Не будите Гаурдака - Багдерина Светлана Анатольевна - Страница 219

И весьма вовремя — ибо магическое действо уже было в полном разгаре.

На круглой каменной плите, окруженной по периметру стоячими валунами с меловыми рунами, лицом к украшенной бивнями мегалослонта незамкнутой арке, с закрытыми глазами и закатанными по локоть рукавами просторной рубахи стояла Арнегунд. В правой руке ее был зажат маленький нож. С медного лезвия его на высеченный в плите двойной круг капала алая кровь. Губы королевы при этом медленно шевелились — то ли отсчитывая капли, то ли произнося заклятье, то ли взывая к невидимому собеседнику.

— Отсталая технология, прошлый век, — окинув взглядом сцену, пренебрежительно фыркнул Агафон. — Всем просвещенным людям давно известно, что заклинание открытия портала можно активировать при помощи килограмма мухоморов и литра водки. Опция к первому пункту — десять пирожков с маком.

— Если всё так просто, чего ж мы до сих пор тут делаем? — ядовито полюбопытствовал Кириан.

— Давай ингредиенты, — снисходительно повел плечами чародей, но комментариями больше не разражался, и досматривали ритуал люди уже в полной тишине.

Хотя, досматривать после этого особенно было нечего.

С последними словами, сорвавшимися с бледных напряженных губ повелительницы сиххё, пространство меж рогов арки завибрировало, заколыхалось, заходило волнами, будто воздух там в пару мгновений раскалился как над плавильной печью, и из ниоткуда, прямо под ноги Арнегунд, упал первый луч.

Луч солнца.

Сиххё ахнули, отшатнулись было в благоговении, но тут же восторженно прихлынули, чтобы разглядеть чудо чудное, диво дивное получше. И тут дрожащий воздух словно вспыхнул фейерверком света и цвета, слепя непривычные глаза вековечных изгнанников, и вместо белесой равнодушной степи, серых холмов, свинцовых вод и бурых сланцев обрыва в проеме вырисовались изумрудные луга, лазурное небо, сверкающая золотыми бликами река и ослепительное — даже для людей — солнце.

— Солнце!!!..

— Аэриу!!!..

— Небо!!!..

— Арнегунд!!!..

— Боги всемогущие, это дом, это наш дом, наш Аэриу!!!..

Восхищенные, восторженные, счастливые голоса слились в радостный гул, и толпа возвращающихся домой — теперь воистину домой — беженцев тронулась с места, подобно снежной лавине — робкий шаг за робким шагом вперед, к брызжущей сияньем и красками картине словно из самого волшебного их сна — будто влекомые неведомыми чудесными чарами…

Подобно отражению в странном зеркале, напротив королевы сиххё, спиной к земле обетованной, стояли двое людей — невысокий мужчина с аккуратно подстриженной бородкой, в лиловом балахоне, украшенном мистическими символами и звездами, и одетый в черную бархатную куртку, украшенную массивной золотой цепью, надменный блондин средних лет. Короткие его прямые волосы перехватывал толстый, тускло поблескивающий золотой обруч.

— Как на бочке, — презрительно скривился Бриггст. — И цепь купеческая. Фи. Полное отсутствие вкуса. Вот уж воистину: деньги есть — ума не надо. Кхм… Неужели это я сказал? Об этом надо пофилософствовать…

Невысокий сжимал в кулаке серебряный нож для ритуалов. Надменный протягивал вперед руку. Из глубокого пореза на предплечье на камни медленно сочилась кровь.

При виде Арнегунд король Мелор — ибо это был ни кто иной, как он — прекратил разглядывать свою рану и беззастенчиво вперился в правительницу сиххё оценивающим взором, словно барышник в предлагаемую к продаже лошадь, или один противник в другого.

Королева дрогнула, застигнутая врасплох циничной откровенностью, вспыхнула до корней волос и быстро опустила очи долу. Но, почувствовав на плече уверенную руку Аеда, подхватила брошенную перчатку вызова, горделиво вскинула голову, и почти нахально ответила Мелору тем же.

Довольный — или недовольный увиденным — на таком расстоянии ни разобрать, ни понять подобные тонкости было невозможно — король эйтнов прилежно сложил губы в улыбку и сделал широкий жест левой, нетронутой, рукой:

— Проходите, гости дорогие. Проходите. Чувствуйте себя как дома.

