Саммерленд, или Летомир - Чабон Майкл - Страница 27

— А ты загляни в свою книжицу, — посоветовал Клевер.

Глава восьмая

ТАФФИ

Этан совсем забыл про книжку Душистого Горошка. Теперь, когда они все грелись у огромного великанового костра, стараясь не думать о том, что скоро их могут на нем поджарить, он раскрыл оглавление и стал искать что-нибудь насчет того, как принимать великанские мячи.

Жилище великана напоминало громадное каменное иглу, сложенное из гранитных глыб. Входить в него пришлось прямо мимо кучи костей, на которую все старались смотреть как можно меньше. Извилистый скальный коридор вывел их в центральное помещение. Высота его позволяла Джону стоять прямо, не сгибаясь, а ширина — растянуться на полу во весь свой рост, в меховой шапке и в сапогах. Тесно сбившейся кучке путешественников оно показалось огромным, наполненным тенями, гулким эхом и всевозможными неприятными запахами. Весь пол застилали меховые шкуры — медвежьи, волчьи, лосиные. Некоторые из них, серебристо-черные, показались Этану похожими на гориллий мех. Единственное отверстие в каменной кровле предназначалось для выхода дыма от костра, на котором великан стряпал свои жуткие блюда. Мебели у Джона не водилось. На крюках, на прочных ремнях висели чугунный котел размером с гараж, половник с ванну и ложка с мусорный бачок. В углу стояла железная клетка больше комнаты Этана — пустая, с грудой костей и кучей старых меховых одеял в углу.

— Ну что? — Дженнифер Т. взяла с полу одну из шкур и накинула мягкий, резко пахнущий мех себе на плечи. В каменной хижине, несмотря на огонь, было не слишком тепло. — Есть в твоей книжке что-нибудь про великанов?

— Трудно сказать. — Этан переворачивал страницы мизинцем. — Уж очень шрифт мелкий.

Лупу он, конечно, с собой не взял, а костер давал слишком тусклое освещение. Клевер, хорошо знавший книгу, мог бы указать ему нужные главы — но как только великан загнал их в свое жилище, феришер, обессиленный ранами и усиленной ворожбой, свернулся клубочком на медвежьей шкуре и уснул.

— Давай, «капитан» — великан вот-вот вернется, — сказал Тор. Джон отлучился в свой погреб за репой (или из чего он там собирался приготовить гарнир к своему жаркому).

— Я понял, Дубль-2, — капитанским голосом ответил Этан и взглянул на свои часы, чего не делал с самой Середки. — Эй, — сказал он, — поглядите-ка на это.

Дженнифер Т. с Тором подошли поближе, чтобы исследовать технический шедевр, собранный гением мистера Фельда из обычных дешевых деталей.

На маленьком дисплее произошли перемены. Наверху, где раньше стояло ПН ВТ СР ЧТ ПТ СБ ВС, со стрелочкой против нужного дня недели, теперь значилось СОЛ КОТ ЖАБ МЫШ ПЕС КОЗ и ЛУН (лунник, как узнал после Этан). Этан нажал кнопки FUNCTION и 1, отчего на экране, как правило, появлялась дата. Окошко месяца по-прежнему показывало «4», но год обозначался как «1519 Крот».

— Выходит, теперь у нас год Крота, — сказал Тор.

— Плохо дело. Клевер говорит, что конец света должен случиться как раз в год Крота.

Тор поскреб ногтем правый висок, потряс головой и вздрогнул.

— Подтверждаю.

В правом нижнем углу экрана, где раньше не было ничего, появилась цифра 1, а рядом — треугольная стрелка, указывающая вниз. Этан перебрал все известные ему функции, но каждый раз, когда он возвращался к календарю, цифирка возникала на том же месте. Наверно, прыжок из одного мира в другой как-то сказался на электронике.

— Кончай возиться с часами, Эт, — сказала Дженнифер Т. Этан кивнул и снова занялся книгой.

— Это что? — Дженнифер Т. перехватила его руку, не дав перевернуть страницу. — Как называется эта глава?

— Ну и глаз у тебя. Сейчас… «Гастрольные игры… на Дальних… Землях». — Этан придвинул книжку к самому огню. — Нет, не могу разобрать.

— Может, это пригодится, капитан. — Тор снял очки и подал Этану. — Мои фотооптические датчики, как тебе известно, оснащены линзами-адаптерами.

