На повестке дня — Икар - Ладлэм Роберт - Страница 131

Калейла вышла, сделала несколько шагов по коридору, затем тихо вернулась к закрытой двери апартаментов Ванвландерен. Изнутри донесся сдавленный крик отчаяния, смешанный с грязными ругательствами. Сценарий сработал. Эм-Джей был прав! Настоящая причина смерти Эндрю Ванвландерена к инфаркту не имела никакого отношения. Вдова спонсора вице-президента обанкротилась.

Милош Варак стоял перед темной витриной магазина метрах в тридцати слева от парадного подъезда отеля «Уэстлейк». Он загодя позаботился об электронной начинке .в апартаментах Ардис Ванвландерен. И теперь ждал, когда к ней пожалуют самые близкие друзья, улетающие на Рождество в свои владения, где так удобно отдыхать во время рождественских каникул.

Было семь тридцать пять вечера.

Такси подъезжали к отелю в среднем каждые три минуты, и Милош внимательно изучал пассажиров. Он уже сбился со счета, но не потерял бдительности. И вдруг ему показалось нечто необычное: слева метрах в тридцати от него остановилось очередное такси, из которого вышли двое и направились к входу в отель.

Отступив в тень, Варак уловил несколько фраз из их разговора.

— Я слышал это по радио.

— Я тоже.

— А она все-таки дрянь порядочная!

— Если они остались живы, им надо немедленно убираться из страны. Они смогут выехать?..

— А что вы об этом думаете?

— Это не самое основное событие дня.

— А Боллингер?

Мужчина в пальто с поднятым воротником, закрывающим ему лицо, прошел метрах в трех от Милоша Варака. Эрик Сандстрем был в панике, поэтому не обратил на координатора группы «Инвер Брасс» никакого внимания.

Глава 34

Ардис Ванвландерен задержала дыхание.

— Эрик, ты? — Она схватила Сандстрема за руку и буквально втащила в фойе. — Ты что, вообще ума лишился? — сказала она громким шепотом, закрывая дверь.

— У меня с умом, как тебе известно, все в полном порядке, а вот ты со своим покойным муженьком наворотила черт знает что! Это же надо оказаться такими идиотами...

— Ты имеешь в виду арабских экстремистов?

— Именно!

— Но, Эрик, произошло ужасное недоразумение. Зачем нам, то есть я хочу сказать, для чего нужно было Энди организовывать покушение на Боллингера?

— О Господи! Глупая ты овца... При чем тут Боллингер? Все дело в этом Кендрике, понимаешь? Это к нему наведывались палестинские террористы! В Вирджинии и Колорадо с десяток трупов, правда, наш вундеркинд уцелел.

— Кендрик жив? — прошептала Ардис, и ее огромные зеленые глаза наполнились слезами. Однако она быстро справилась с эмоциями и добавила: — А считают, будто террористы пожаловали в Штаты, чтобы расквитаться за что-то там с Боллингером...

— Считают... — усмехнулся Сандстрем. — Никто ничего не считает, потому что на публикации о терактах в прессе наложен запрет. Интересно, между прочим, кто это считает?

— Слушай, давай сядем и поговорим! — Миссис Ванвландерен пересекла просторное фойе и по мраморным ступенькам спустилась на второй уровень апартаментов — в гостиную.

Сандстрем последовал за ней.

— Уже будет часа полтора, как она ушла, — сказала Ардис, опускаясь на диван и закуривая. Сандстрем побледнел.

— Она? Кто она такая? — бросил он, направляясь к бару, где стояли бутылки, графины, стаканы, бокалы и ведерко со льдом. — Кто она, я спрашиваю? — Обернувшись, он в упор посмотрел на свою бывшую любовницу.

Вытащив наугад бутылку, он налил полный стакан.

— Женщина, разумеется, — ответила Ардис, пуская кольца дыма.

— Ты вот что, дорогая, учти, мне не до шуток...

— Ее фамилия Рашад, она специалист по терроризму. Представляешь, ее задействовала специально созданная комиссия при конгрессе, хотя она из ЦРУ, как мне кажется. Я всегда говорила и говорю, что разведка не разлей вода с гражданскими службами... Ну так вот, эта самая Рашад даже не упомянула про Кендрика!

