Пари с дьяволом - Лафой Лесли - Страница 76

– Тебе не о чем беспокоиться, – произнесла она, сжимая кулаки. – Я ничего от тебя не потребую и не посягну на твой банковский счет. И не воспользуюсь незаконнорожденным ребенком для того, чтобы испортить твою драгоценную репутацию, о которой ты мне все уши прожужжал. Ты можешь уходить не оборачиваясь. Я не побегу за тобой и не стану молить тебя признать ребенка. Ты мне не нужен, я сама в состоянии позаботиться о нас обоих.

Террел лишь недоуменно моргал, слушая ее гневную речь. А потом, приподняв брови, осторожно спросил:

– Ты вообще так относишься к материнству? Опасаясь, что, не сдержавшись, вцепится ему в физиономию, Дарси сунула руки под колени.

– Я вообще еще об этом не думала, – процедила она сквозь зубы, – потому что мне это было не нужно до того, как ты вошел в мою жизнь. Я говорю только обо мне, тебе и нашем ребенке. О том, что я рискую забеременеть, ложась с тобой в постель. Да, я просила тебя защитить меня, но я трезво смотрю на вещи, и мне известно, что иногда даже самые тщательные меры предосторожности не помогают. Если я все же забеременею, Эйден, то сохраню этого ребенка и буду любить его, считая его самым дорогим подарком от тебя – куда более дорогим, чем все платья и драгоценности, вместе взятые.

Теперь Террел выглядел удивленным, а потом на его лице появилось недоверчивое выражение.

– Ты могла бы сказать то же самое иными словами, Дарси, – тихо промолвил он. – Можно подумать, будто ты хочешь иметь от меня ребенка.

Дарси оторопела, ее сердце защемило, когда она поняла, что он имеет в виду, и в ней не осталось места для гнева.

– Так вот что сделала Вильгельмина, – прошептала она, не сомневаясь в правоте своих слов. – Она избавилась от твоего ребенка, не так ли?

Эйден с деланно равнодушным видом пожал плечами:

– Это было давно.

.Зато рана была настолько глубока, что так и не зажила с тех пор. Мало того, что отец всю жизнь отвергал Эйдена, так ему еще повстречалась бессердечная, невежественная эгоистка.

– Эйден, – промолвила Дарси, – Вильгельмина – самая большая идиотка на всем белом свете.

– На самом деле она поступила правильно, – сказал Террел, все еще притворяясь равнодушным. – Сначала я хотел проявить благородство, но Вильгельмина понимала, что мы с ней не созданы для брака, а потому она спасла нас обоих от настоящей катастрофы.

Дарси едва не заплакала, видя, с каким усердием он старается показать ей, что вся эта история его никак не волнует.

Судорожно вздохнув, девушка чуть изменила направление разговора:

– А если бы я носила твоего ребенка, ты решился бы сделать мне предложение?

Он медленно кивнул:

– Я явно не учусь на своих ошибках.

Дарси не обратила внимания на двусмысленность этой фразы.

– И если бы я приняла его? Фыркнув, Террел бросил:

– Я бы подождал, пока ты придешь в чувство!

– А если бы этого не случилось? – настаивала она.

На короткое мгновение его лицо осветилось лучом надежды, который тут же погас, уступив место печальной решимости.

– Твоя жизнь превратилась бы в сущий ад, – вымолвил он. – Тебе пришлось бы жить с человеком, который не знает любви, но вынуждает постоянно носить его детей. Ты этого хочешь?

– Я хочу, чтобы ты больше доверял себе, Эйден.

– Я реалист, дорогая, – заявил он, выбираясь из постели. – И не могу обещать тебе то, чего дать не могу. Тебе следует вспомнить о своей практичности и принять мои слова на веру.

– Ты уходишь? – спросила Дарси.

– Не совсем, – ответил он, выходя из спальни. – Но все эти разговоры о детях и свадьбах навеяли на меня желание выпить. Возьму бутылку, а потом пороюсь в твоих сундуках, чтобы найти губки.

Дарси молча смотрела ему вслед, от всего сердца желая, чтобы он увидел самого себя с другой стороны – той, которая уже открылась ей. Он был хорошим и честным. Сильным, добрым, нежным и решительным. Но что самое главное, он знал, как надо любить ее. Наверняка можно как-то заставить его забыть о призраках и неудачах прошлого, дать ему понять, что его сердце и душа не только стоят любви, но могут и сами дать ее.

