Фантастика 2005 - Чекмаев Сергей Владимирович Lightday - Страница 147

– Я буду защищать тебя и ребенка.

– Но это будет только один ребенок- кем бы он ни родился, мальчиком или девочкой. Тогда зачем ему вообще рождаться на свет? А если пришлют за нами кого-нибудь с Земли?

– Если пришлют с Земли, то только карательную экспедицию. Ничего, как нибудь…

– Что значит как-нибудь?

– Вы мужчины, всегда такие эгоисты, - возмутилась Кристи. - Тебе, конечно все нипочем, ты бессмертен и самовосстанавливаешься. А мой сын умрет здесь, или дочь, умрет в полном одиночестве. А ты так спокойно об этом говоришь!

– Не в полном одиночестве. Я буду с ним или с ней.

– Сначала умру я, потом умрет мой ребенок, потом… И ты все время будешь смотреть как я старею! Как у меня появятся морщины, а потом… Нет! (Она заплакала в третий раз.) Ты железяка бесчувственная!

– Я не железный - сказал Орвелл, - я наполовину человек. Я биокерамический. И я сделал все, что мог.

– Неужели это действительно ты?

– Что это? - спросил Орвелл и сразу понял, что это было.

За городом, в том месте, где начинались песчаные пляжи, стоял небольшой корабль.

– Это разведчик, - сказал Орвелл. - Это разведчик с Земли. Типа «Отважный». Нужно спрятаться. Хотя он мог нас давно заметить…

Он пригнул ее и Кристи упала.

– Не дави так сильно! Ты, машина.

– Извини.

– Ты тоже извини.

Они подождали. Дверь открылась. Орвелл смотрел с максимальным увеличением.

Из корабля вышла женщина. Женщина держала на руках маленькую девочку. По виду девочке было года три. Совсем маленькая, таких не берут в космос.

– Слушай, а ведь я знаю ее, - сказала Кристи. - Это Елена. Ее нечего бояться.

Кристи встала, постояла (Орвелл отметил про себя как она красива - небольшой ветер со стороны холмов развевал ее волосы), бросилась бежать.

Она побежала навстречу женщине. Вторая женщина тоже пошла, узнав подругу.

Женщины обнялись. Маленькая девочка отошла от них и внимательно смотрела на Орвелла. Он стоял метрах в пятидесяти от двух женщин и не собирался подходить.

– Это твоя мама? - спросил Орвелл.

– Нет, я сама по себе. Она хорошая, но она мне чужая тетька. Ну их, они глупые. Давай лучше с тобой поговоним.

– О чем?

– О жизни, конечно. Знаешь, а я совсем не видела жизни, расскажи.

Кристи обернулась. Ее лицо сияло.

– Я теперь уверена! - крикнула она.

– В чем уверена?

– В том, что у меня будет мальчик!

– Почему?

– Так.

– Я же сказала, что они глупые, - вставила маленькая Кристи, - глупые, но хорошие. Так расскажи мне о жизни.

Орвел начал рассказывать, глядя в сторону холмов. Там медленно, беззвучно и как бы невещественно вспухал грунт. Вот опухоль приняла размеры и форму воздушного шара, вот начали формироваться углы, вот верхушка шара слегка осела и взбеснула первой искрой материальности. Облако приняло знакомые очертания и Орвелл понял, что видит перед собой дом, дом совершенно обыкновенный, с одним этажом и надстройкой, с блестящей крышей со стеклами в окнах, с виноградом по фронтону (виноград был уже в летах - стебли толщиной почти в руку). Вот здесь мы будем жить. Со стороны моря медленно двигались несколько облаков, постоянно меняя очертания - сейчас кошка, сейчас лев, а вот этот похож на надувного крокодила, теперь слоненок, теперь цветок, змея, дракон, кольцо, бесформенный сгусток и снова кошка, обернувшаяся и озабоченная своим хвостом. И голубь, несущий веточку в клюве.

Наталья Егорова. Пушистик

Деликатный сигнал автосекретаря прозвучал, когда Бутов придирчиво рассматривал в зеркале собственное отражение, украшенное последней моделью голографического галстука.

– Частный посетитель. Имя Петр Седых. Причина посещения - пополнение вашего зверинца.

