Все к лучшему - Грей Ронда - Страница 22

— Все это время я возился с красками. Но не подумай, что я заделался маляром! — рассмеялся он. — Я рисую. У нас есть старый сарай, и сейчас мы заново его отделываем. Может, хочешь присоединиться?

Жить в какой-то странной коммуне? Айрис пришла в ужас, но не показала виду — напротив, рассмеялась и прижала руку к сердцу.

— Да я бы с радостью, но у меня аллергия на краски!

— А я думал, что только на мою серьгу, — подмигнул Родни, и Айрис, как в былые времена, улыбнулась ему, испытав удовольствие от понятной обоим шутки. — Наверно, ты, как и все вокруг, думаешь, что я погубил себя, — на сей раз серьезно продолжил он. — Но я должен был выйти из игры. Эти крысиные бега в судах не по мне. Право, жаль, что я не успел попрощаться с тобой, но в тот момент мне не хотелось никого видеть… Ну, а ты? Что поделываешь? Как жила все это время? Не обижайся, но ты немного поправилась. А что, мне нравится! Тебе идет.

Айрис рассмеялась.

— Правда? — милый Родни! Он так ничего и не понял… — Должно быть, я слишком увлекалась тортами «Альбион», — хихикнула она, вспомнив кондитерскую в Бронтоне.

— Что? — не понял Крайтон, и Айрис махнула рукой, дескать, это неважно. — Но зато в одном ты ничуть не изменилась… — Родни весело покосился на быстро опустевший фарфоровый чайник. — Никто на свете не пьет так много чая!

— Мама всегда говорила, что я водохлеб! — снова засмеялась Айрис.

Она давно не чувствовала себя такой раскованной. Было приятно притвориться, что все по-прежнему хорошо, как до беременности, и хотя бы на время забыть о своих проблемах…

— Видишь кого-нибудь из старой фирмы? — поинтересовался Родни, когда она, помотав головой, туманно сообщила, что теперь живет не в Бостоне. — О, я и забыл, что ты не очень общительна. Никого к себе не подпускаешь. Включая меня, — с неодобрением подчеркнул Родни, снова заставив Айрис улыбнуться.

Да, правда, у нее в жизни было не так уж много привязанностей, если не считать нескольких случайных подруг. А вот близкой была только Мейбл. Мысль о том, какую роль в ее жизни она сыграла, больно уколола Айрис.

— Ну, мне пора! — Приближался час пик, а она договорилась встретиться с Дэвидом в его конторе. — Я, в самом деле, должна бежать, — сказала Айрис, когда они вышли на улицу. — Просто замечательно, что мы увиделись.

— Да, конечно, — рассеянно отозвался Родни, не замечая, что его невозможно расслышать в уличном шуме. Неожиданно он остановился и в недоумении стал разглядывать ее наряд — длинный толстый свитер поверх юбки. И вдруг решился: — Слушай, ради бога, извини, можешь дать мне зуботычину за бестактность, но… ты беременна?

Айрис безудержно расхохоталась при виде его смущения и, повинуясь порыву, чмокнула Родни в щеку.

— Это все чай! Мой пустой желудок наконец им наполнился так, что дальше некуда! — пошутила она. — Но ты попал в точку, и… нет, пока больше ничего не скажу!

По глазам молодого человека было видно, что он умирает от любопытства. Но Родни слишком уважал чужие тайны, чтобы задавать лишние вопросы. Вместо этого он совершенно огорошил Айрис тем, что в восторге сгреб ее в охапку и поцеловал в губы.

Она все еще весело смеялась, когда Родни исчез в толпе. Продолжая улыбаться, женщина обернулась… и нос к носу столкнулась с Дэвидом.

7

— Ну-ну… Так вот что ты имела в виду, когда сказала, что поедешь навестить маму… — Тон был ледяным, с такой же ледяной враждебностью Стронг рассматривал Айрис. — Неудивительно, что ты не нашла времени позавтракать со мной. Тебе было интереснее встретиться с этим неудачником Крайтоном!

— Неправда!

— Да неужели?

— Да! Я виделась с мамой! — завопила Айрис, стараясь перекричать оглушительный грохот отбойного молотка, который вдруг начал работать невдалеке. Как только шум затих, она продолжила более спокойно: — Просто мне не хотелось так быстро уходить от нее.

Рот Дэвида искривился в скептической усмешке.

