Алмазный венец севера - "Larka" - Страница 49

На морском побережье операция тоже прошла блестяще. Удар из крепости Марыч, поддержанный скрытно высаженным в тыл святой армии десантом и кораблями флота, оказался для светлого воинства роковым. Даже крепость-зеркало, как называли весьма похожее на Марыч укрепление, отстоявшее на пять лиг полуночнее, но развёрнутое наоборот, взяли без особого труда. Тамошняя секунд-майорша предложила дерзкий, безумный план — и он удался.

Ударный штурмовой платунг, лодками и рыбачьими баркасами переправленный ночью на ту сторону, святоши впотьмах приняли за свой, присланный в подкрепление отряд — уж одет-то он был весь в железо. Ну, а что делать банде головорезов, оказавшейся внутри крепости, учить не потребовалось… И спустя всего час окровавленная, но торжествующая Мария фон Браухич подняла над главным бастионом королевский стяг…

— Потери, ваше величество, потери! — тоже присутствовавший в золочёной тронной зале адмирал фон Триер скривился так, словно прожевал целый лимон. — Корабли хрен с ним, отстроим — но экипажи переполовинены, а среди моих офицеров почти треть безвозвратных потерь!

В сухопутной армии дела обстояли столь же неважнецки. Что такое выучить и дать набраться опыта офицеру, платунгу солдат или корабельному экипажу, королевская казна ощущала сполна. Но главное — люди, люди…

— Сейчас все части спешно переоблачаются в железо вместо медных и бронзовых доспехов, оружие тоже переделывают и подгоняют, — словно придавленный горем полковник поведал дальше, что кузнецы и оружейники работают не покладая рук, днём и ночью. Падают от усталости прямо где работали, чтобы забыться коротким тяжёлым сном. Им давали отдохнуть четыре-пять часов, затем кое-как отливали водой — и снова работать.

Стоявший чуть сбоку канцлер в строгом камзоле чёрного с вышивкой бархата поднял голову. И его угрюмый голос резко контрастировал с пышным великолепием королевского дворца.

— Только сейчас обнаружился наш просчёт, ваше величество. Мы можем захватить светлое королевство или по крайней мере нанести ему невосполнимый ущерб — но вот удержать не в состоянии. Тамошнее население и пейзанство, лишённое направляющей поддержки святых братьев, оказалось полностью неуправляемо, бесполезно. А местами даже впало в безумие. Эти люди не могут и не будут работать на королевство.

Дальше он добавил, что в арсеналы и Королевскую Горку уже начало прибывать захваченное железо — причём в таких количествах, что управляющие схватились за голову. Гильдия купцов предложила свои услуги по доставке — и ухитрилась организовать эффективную перевозку слитков на речных баржах. Так что, если что и прибавляло уверенности, то лишь этот факт. Железа скоро будет вдосталь — на годы вперёд…

Как странно оказалось то видеть — сидящий на троне король смеялся. Почти беззвучно хохотал совсем по-мальчишечьи — точно как в тот день когда юным ещё и безответственным принцем устроил шутку графу Сейдел. Его величество от восторга даже смахнул с августейшей щеки слезинку.

— Да, всё как мы и предполагали… оборотная сторона принципа "каждый знает лишь то, что ему необходимо" — король спрятал обратно в рукав кружевной платочек и откинулся на спинку древнего трона.

Некоторое время он с лёгкой улыбкой смотрел на своих полководцев и царедворцев, а потом не выдержал, прыснул опять.

— Надо же — а ведь, волшебница предупреждала… кстати, вот и она сама, — как бы в подтверждение слов монарха, в тишину тронной залы откуда-то снаружи ворвался цокот копыт.

Спутать мелодичный перезвон чародейских подков, сделанных неким чудо-кузнецом и приделанных затем на копыта самого резвого скакуна эльфийской породы, оказывалось решительно невозможно. В самом деле, судя по звуку, стрелой летящий конь осадил лишь у крыльца, где спрыгнувшая из седла магичка звонко и сердито ругнула слишком нерасторопно подскочивших лакеев.