— С ума сойти! Я так и знал... цэрэушники сложили два и два и все поняли. И ведь главное, Варак предупреждал, что этот вариант возможен, что его нельзя исключить, и вот вам, пожалуйста!

— Эрик, кто такой Варак?

— Мы называем его координатором, то есть, по сути, он является нашим разработчиком программы действий. Он говорит, что там, — Сандстрем закатил глаза, — в хитромудрых инстанциях, известно о твоей деятельности на Ближнем и Среднем Востоке.

— О чем это ты? — Ардис прищурилась.

— О чем? А твоя оффшорная компания? Забыла?

— Но это же несерьезно! Мизерное вложение капитала, если учесть льготы, предоставленные иностранцам при проведении финансово-кредитных операций... И вообще это было восемь лет назад! Вернее, я там уже десять лет не была.

— Но какие-то связи, контакты у тебя остались?

— Откуда? Если, конечно, не считать пары богатых арабов, с которыми я вращалась в Лондоне.

— Вращалась в постели или на приемах?

— Я, как тебе известно, везде успеваю, мой ненаглядный. Скажи, почему ты спросил про контакты? Кого-то это интересует?

— Не исключено...

— Разве я дала повод?

— А-то нет?! Муженек не успел Богу душу отдать, а ты его сразу в печь...

— В какую печь?

— В крематории!

— Ну и что?

— Ничего. Твой Энди у тебя какой муж по счету? Четвертый, пятый? Говорят, всякий раз ты звонишь в морг и велишь немедленно, без всякого вскрытия, предать труп кремации, а пепел развеять над Тихим океаном.

— Ну что ты несешь? Такого никогда не было! — Ардис вскочила.

— Да мне-то что! Просто люди удивляются, чьи услуги ты столь щедро оплачиваешь...

— Перестань! Не было этого!

— Может, скажешь, между тобой и Эндрю не существовало договора?

— Скажу, что не существовало...

— Ну, знаешь ли?! Я все-таки склонен верить Вараку, поскольку он никогда не дает непроверенную информацию, — сказал Сандстрем с расстановкой.

— Значит, ему кто-то солгал, — Ардис понизила голос, — а может, и сам приврал.

— Исключено! Он человек честный.

— Тогда не знаю. — Ардис опустилась на диван и потушила в пепельнице сигарету. — Эрик, почему ты явился без звонка? Разве нельзя было позвонить?

— Нельзя. Думаю, Варак распорядился прослушивать все телефонные разговоры. Например, он сейчас в Чикаго, но я убежден, что все звонки к Боллингеру и его ближайшему окружению записываются на пленку. Так что лучше воздерживаться от телефонных разговоров.

— Непонятно... В таком случае, как ты все это объясняешь сообществу дряхлых безумцев, к которому ты принадлежишь? Между прочим, мне звонили со службы, звонили близкие друзья — все выражали соболезнование. И эта Рашад... Думаю, что для Варака и твоих благотворителей-неудачников эти звонки не представляют интереса.

— Эта Рашад, она что же, даже не упомянула о нападении террористов на владения Кендрика?

— Ни словом не обмолвилась...

— Но если она специалист по предотвращению терроризма, или как там ее служба называется, она не может не знать о происшедших терактах.

Ардис Ванвландерен потянулась за сигаретой. Кинув на Сандстрема взгляд, в котором читалась озабоченность, она сказала:

— Тому может быть несколько причин. — Она пару раз щелкнула зажигалкой, прикуривая. — Начнем с того, что порой даже вице-президент лишается допуска к секретным материалам, поскольку не исключается, что и за ним установлена слежка. Например, Трумэну ничего не было известно о Манхэттенском проекте.[49] Потом, посуди сам, если теракты имели место быть, как говорится, то, естественно, лучше скрыть этот факт от общественности, чтобы не нагнетать панические страсти. Думаю, никаких терактов вообще не было, и в этом случае ваш Варак слегка не прав.

Сандстрем стоял, смотрел на свою бывшую любовницу и не двигался.

— Брось, Ардис! — сказал он чуть слышно. — Твой покойный муж — денежный мешок, страдавший манией финансового величия, не мог допустить, чтобы группа, как ты выразилась, «благотворителей-неудачников» сменила одного политического деятеля на другого, способного существенно урезать его источник доходов, а то и вовсе перекрыть денежный «кислород».