Хриплый вскрик из гостиной и звон стекла оторвали Дарси от ее размышлений. Через мгновение раздался такой тяжелый удар, что в окнах задрожали стекла. Дарси бросилась к двери.

– Эйден! – закричала она. – Эйден, с тобой все в порядке?

Вбежав в гостиную, Дарси остановилась, ища Террела глазами. И тут она его увидела: Эйден лежал на полу возле кухонного стола, а вокруг него в лунном свете блестели сотни осколков. В воздухе стоял тяжелый запах виски.

– Эйден! – закричала она, бросаясь к нему.

Внезапно ее голова дернулась от резкой боли, ноги неожиданно потеряли опору. Сзади к ней прижималось что-то горячее, а безумная боль распространилась от корней волос к животу. Дарси попыталась вырваться, но тут ее горла коснулось холодное острие ножа. От страха сердце готово было выскочить у нее из груди. Она почувствовала на щеке теплое дыхание. '

– Наконец-то мы встретились, Дарси О'Киф, – раздался у нее за спиной голос. – Позвольте мне против правил самому представиться вам. Я – Джулс Террел.

Глава 26

– Что вы сделали с Эйденом? – хриплым голосом спросила Дарси.

Он чуть отодвинулся от нее, и его дыхание перестало щекотать ее кожу.

– Лишил его сознания и связал ему руки за спиной. Виски лучше было использовать для моей пользы, чем для его желудка, а то он и так в последнее время слишком много пил. Я уже устал ждать, пока он протрезвеет и придет к тебе. Дарси посмотрела на Эйдена, неподвижно лежавшего на полу, и разрыдалась.

– Ох, не беспокойтесь за его голову, мадам, – промолвил Джулс. – Его череп толще коры тикового дерева. Скоро он придет в себя, и тогда мы сыграем в одну игру. Ничто другое меня не устраивает.

Дарси закрыла глаза и попыталась собраться с разбегающимися мыслями. Ей надо было подумать. Надо было придумать, как вырваться от Джулса. Нож сильнее прижался к ее шее, Дарси стало труднее дышать. Она инстинктивно выгнулась, чтобы не касаться его спиной, и вцепилась обеими руками в его сильную руку, державшую ее поперек талии, стараясь при этом хоть немного отодвинуться от острого ножа.

– Будь внимательна и делай то, что должна делать, – проворчал Джулс. – Ты должна спросить меня, в какую это игру мы будем играть.

– Так в... в какую же игру мы будем играть? – запинаясь, послушно спросила она.

Эйден застонал и перекатился с бока на спину, правда, связанные сзади руки мешали ему. Его ноги дернулись, а потом он замер.

Джулс усмехнулся:

– Я собираюсь убить тебя, детка. Разумеется. Только на этот раз Эйден будет наблюдать за тем, как я делаю это. В этот раз он узнает и вынужден будет признать. Я заставлю его признать.

Дарси затошнило, липкий страх охватил все ее существо. Джулс крепче сжал ее живот.

– Будь внимательна! – заорал он.

– Что должен признать Эйден? – торопливо спросила она. «Господи, Эйден, очнись!»

– То, что я умнее его.

Дарси вздрогнула: выяснилось, что она была права в своих догадках насчет Джулса.

– Если дело только в этом, – дрожащим голосом заговорила она, – то я уверена, что Эйден и сам признает это. Вам ни к чему совершать убийство.

– Не-ет, – прошептал он, водя острием ножа по ее шее, – это дело мы должны обмыть кровью. Я не хочу просто услышать это от Эйдена. Я хочу увидеть доказательство моей правоты в его глазах.

Никогда Джулсу не увидеть такого в глазах Эйдена, в этом Дарси была уверена. Эйден будет смотреть на него полным холодного гнева взором.

– Эйден убьет тебя, – бесстрашно произнесла она. – Тебе ведь это известно, не так ли?

– Это я убью его до того, как он сможет приблизиться ко мне. – Джулс усмехнулся и почесал острием ножа у нее за ухом. – После того как я покончу с тобой, и он будет собирать собственные кишки.

– Но если ты убьешь Эйдена, – проговорила девушка, поднимаясь на цыпочки и еще больше выгибая шею, – тебе придется выйти из игры. Тебя никто не будет преследовать. Никто не сможет убедить тебя в твоих блестящих способностях.