Против лома нет вампира (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 119

— Юля? С тобой все в порядке?

— Даниэль?

Все в порядке?! Ага, счаз-з-з-з, разбежалась! Даже сейчас мне было слышно, какой у меня хриплый голос. Простуда, не меньше. И надо бы отлежаться, но некогда. Все — некогда. Потом поболею всласть. Буду лежать на диванчике, с книжечкой, закутанная по уши, а мама будет готовить мне полезный чай из трав с медом и уговаривать обмотать шею теплым шарфом. А я буду капризничать, говорить, что шарф кусачий и требовать порцию мороженого…

— Кажется, я простудилась.

— Ты же не должна! Печати обеспечивают устойчивость к болезням!

— Силы организма небеспредельны, — отозвалась я.

— Тоже верно! Три часа в трансе! Я уж думал, что ты вообще не вернешься!

— А такое бывало?

— Сколько угодно! И похуже бывало!

— Куда уж хуже?

— Поверь мне — есть куда. Например, душа человека может навсегда заблудиться в пространстве. Тело умрет, а ты превратишься в призрака.

— Так вот откуда они появляются!?

— Не только. Но и так тоже. А еще в твое тело могла вселиться другая душа. Ты ведь совершенно беззащитна!

— А три вампирских Печати?

— Это не самая плохая защита, но ты должна учиться, ими пользоваться. Даже от бронежилета не будет пользы, если подставить под выстрел голову.

Я решила прекратить теорию и подняла руку. Мышцы ныли так, словно я марафонскую дистанцию пробежала.

— Даниэль, ты можешь сегодня не спать?

— Могу. А что тебе нужно?

— Много всего, — грустно улыбнулась я.

— А все-таки?

— Для начала мне нужно знать, куда и когда прибудет эмиссар Совета Старейших. И мне потребуется твоя помощь. Даниэль, ты сможешь справиться с оборотнем?

— Если он в человеческой форме.

— Наверняка.

— Тогда справлюсь.

— Ну и отлично. Мы должны будем разыскать эмиссара Совета и приклеиться к нему так, чтобы никакими силами не отодрали.

— Смешно. А что еще?

— Дай мне мобильник.

— Держи.

Я посмотрела на телефон, как на ядовитую змею. Ужасно не хотелось звонить. Но надо!

— Алло. Господин Андрэ?

— Можете называть меня просто — господин, кудряшка. Привыкайте.

— Лучше вы начинайте гроб обживать, — не осталась я в долгу. — Мечислав цел и невредим, меня это радует. Не хотелось бы разрывать наш договор. Пока. Где и когда состоится поединок?

— Откуда вы знаете о состоянии своего друга, кудряшка?

— А он вам не сказал? Мы связаны. Я давала ему свою кровь.

Я почти слово в слово повторяла то, что говорил Мечислав. Фиг тебе, Дюшка, а не лишняя информация! Фиг с маслом!

— И откуда вы знаете, что мы говорили?

— А вы еще не говорили? Прошу прощения. Погорячилась.

— Кудряшка, не испытывайте мое терпение!

Фу-ты-ну-ты, скажите, пожалуйста, какая цаца! Лично мое терпение уже треснуло по швам!

— Ты, сволочь клыкастая, мне пока никто и звать тебя никак! И преимущество в силе, и наша сделка, не дают тебе права допрашивать меня и командовать мной! Вот если ты доживешь до следующего рассвета, мы поговорим за терпение! А пока — обломишься!

В трубке раздался короткий смешок.

— Когда я стану вашим господином, кудряшка, я вам это припомню.

— Не могу ответить вам такой же любезностью, — отозвалась я. — Дело в том, что я уже просила у Мечислава вашу голову, и он обещал мне, а командовать головой — трудно. Да и припоминать что-то мертвому телу — тоже.

— Нет, вы просто маленькая нахалка!

— Я знаю. Вернемся к вопросу о поединке?

— Эмиссар Совета прилетит в пять часов двадцать минут. Поединок состоится в десять вечера. Я арендовал для него дом молодежи «Карнавал». Знаете где это?

— Знаю.

Дом молодежи «Карнавал» был жутким доперестроечным монстром. Раньше этот кошмар назывался домом культуры, а после перестройки медленно умирал. Хотя и пытался перестроиться, проводя исключительно мерзкие вечера для тех, кому за сорок-шестьдесят. И расположен был на самой окраине города. Вокруг только частные дома. Там хоть свинью режь — никто ничего не услышит.

