Против лома нет вампира (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 82

— Борис дрался честно, — негромко произнес Мечислав. Но я бы поостереглась спорить с человеком, если он говорит ТАК. От голоса вампира мог замерзнуть даже Ниагарский водопад.

— Но сила! — задохнулся Дюшка. — Такая сила… Он не мог…

— Почему же? — в голосе вампира послышалась ирония. — Ты недооценил Юлию. Если ты еще не понял — она способна поделиться и гораздо большей силой.

Дюшка перевел на меня выпученные глаза. Я оскалилась еще сильнее и попробовала сделать реверанс. Получилось не слишком хорошо. Надо будет в юбке попробовать.

— Я не хотела, честное слово, дяденька вампир.

Все замерло. Никто не знал, что будет в следующую минуту. Лицо у Андрэ было тако-ое… Мог и приказать, чтобы нас всех растерли в порошок. Запросто. А мог и сам кинуться. Тогда шансы еще оставались.

За моей спиной засмеялся Вадим. И этот смех лучше громоотвода разрядил атмосферу. Дюшка провел рукой по лицу, стирая кровь, и опустился обратно в кресло. Мечислав расслабился и улыбнулся.

— Вы оказались нашим секретным оружием, кудряшка.

— И теперь вы будете охранять меня как стратегическую боеголовку?

— Нет. Просто как самую очаровательную девушку России.

— Ну-ну.

Я не поверила. Но мне было приятно.

— Значит вы — аккумулятор? — уточнил Дюшка. — Кажется, я выбрал не ту подругу.

— Поздняк метаться.

Я с легким усилием отстранилась от Мечислава. И внимательно посмотрела на подругу. Катька… то есть теперь уже Анна, была довольна и счастлива. Что ж, я не стану просить, чтобы она ушла с нами. Иметь в своем стане вражеского шпиона — это смертельно. Но как же больно! Раньше я никогда не думала, что будет так больно от Катиного предательства, от ее потери. Я вообще мало думала о своих друзьях. А теперь оказалось, что они что-то значат для меня. Кажется, Даниэль почувствовал мое состояние. Он вышел вперед и приобнял меня за плечи.

— Юля, тебе надо отдохнуть.

Дюшка перевел на него злые глаза.

— Интересно, а что обещали тебе, шпион?

Я бросила на Даниэля быстрый взгляд. Шпион? Как интересно!

— Даниэль?

— Я тебе потом все объясню.

— Буду на это очень надеяться.

— Я полагаю, что нам пора прощаться, — негромко произнес Мечислав. — Завтра мы будем здесь в это же время.

— И пусть все решит сила, — отозвался Андрэ. Лицо его было спокойно, в голубых глазах ни тени страха или сомнения, но я знала. Каким-то шестым, или даже девятым чувством я ощущала его неуверенность. И этот страх проиграть был для меня достаточной расплатой. За этот страх я даже могу простить Даниэля. Хотя ему я об этом не скажу.

Борис уже вышел из круга и подошел к нам.

— Наверное, мне стоит сказать — спасибо?

— Наблюдать за твоим боем для меня было истинным удовольствием. Хотя я и волновалась.

— Юля, попрощайся с дядей вампиром, — предложил Даниэль. Я улыбнулась и помахала Андрэ ручкой.

— До скорой встречи. Надеюсь — последней. Катя, я буду рада, если ты останешься в живых после его смерти. Всего хорошего, ребята — вампирята.

— Буду рад видеть вас завтра — в последний раз, — откликнулся Андрэ. — Мечислав, Борис, Вадим, — до встречи.

Мальчики поклонились — и мы направились к выходу. Я молчала. Стряхнула руку Мечислава, когда тот попытался помочь мне — и тут же споткнулась на высоких каблуках. Вадим подхватил меня под локоть и улыбнулся. Клыки блеснули в темноте.

— Не представляю, как можно ходить на таких спицах.

— У шефа спроси! Эта дрянь выбрана с его подачи!

— Красоту шеф чувствует. А вот что до удобства…

— У тебя-то какие претензии? — негромко уточнил Мечислав.

— Мне воротничок шею натер.

Я фыркнула. И замолчала до машины. В машине Даниэль снова попытался обнять меня за плечи, но я сверкнула на него глазами и подвинулась ближе к Борису. В связи с поединком, машину ему не доверили — и за руль сел Вадим.