— Мы и есть дома, — донеслись до людей на холме торжественные, звонкие слова Арнегунд. — Аэриу — наш дом. Но мы готовы забыть поросшие мхом и быльем дела давно минувших дней, и протянуть людям руку не как гостям, не как забредшим случайным странникам, но как соседям. Добрым соседям. Земли Аэриу велики, и места там хватит на всех.

Улыбка короля закаменела на мгновение, но скоро вернулась к жизни.

— Земли Улада велики. Места там хватит на всех, — согласно кивнул он, ироничным эхом перевирая слова правительницы сиххё. — Проходите. Новая жизнь ждет вас. Новые свершения — нас. Солнечный день — добрая примета для любых начинаний. Милости прошу… соседи.

С этими словами Мелор сделал знак своему волшебнику, и оба они отошли вбок, открывая дорогу застывшим на грани света и сумрака беженцам.

— Благодарю вас от лица всего моего народа, — со скромным достоинством склонила голову королева, и первая сделала шаг вперед.

Шаг в новый мир.

В новое будущее.

Шаг в прошлое.

За ней в круг яркого света и солнца решительно и отважно ступил Аед. За ним — Хадрон. Следом — Сионаш, Боанн, Корк, Домнал…

Вслед за первыми, самыми смелыми — или самыми нетерпеливыми — к сияющему чуду потянулись, полились, а потом и хлынули сиххё всех возрастов — суровые матроны с натруженными руками, девушки с малышами на руках, бдительные старики с луками вместо посохов, их жены с узлами немудрящего скарба за спинами, дети — мал-мала-меньше… Погромыхивая глухо на камнях, за пешими потянулись возы с добром и ранеными, и — замыкая колонну — мужчины, оставленные товарищами по оружию защищать своих соплеменников.

Задачу свою они выполнили, как могли.

Теперь бояться было нечего.

Теперь они были дома.

Самыми последними шли люди — недавние пленники Сумрачного мира.

Гвентяне важно выступали впереди, скрывая за напыщенностью смутные сомнения и опасения. За ними ровной шеренгой, с Иваном и Серафимой в роли фланговых, шествовала сборная Белого Света по нейтрализации Гаурдака. В самом конце, неуверенно и неохотно, точно всё еще не определившись, выходить им на милость известного полным отсутствием таковой добряка Мелора, или рискнуть и остаться в Сумрачном мире, тащились улады.

Когда последний человек переступил границу между мирами, правители обеих рас по сигналу Финниана встали лицом к лицу, протянули друг к другу руки и осторожно соприкоснулись ранами на предплечьях.

Глаза мага эйтнов и наследницы Айнмера встретились на секунду, словно подтверждая готовность к последнему этапу возвращения, и тут же закрылись.

Заботливо поддерживаемая при этом под локти Кримтаном и Амергином, бледная от напряжения Арнегунд стояла покачиваясь, плотно закрыв глаза и слабо шевеля губами, будто во сне.

Финниан, подобно ее отражению в зеркале, беззвучно бормоча непонятные слова с таким же отрешенным видом замер рядом со своим хозяином, непроизвольно навалившись на его плечо.

Кровь двух монархов смешалась.

Одинокая крупная капля, отделившись от скрещенных рук, с глухим звоном медного шара упала между ними на камни, и в то же мгновенье Врата в покинутый сиххё мир помутнели по краям, очертания их потеряли четкость и начали медленно, почти неуловимо, миллиметр за миллиметром, расплываться, теряясь в дневной голубизне эйтнянского неба.

— Дело сделано, — первым очнулся через две минуты от транса Финниан, мутным взором углядел, кто выступает в роли его подпорки, и моментально отпрыгнул от суверена, как мангуст от кобры.

Мелор удовлетворено хмыкнул и кивнул своим мыслям.

— Дело… с…сделано… — не размыкая век, измученным эхом повторила бледная как полотно Арнегунд, и только остатки упрямства и гордости не позволили ей осесть наземь или обвиснуть безвольной ношей на руках воинов.

— А теперь, друзья мои и недруги, добро пожаловать в Эйтн, — в толпе сбившихся в благоговейно глазеющую по сторонам кучу сиххё король отыскал цепким колючим взглядом пришедших с его новыми союзниками людей.