– Он опоздал на 40 минут, - констатировал Бутов, не оборачиваясь.

– Сообщить, что прием отменяется? - с готовностью отозвался автосекретарь.

Карл заколебался. Опоздавший контрабандист, безусловно, заслуживал того, чтоб его прогнали. Однако Бутов оставался хладнокровным дельцом, только если речь не шла о его зверинце. Да и сам зверинец на той неделе, согласно Универсальному Рейтингу частных собраний животных, провалился с четвертого на шестое место по планете. Его обогнал даже Юрген Стив, этот нахальный мальчишка, унаследовавший сеть ресторанов "Ультима". Положение следовало немедленно исправлять.

Магда уже в светящемся, прихотливо меняющем цвет платье расчесывала великолепные каштановые волосы. Карл привычно поцеловал жену в плечо, отметив новый запах духов.

– Я буду готова через десять минут.

На ее шее опять появились предательские морщины. А ведь с последней процедуры омоложения прошло всего полгода.

Быстро глянув на часы - до начала приема оставалось еще 37 минут - Бутов принял решение.

– Если я задержусь, проследи, чтобы все шло, как надо.

Жена кивнула. Она никогда не отличалась особой разговорчивостью, а в последние годы все их общение зачастую ограничивалось десятком слов в день.

Контрабандист выглядел истинным "космотыком": плохо справляющийся с частыми сменами гравитации и климата организм позволил телу обрюзгнуть, а коже приобрести нездоровый сероватый оттенок. Петр Седых был помят, потерт и явно нуждался в средствах. Как, впрочем, и все контрабандисты, с которыми доводилось сталкиваться Бутову. Едва ли не половина животных его зверинца, так же как и в большинстве частных собраний, была куплена незаконным образом, но, поскольку речь обычно шла о людях достаточно влиятельных, Департамент Порядка предпочитал в большинстве случаев закрывать глаза.

Взгляд посетителя отражал всю гамму виноватости и даже заискивания. Тем не менее Карл резко указал ему на опоздание и, лишь выслушав положенный набор извинений и оправданий, позволил себе сменить гнев на милость.

– Итак, что вы можете мне предложить? Насколько я помню, каталог моего зверинца у вас есть?

Контрабандист торопливо закивал, выуживая из кармана потрепанный видеоблокнот.

– У меня есть трансплантаты-охранники для особо беспокойных животных. Ваш зеленый кот с Кохаруса и свинозавры…

– Я не вживляю экспонатам инородные предметы. У меня абсолютно надежная система обеспечения безопасности.

– О… но ваша защита зависит от надежности коммуникаций и информационной поддержки, а трансплантаты…

Бутов прервал его не терпящим возражений тоном:

– Система обеспечения зверинца автономна и самодостаточна. Трансплантаты меня не интересуют. Что-то еще?

– Безусловно. Вашей ге… гангрене…

– Гигране, - поморщился Карл.

– Да, конечно, простите, гигране всего восемь месяцев, однако еще год-другой, и понадобится внепространственная клетка для содержания столь крупного животного. Я мог бы…

– Не понадобится. Если вы внимательно читали каталог, то должны были обратить внимание: моя гиграна - карликовый экземпляр. Размах крыльев во взрослом состоянии четыре метра. Так что я вполне обойдусь обычной клеткой.

– Тогда водяные тараканы для цефаноруса?

– Он содержится на искусственном корме. И неплохо себя при этом чувствует. - Бутов бросил взгляд на часы. - Давайте договоримся: меня интересуют только новые экспонаты. Как и где их содержать, я решу сам.

Контрабандист забегал глазами, суетливо доставая пачку голографий. Передал их клиенту, приблизился едва не вплотную, комментируя из-за плеча качественные, но явно любительские изображения.

– Все животные - с Халцеи и Лигеруса. В вашем зверинце не представлена ни та, ни другая планета. Вот это - насекомоядное растение, именуемое кувшинкой Этуса. На Земле таких всего три - все в Мировом ксенологическом парке. У меня две взрослых особи, но если вас интересует выращивание из семян…

Карл неопределенно качнул головой и перелистнул снимок.

– Болотный буцефал - очень крупное животное, к тому же нуждается в выгуле, однако во внепространственной клетке…