— Юля… — в голосе Даниэля звучала неуверенность. То ли даст по ушам, то ли не даст…

— Дома поговорим, — отозвалась я. — И ты еще огребешь за свое недоверие. Ясно?

Вампир заметно расслабился. А зря. Я еще надеру ему уши за всякие умолчания. Борис притянул меня к себе.

— Облокачивайся, подруга. Попробуешь уснуть?

— А это вообще возможно?

— Мы не будем разговаривать. Разве что очень тихо.

— Ловлю на слове, — отозвалась я. — Но долг за тобой!

Потом поудобнее облокотилась на вампира, щекой чувствуя глухой стук сердца, закрыла глаза — и сама не заметила, как задремала. Наверное, все-таки много сил потратила на всю эту свистопляску.

Глава 10

Первая Печать.

Даниэль сам вынес девушку из машины и отнес в комнату. Уложил на кровать, снял сапожки и обтягивающие штаны, укрыл одеялом и погладил по волосам.

Какая же она все-таки… рысь. Любимая рысь. Единственная. Только одна женщина в его жизни была похоже на Юленьку. Но она погибла. Давно. В прошлом. Почти сто лет назад. Тогда ему не хотелось жить, но даже умереть ему не дали бы. Сейчас — наоборот. Даже если Мечислав возьмет власть, Даниэль не сможет поручиться за свою жизнь. Но вампиру не привыкать к смерти, стоящей за плечом. И он давно научился не оглядываться на леди с косой. Он будет наслаждаться каждой минутой, проведенной рядом с любимой. Сколько бы времени у них не было — он заберет себе каждое мгновение. И будет помнить его — вечно.

— О чем ты думаешь?

В дверях комнаты стоял Мечислав.

— О Юле.

— Поделишься мыслями?

— Могу. — Даниэль понял, что опять придется искать компромисс между правдой и ложью. Если Мечислав заподозрит о его планах, он просто устроит старому другу несчастный случай. Ему не нужен неподконтрольный фамилиар. И Даниэля он просто уберет с пути. Навсегда. Но любовь — наконец-то он решился произнести это слово для себя — любовь стоит любой жертвы.

— Она тебя обыграла в шахматы.

— Это не моя игра, — раздраженно тряхнул черной гривой Мечислав.

— пока все, кто играл с тобой, смотрели на тебя, а не на доску — игра тебе подходила. Роли поменялись — и ты проиграл.

— Нарываешься на трепку?

— Отнюдь. Просто Юля не реагировала на тебя, как на мужчину. Это — первое. Она была сосредоточена на шахматной доске, а ты на ее груди. И второе. Ты с ней играл. А она — воевала. Ты для нее — враг.

— Ты преувеличиваешь.

— Преуменьшаю. Ты ее раздражаешь. Она тебя боится, но не любит. И то, что Юля не может себя контролировать, пугает ее еще сильнее.

— Не страшно. Как только мы хоть раз окажемся в одной постели, она позабудет все свои дурацкие страхи.

— Ошибаешься. Если это будет зависеть от нее, вы никогда там не окажетесь.

— Из-за тебя?

Даниэль не дрогнул, хотя разъяренного Мечислава стоило опасаться. В гневе вампир мог оторвать старому другу голову. Хоть и пожалел бы потом о своем поступке. Но Даниэля это не воскресит. Сейчас у художника не было права дрожать. Он помнил Юлин поцелуй, ее губы на своих губах, коротенькое слово «Да!» — и решился.

— Из-за тебя самого. Ты слишком привык, что женщины бросаются тебе на шею. Юля оказалась гораздо сильнее многих. Но она и не такая, как все. Сам знаешь, раньше бы ее назвали ведуньей. — Даниэль органически не переносил слово «ведьма». — Ты получил отказ и не можешь с этим смириться. И сейчас идешь на приступ, как дикий варвар. Лучше бы ты пообещал ей, что не будешь домогаться — и когда Юля успокоится и привыкнет к тебе, как и ко мне, аккуратно начнешь ее соблазнять. Не думаю, что она продержится больше года.

Мысленно Даниэль взмолился всем богам, чтобы друг ему поверил. Сейчас вампиру нужно было только одно. Выиграть время. Для себя и Юленьки. А то, что любимая женщина может увлечься Мечиславом, его ничуть не тревожило. Как художник, он видел ее душу. И верил в то, что видел. Та женщина с портрета просто не сможет изменить любимому. Не станет лгать, предавать, бить исподтишка… У них все будет хорошо, только бы чуть-чуть выиграть время.