Ещё несколько томительных мгновений, и церемонимейстер у дверей залы встрепенулся. Начал было пышно, с чинным достоинством велеречиво перечислять титулы и прочие достоинства некой леди, однако натолкнулся взглядом на нетерпеливый жест ладони своего сюзерена. По той причине неслышно поперхнулся, скомкал свою речь и тут же закончил:

— Волшебница первого ранга, госпожа Велерина!

Высокие золочёные двери раскрылись со строго предписанной этикетом величавой неспешностью, и меж створок тотчас возникло само розовое очарование в неизменном наряде. Хотя, наверняка, тех платьев имелся полный гардероб, и шил их целый платунг модисток да портних…

Чуть покачивая бёдрами с той соблазнительной небрежностью, с которой красивая и прекрасно отдающая себе в том отчёт женщина продирается сквозь восхищённые и одобряющие взгляды, волшебница со звонким цокотом каблучков гордо прошествовала к подножию трона и уже тут порадовала взоры военных и вельмож — а пуще своего короля — безукоризненным реверансом.

— Рада видеть ваше величество в добром здравии, — она встряхнула сегодня мерцающими белым золотом локонами и улыбнулась.

Ответная и какая-то тёплая улыбка с вершины трона весьма приободрила прибывшую из невесть какого далека волшебницу. Да, ходили слухи — что если бы то оказалось возможным по части постельных утех и продолжения рода, Его Величество немедля посадил бы леди в розовом рядом с собою на малый трон. Пустовавший с тех пор, как прежняя королева умерла после бала… ох уж, это пресловутое если бы…

— Не томите, леди Велерина — какие новости вы принесли нашему величеству?

Голубые глаза невесть куда с той поры исчезнувшей после битвы на перевале волшебницы смеялись.

— Да — и да, — просто и в то же время загадочно разнёс по тронной зале её чарующий голосок.

Напряжённо прислушивавшийся сбоку канцлер с таким облегчением перевёл дух и явно расслабился, что тут уже и гадать не было никакой нужды — известия самые что ни на есть благоприятные. Однако, как ни странно, негромким голосом озвучил их сам король.

— Нам не удалось склонить поддержать нашу доблестную армию ни августейшего монарха закатных эльфов, ни гномий совет старейшин. Однако, завидя наши несомненные успехи, лесные воители согласились взять под присмотр дубравы и сосновые леса на полночь от их владений.

Что это означало, трудно даже переоценить — добрая четверть светлого королевства, доселе исправно снабжавшая его строевым и деловым лесом, нынче отошла к перворождённым. А уж те умели защищать то, что считали своим…

— Мало того, по договорённости с нами сейчас три крепких клана подгорных рудокопов и воителей спешным маршем двигаются в район Рурре — с тем, чтобы основать там новое поселение гномьего народа.

Вот это уже новость оказалась, так новость! Если гномы укрепятся в богатейших железом горах, оттуда их не выковыряют никакие святоши — в прошлом не раз им обломали руки бородатые воины и мастера, с фанатичной жестокостью защищавшие свои пещеры и залы.

И коль скоро соседи получили в свои владения столь лакомые и желанные их сердцам куски — поневоле возникал вопрос, чем же это они так ублажили Его Величество? Но тот хоть и обвёл смеющимся взглядом загудевшее шёпотом сборище сановников и вояк, слишком долго томить их не стал.

— Наш августейший собрат, король эльфов, и большой круг гномьих старейшин решили отныне отказаться от политики изоляционизма в отношении нашего медного королевства. Полная открытость, прозрачность границ, простор для торговли и обмена знаниями. Впрочем, подробности узнаете из нашего указа…

— Значит, союзники, ваше величество? — полковник Блентхейм поднял склонённую в раздумьях голову.

Однако, король покачал головой. В личном послании увенчанный вечнозелёной лиственной короной правитель эльфов особо подчеркнул — не союзники, а друзья. Первые могут продать или предать, когда им будет выгодно, но вот вторые… кстати, гномы тоже предложили послать в и на все условности да восстановить те доверительные отношения, кои были в сейчас уже казавшиеся просто красивой сказкой времена Второго Королевства.

— Присматривались к нам, выходит? — адмирал флота молча прикинул — если так и дальше пойдёт, скоро на материке и воевать-то не с кем будет. Кроме орков…