— Отлично. Какие-то претензии к форме одежды?

— Никаких претензий, кудряшка.

— Пароль? Сорок шесть утюгов на подоконнике?

— Я не смогу собрать столько утюгов. Да и подвешивать их тоже не стоит. Обойдемся чем-нибудь попроще. Вы должны будете постучать два раза, потом три, а потом, после короткой паузы — еще два. Тук-тук, тук-тук-тук, тук-тук. И вам откроют двери.

— Отлично. Я знаю этот дом молодежи, туда будет легко добраться. А вы мне не врете?

— Какой мне смысл, кудряшка?

Я могла бы перечислить до хрена всяких смыслов, но толку-то с того! Своей вспышкой гнева, да и раньше, я зарекомендовала себя, как идиотку с силой! И Дюшка воспринимал меня именно так. И недооценивал. А я по мере сил старалась избегать прямых ответов. Не дай Бог, он почувствует ложь раньше времени!

— Не знаю. Но почему-то я вам не доверяю!

Ответ, достойный идиотки!

— Что вы, кудряшка, я не причиню вам вреда!

Ага, много вас таких, непричиняющих! Скоро в очередь записываться будете!

— Обещаете?

— Клянусь!

Я бы даже поверила. Вот только о вреде у нас совершенно разные представления!

— Тогда до встречи.

— До встречи, кудряшка.

Я повесила трубку и улыбнулась Даниэлю.

— Засада будет ждать нас в десять вечера в доме молодежи «Карнавал».

— И что мы будем делать?

— Как — что!? — удивилась я. — Продавать душу дьяволу!

— Не понимаю, — удивился Даниэль. — Как это?

Я посмотрела на вампира долгим пристальным взглядом.

— Твое счастье, если ты действительно не понимаешь.

На пояснения давать отказалась. Хватит этой грязи и мне одной. Художники не должны пачкать руки, если есть солдаты.

Глава 14

Я нападаю. Или просто падаю?

Кто-то на небе благоволил к нам. Очень благоволил. День был пасмурный, солнце закрыто тучами, причем такими тяжелыми и хмурыми, что быстро их не разгонит никакой ветер. Даниэль посмотрел на небо — и кивнул.

— Я смогу передвигаться при такой погоде.

— Едем?

Мы сидели в домике вот уже пятый час. Часовая стрелка подходила к девяти утра, и я все больше нервничала. Потом попросила вампира набрать номер.

— Алло? — спросил знакомый мужской голос.

— Скажите, а Таня далеко? — Даниэль мастерски подделывал кавказский акцент.

— Здесь нет никакой Тани. Набирайте тщательнее номер.

Из трубки понеслись длинные гудки. Но мне этого было достаточно.

— Сейчас мы едем в город. Нам нужно в интернет-кафе.

— Как скажешь. Будем надеяться, ты знаешь что делаешь.

Я бы тоже хотела на это надеяться. Но тебе, дорогой, знать о моих надеждах необязательно.

— Не я. Мечислав. Это его план.

Я говорила почти правду. Так что Даниэль кивнул и сосредоточился на дороге. Мужчину Даниэль загипнотизировал и внушил, что тот подцепил на дороге случайную попутчицу. И провел страстную ночь с ней на даче. Мог бы и убить, но не захотел. Даниэль не хотел еще одной невинной жертвы.

Впрочем, если бы обстоятельства повернулись по-другому, убил бы и глазом не моргнул. А сейчас — зачем? Все равно на дачу мы больше не вернемся. Крови он выпил достаточно, но не до смерти. И зачем оставлять за собой лишний труп? Даже если водителя найдут и разговорят, это уже ни на что не повлияет. Я была с ним полностью согласна. Хотя и убийство меня бы ничуть не тронуло. С каких пор я стала такой циничной!? Чужие смерти меня ни капельки не волновали! Может потому что моя была не за горами? Не до милосердия. Как у Филатова. «Будешь в печали, коли смерть за плечами». И не только в печали будешь, но и сволочью!

Водителя мы отпустили за квартал до интернет-кафе и прошли это расстояние пешком. Я крепко держалась за руку самого любимого вампира на земле — и твердо знала — как бы не сложится этот день — я навсегда это запомню. Серое небо, черные силуэты домов, ветви деревьев, прочертившие причудливую паутину на фоне облаков, сильная рука, поддерживающая меня и не дающая поскользнуться. И над всем этим — ласковые серые глаза. Самые дорогие в мире. Любимые.