ко мне, словно жутко хотела умереть вместе. Однако у меня были иные намерения…

– Не успеет к тебе подмога прийти, сыскной воевода, – медленно, взвешивая каждое слово, протянул мстительный злодей. – За обман дерзкий, за подставу милицейскую, за измену бесовскую – жалую вас смертью страшною! Но… из сострадания чисто мужского к возрасту твоему холостому разрешу один поцелуй. А потом казнить, казнить, казнить обоих!!!

Я осторожно коснулся кончиками пальцев подбородка девушки. Она подняла на меня ласковые чёрные глаза и без тени упрёка тихо прошептала:

– Вот и всё наше счастье, участковый… Хотела я к тебе сама прибежать, да не смогла. А ты за мной пошёл, так только зазря голову сложил… Почему не все сказки ладно заканчиваются?

– В смысле, жили они долго и счастливо и умерли в один день? Нам это не грозит, наша сказка только начинается, – улыбнулся я. – Есть одна идея, не факт, что сработает, но… Вы свистеть умеете?

– А то!

– Эй, хватит шептаться-то, – приподнявшись на стременах, напомнил Кощей. – Ну-ка, быстренько чмокнулись, и в пыточную! Да рыдайте погромче, я слёзы люблю…

– Детской исправительной колонии на вас не было в своё время, – удручённо вздохнул я и подмигнул Олене. Она, не задавая вопросов, резко и отрывисто свистнула.

– Сивка-бурка, вещая каурка, стань передо мной, как лист перед травой! – рявкнул я, топая ногой.

Тишина… Никто ничего не понял. Я, привстав на цыпочки, попытался повглядываться в даль – увы, весь обзор заслонял столетний лес. На слух тоже глухо, ожидаемой дроби копыт ни в какую не слышалось. Олёнушка молча погладила меня по плечу, мне тоже очень жаль…

– Ты чего это кричал, сыскной воевода? Али от страха ума лишился. Так и не горюй, боишься правильно, ибо смертушка твоя до-олгонькой будет…

Что ж… по крайней мере, я попытался. На секунду нас накрыла сиреневая тень, а потом в небе раздалось счастливое конское ржание! Хм, а я-то уже и не надеялся…

Наша госпожа лошадушка встала гордая, как Пегас, нос к носу с обалдевшим кощеевским конём. Если в нём ещё сохранилась хотя бы одна живая искорка, игнорировать такую красавицу он не сможет точно. Белоснежная, с ухоженной шерстью, великолепной гривой, с аккуратно заплетенным в разнообразные косички (Митькина работа!) роскошным хвостом, сногсшибательной фигурой и огромными глазами с поволокой – Сивка-бурка воистину была воплощением предела мечтаний любого мужчины! Не поймите меня неправильно, но даже я краснел, когда она кокетливо опускала ресницы…

– Это что ж за чудо такое?! – дрожащим от восхищения голоском протянул Кощей. – Вот и говори после этого, что врут сказки… Ну удружил, участковый! За то дарую тебе смерть быструю да лёгкую, а девку твою, глядишь, и вовсе помилую…

– Вообще-то данная лошадь приписана к хозчасти нашего отделения милиции и здесь находится исключительно по служебной надобности! – строго отрезал я, лихорадочно размышляя, как же на неё влезть. Коварная нахалка прилетела из конюшни в чём была, то есть без седла, стремян и поводьев… За что держаться, чем рулить и на чём сидеть, непонятно… Ладно, попробуем как есть.

Я крепко взялся за гриву над холкой и, резко забрасывая правую ногу вверх, не очень элегантно плюхнулся на широкую спину кобылы. Та и бровью не повела…

– Олёна, прыгайте сзади.

Должен признать, что у нее это получилось гораздо лучше, чем у меня. И это несмотря на то что она в балахоне, а я в брюках.

– Наверное, победа действительно была не совсем честной, но согласитесь, и вы играли не по правилам. Поэтому, даже если аннулировать третий тур, мы победили со счётом два-один! Девушка свободна и едет со мной в Лукошкино. А вам, гражданин Бессмертный, я бы искренне посоветовал не расслабляться и подать явку с повинной.