Очки Тора, в отличие от очков Мягколапа, никакой волшебной силой, конечно, не обладали. Глядя в них на бледное серьезное лицо Тора, Этан отметил, что на очки мистера Фельда они тоже не похожи. Отец близорук, и в его линзах мир уменьшается, превращаясь в миниатюрную копию себя самого, а Тор страдает дальнозоркостью, и в его стеклах все кажется вдвое больше, чем на самом деле.

Этан поднес очки к найденной Дженнифер Т. странице. Шрифт сделался вполне разборчивым, и он стал читать вслух. Из текста следовало, что в 1319 году (Жабы, Ужа и Выдры) команда «Странствующие феришеры» совершила, по словам автора, «звездный тур по Дальним Землям, проводя матчи с великанами, кобольдами, троллями и прочими разнообразными мифическими фигурами, знающими и почитающими великую, восхитительную Игру».

— Что такое «мифический»? — спросила Дженнифер Т.

— Волшебный, наверно.

— Словом «мифический» иногда обозначается Мир, — произнес вблизи чей-то несчастный голос, — где Правило Заколдованных действует до сих пор.

Ребята переглянулись — никто из них этих слов не говорил. Этан вцепился в руку Дженнифер Т., и они оба уставились на Тора, который без очков выглядел испуганно и совсем по-детски.

— Когда-то и ваш мир числился среди мифических, — продолжал мрачный голос, — но это время давно прошло.

— Привидение, — шепнула Дженнифер Т., уцепившись, в свою очередь, за Этана.

— Это из клетки говорят! — Вытянутый палец Тора дрожал совсем не как у андроида.

Этан спрятал книжку обратно в нагрудный карман свитера, и они с Дженнифер Т., все так же крепко держась за руки, двинулись через берлогу великана к железной клетке. То, что Этан раньше принимал за груду старых шкур, теперь смотрело на него желтыми глазами — большими, умными и печальными. Глаза сидели под тяжелыми надбровьями, и над ними угадывалась шапка густых черных волос.

— В великанских подачах ничего особенного нет, — сказало неизвестное существо. Его голос, хотя и мрачный, звучал рассудительно и не внушал никакого страха. Оно медленно поднялось во весь рост. Его густой мех отливал серебром, как те шкуры на полу, которые Этан принял за горилльи. Но существо, сидящее в клетке, не было гориллой. Держалось оно совершенно прямо, как человек, хотя его длинные руки свисали ниже колен. Груди у него были женские, тяжелые и черные, как уголь, только наполовину прикрытые мехом, а рост насчитывал не меньше девяти футов. — Люди и эльфы подают точно так же — и белые тролли-кровопийцы, полагаю, тоже, хотя против команд с Крайнего Севера мне играть не доводилось. Ты просто делаешь знак и заказываешь подачу.

За спиной у Этана раздался странный сдавленный звук. Тор Уигнатт смотрел на мохнатое существо с чем-то средним между ужасом и восторгом.

— Снежный человек[12], — сказал Тор.

— Да. Вернее, снежная женщина, — подтвердило существо. — И поверьте мне: это тяжкая участь.

— Они и снежных людей едят? — спросила Дженнифер Т. — Великаны?

Слабая улыбка осветила на миг измученное лицо снежной женщины.

— Нет. Хотя я только порадовалась бы, если б этот вонючий громила сожрал меня и положил конец моему жалкому существованию. Великаны, как и вы, рувины, едят все что угодно: китовый жир и вареные копыта, но у них с вами есть еще одна общая черта: они никогда не едят своих любимцев.

— Так ты у него… вроде собаки? — сказал Этан.

Снежная женщина кивнула, и глаза ее наполнились слезами.

— Среди великанов модно держать кого-нибудь из наших у себя дома и кормить своими кошмарными обедами. Раньше они просто охотились на нас ради нашего меха. У тебя на плечах, девочка, шкура моего близкого родственника.

— А что ты делаешь у него? — Дженнифер Т. скинула шкуру снежного человека на пол.

— Он что, гулять с тобой ходит? — подхватил Тор.

Снежная женщина обиженно потрясла головой и сказала что-то — совсем тихо.

— Что? — не расслышал Этан.

— Я пою, — повторила она. — У меня приятное контральто.