— Ты исполнила свою обязанность и со спокойной совестью отправилась на свидание с этим типом.

— Никакого свидания не было! И, пожалуйста, не говори, что я навещаю маму по обязанности! — выкрикнула она под грохот возобновившего работу молотка.

Правда, по лицу Дэвида было видно, что он уже пожалел о своих словах.

— Ты что же, влюблена в него? — требовательно спросил он, схватил ее за плечи и притянул к себе. — Поэтому ты его целовала?

— Я его не целовала! Это он целовал меня! — выкрикнула Айрис, мечтая лишь об одном: очутиться как можно дальше от бостонских центральных улиц в часы пик.

— Какая разница? — резко спросил он. — Как ни крути, тебе это нравилось!

— Еще бы! Я просто в восторге: беременная, а все равно путаюсь с другими мужчинами!

— Именно так это и выглядит! — тоже прокричал Дэвид, и женщине стало не по себе.

Она слишком его любила, чтобы скандалить, да еще на улице.

— Это только ты так думаешь! — она охрипла от попыток переорать адский уличный шум. — Если бы я не знала, что ты бесчувственный чурбан, то могла бы подумать, что ты ревнуешь!

Айрис не хотела его обижать, слова вылетели сами собой. Она тотчас замолчала и растерянно уставилась на Дэвида. Неужели он и впрямь неравнодушен к ней? Или просто его мужское самолюбие задето до такой степени, что этот ревнивец готов убить ее?

— Лучше помолчи, — угрожающе процедил он сквозь зубы и, не выпуская ее плеча из цепких пальцев, замахал приближавшемуся такси. — Мы решим это в более спокойной обстановке, без того, чтобы весь Бостон был в курсе наших дел!

«Более спокойная обстановка» означала роскошный дом в тихом городском районе, где он жил с Мейбл. Ехали молча. Такси остановилось у подъезда, обвитого плющом.

Пропустив Айрис вперед, хозяин с грохотом захлопнул за собой дверь. Звук его шагов по мраморному полу зловещим эхом отдавался в просторном холле.

— Ну, а теперь, — выдохнул Дэвид, — тебе придется объяснить, как называется то, что ты путаешься с этим… безмозглым бунтарем!

— Я с ним не путаюсь! И он вовсе не безмозглый! — бросилась женщина на защиту бывшего начальника.

— Об этом можно поспорить! — Стронг едва не кричал; над краем белоснежного воротничка пульсировала голубая жилка. — Что-то слишком горячо ты его защищаешь! Может, объяснишь почему? — он все же заставил себя успокоиться. — Не потому ли, что ваши отношения выходили далеко за рамки профессиональных? Разве не поэтому ты целовала его?

— Я же сказала тебе! Не я целовала. Это он целовал меня!

— Какая разница? — невесело хмыкнул Дэвид. — Я тоже уже сказал тебе: главное, что тебе это нравилось.

— Да, так и есть! Очень нравилось! — запальчиво выкрикнула Айрис, видя, что он не желает слушать никаких доводов. — А почему бы и нет? Я не твоя собственность! — они вошли в элегантно обставленную гостиную. — Я имею право целовать любого, кто мне нравится! Кого захочу, когда захочу и где захочу!

— Нет! Пока ты носишь моего ребенка, у тебя нет такого права! — раздраженно произнес Дэвид. — Вот если бы ты не была беременна, тогда другое дело!

Значит, только это его и беспокоило… На какое-то мгновение Айрис показалось, что он действительно приревновал ее, и у женщины появилась надежда, что Дэвид испытывает к ней хотя бы каплю доброго чувства. Но ничего этого не было. Его лицо выглядело таким же холодным, как гостиная дома. Обведя комнату рассеянным взглядом, Айрис машинально отметила, что в ней не осталось и следа пребывания Мейбл. Разве что современная мебель и обои. Впечатление было такое, что Стронг намеренно убрал все, что могло напоминать о жене. Пальцы Айрис впились в мраморную каминную полку. Она никогда не сможет выйти за Дэвида, несмотря на всю его настойчивость. Потому что не хочет быть бледной копией Мейбл.

— Так, значит, ты думаешь только о ребенке? — их взгляды встретились, и Айрис с трудом сдержала слезы. Она боялась не выдержать борьбы с самой собой и согласиться на его предложение. И вдруг обнаружила, что выход есть. Его только что подсказал сам Дэвид. Конечно, с ее стороны это будет жестоко, но что же делать!