– Больно скор ты, Никита Иванович. – Злодей быстро наклонился в намерении железными пальцами схватить Сивку-бурку за ухо и… лучше бы он этого не делал. Я не разбираюсь в чудесах, я в них живу! Меня эта зверюга один раз так уже подловила…

Хозяин Лысой горы и глазом моргнуть не успел, как неведомая сила засосала его в лошадиное ухо и выкинула с другой стороны, богато приодев в модный костюм доброго молодца! Где остались доспехи, неизвестно. Вернуть их можно только повторным проходом через второе ухо, а Кощею сейчас было не до того…

Без раззолоченных лат он оказался все тем же длинноногим, тощим скелетом, обтянутым желтоватой, пергаментообразной кожей, со сла-а-бе-ньким намёком хоть на какие-то мышцы. Богатырский парчовый кафтан с широкими плисовыми штанами висел на нём, как на зайцевской манекенщице. Бархатная шапка с собольей опушкой сползла ниже ушей, а горящие глаза выдавали уже практически нескрываемый предстрессовый шок… Ешё чуть-чуть, и преступник начнёт биться в истерике!

– Ну, тогда… мы поехали? – как можно мягче, чтобы его не обидеть, уточнил я. Козырнул, не дожидаясь ответа, и пихнул кобылу пятками.

Растерянные уроды сделали вид, будто бы пытаются нас задержать, но Сивка-бурка, презрительно фыркнув, взяла с места в карьер. Убей бог, никогда не видел лошадь «вертикального взлёта»! Скоростной лифт, взмывающий под облака, ничто в сравнении с нашей красавицей. Перепуганная Оленушка так вцепилась в мои погоны, что только нитки затрещали. Приятно, когда в тебе видят надёжного защитника.

– Мм… а теперь домой, пожалуйста. Не так быстро-о-о-о…

В общем, у Лукошкина мы были примерно через полчаса. По пути мне с трудом удалось уговорить госпожу лошадушку умерить прыть, ехать ме-э-эдленно и не гнать по параболе – в сравнении с её галопом «американские горки» просто отдыхают, меня три раза чуть не стошнило…

Остановились у речки Смородины, умылись и напились воды. Сивка-бурка привольно паслась рядышком, а из-под коряги мне приветливо улыбнулась знакомая русалка. Олёна это заметила и чуть принасупилась. Неужели ревнует? Немного посидели на травке, всё равно Яге с Митькой лететь ещё долго… Разговор как-то не клеился. Я не знал толком, что ей предложить, а она думала о чём-то своём и отвечала односложно.

– Уф… вроде вырвались. Думаю, теперь гражданин Бессмертный не скоро соберётся за нами в погоню.

– Наверное, так…

– А почему таким невесёлым голосом? Отныне вы свободный человек, начнёте новую жизнь, всё плохое забудется. Не сразу, конечно, но вы сможете найти своё место в Лукошкине, люди у нас хорошие…

– Я знаю.

– В конце концов, на первое время остановитесь у нас в отделении. Я посоветуюсь с Ягой, какая-нибудь штатная должность непременно отыщется, У нас, по-моему, стенографистки нет… Вы писать умеете?

– Умею.

– Ну вот! – преувеличенно радостно воскликнул я, уже не зная, что сказать. Наверное, надо было схватить её за плечи, развернуть к себе, признаться в любви и просить руки и сердца… Надо бы… но я не мог. Я спас её, вырвал из Кощеевой кабалы и… Ну, в общем, любые предложения с моей стороны выглядели бы недостойным давлением, она была бы обязана согласиться… Понимаете, обязана! А я хотел иначе…

Откуда-то издалека послышался невнятный шум. Я взбежал на бугорок, глянул в сторону города и едва не сел… Из ворот столицы стройными рядами выходила царская конница, за ней пешие стрелецкие полки, следом пушки, за ними обозы, потом народное ополчение… И всё это под знамёнами, священными хоругвями, с рёвом труб и барабанным боем! Натуральный военный поход, по всем правилам и с соблюдением традиций. Интересно, что же такого тут успело произойти за моё отсутствие? Крымский хан напал, поляки вторглись, враги коллегиально на Родину покусились? Правильный ответ нашёлся почти сразу…