Мозаика Парсифаля - Ладлэм Роберт - Страница 183

– Этого не произойдет, и ты сам прекрасно знаешь об этом, «путешественник».

Пирс изучающе посмотрел на Хейвелока.

– Да, я – «путешественник». Откуда вам это известно? Как вы об этом догадались?

– Тебе никогда не узнать этого. Так же как тебе не узнать, насколько глубоко мы внедрились в операцию «Памятливые путешественники». Именно так. Внедрились.

Пирс продолжал внимательно разглядывать Хейвелока.

– Я вам не верю, – бросил он.

– Это не имеет значения.

– Это не будет иметь никакого значения. Мы получим документы. И все будет в наших руках. А вы не получите ничего. Ни-че-го! Кроме пылающих городов, если вы позволите себе один неверный шаг или неосторожное высказывание. Человечество не может больше мириться с вашим существованием. – Пирс помахал пистолетом. – А теперь пошли. Все вместе. Вы, Хейвелок, как раз собирались их выкапывать. Меня это устраивает. Семьдесят три шага от кизилового дерева.

– В ущелье ведет дюжина тропинок, – торопливо произнес Майкл. – Вам неизвестно, какая из них та самая.

– Алексей мне покажет. В таких серьезных делах он – с нами, а не с вами. И никогда с вами не был. Он не позволит, чтобы продолжалось ваше привычное вранье. Он скажет мне.

– Не делайте этого, Калязин.

– Ты солгал мне, Михаил. И если существует абсолютное оружие – хотя бы и на бумаге, – оно не может принадлежать тебе.

– Я уже объяснил, почему мне пришлось лгать. Но если хотите, то вот вам еще одна – самая веская причина. Эта причина – он. Вы пришли к нам не потому, что поверили нам, а потому, что не верили им. Они вернулись. Перед вами человек с Коста-Брава. Это он убивал на Коста-Брава.

– Я воплотил в реальность лишь то, что вы хотели сымитировать. У вас хватает пороху только на имитации. Там требовалась правда, а не подделка.

– В этом не было никакой нужды, – возразил Калязин. – Там, где перед вами открывается возможность выбора, вы избираете убийство. Вы убили человека, который организовал операцию – операцию, в ходе которой никто не должен был умереть.

– Я провел операцию точно так, как провели бы ее вы, но только более изящно и с большей выдумкой. Причина смерти Маккензи выглядела абсолютно убедительно и правдоподобно. Это было необходимо. Ведь он был единственным человеком, который мог проследить всю цепь событий. Кроме того, он набирал и знал исполнителей.

– Тоже убиты! – воскликнул Майкл.

– Необходимость.

– А Брэдфорд? Тоже необходимость?

– Естественно. Ведь он сумел меня вычислить.

– Теперь вы видите закономерность, Калязин?! – заорал Хейвелок, не сводя глаз с Пирса. – Убивать, убивать, убивать… Алексей, вы помните Ростова?

– Да, помню.

– Мы были с ним противниками. Но он был достойным человеком. Его они тоже убили. Всего несколько часов назад. Они возвращаются и уже маршируют.

– Кто они? – с тревогой переспросил русский, словно пытаясь что-то вспомнить.

– Военная контрразведка. Маньяки из ВКР.

– Не маньяки, – негромко и уверенно возразил Пирс. – Это преданные делу люди, хорошо понимающие глубинные причины вашей ненависти и вашей лживости. Это люди, которые не поступятся принципами Советского Союза, не станут спокойно наблюдать, как ваша отвратительная ложь расползается по земному шару, как вы науськиваете на нас весь мир… Пришло наше время, Алексей. Вы должны быть с нами.

Калязин, часто моргая слезящимися глазами, повернулся к Артуру Пирсу. Очень медленно он покачал головой и прошептал:

– Нет… я никогда не вернусь к вам.

– Что?

– Вы не имеете права говорить от имени России, – произнес старик. Голос его внезапно окреп. Казалось, что он заполнил комнату. – Вы слишком легко убиваете… вы убили самых дорогих для меня людей. Вы произнесли веские слова, в них есть доля истины… но в ваших делах… В ваших делах нет правды! Вы – хищники! – Внезапно Калязин рванулся к Пирсу, навалился на него своим тщедушным телом и ссохшимися старческими руками схватил пистолет за ствол. – Беги, Михаил! Беги!

Раздался глухой звук выстрела. Пуля попала старику в живот. Но он все еще цеплялся за «памятливого».

– Беги!.. – Предсмертный хрип прозвучал как последний приказ Парсифаля.

Хейвелок прыгнул в сторону и толкнул Дженну в открытую дверь кухни. Мелькнула мысль броситься на Пирса, но мгновенная оценка ситуации заставила его отказаться от этого решения. Умирающий Калязин все еще висел на «путешественнике», но тот уже почти освободил руку с пистолетом. Через мгновение будет поздно.

Майкл влетел в кухню, захлопнув дверь за собой, и едва не сбил с ног Дженну. В каждой руке она держала по кухонному ножу. Майкл схватил тот, что покороче, и они выскочили из дома.

– В лес! – крикнул Майкл. – Калязин его задержит! Быстрее! Ты – направо, я – налево! – Уже мчась со всех ног по мокрой скользкой траве, он добавил: – Встречаемся там через пару сотен ярдов!

– Где тропа?

– Не знаю!

– Он станет ее искать!

– Да!

Пять выстрелов прогремели один за другим. Но стреляли не из одного, а из двух пистолетов.

Хейвелок и Дженна разделились. Майкл зигзагами бросился налево к темнеющему ряду деревьев. На бегу он еще успел оглянуться. Трое. Пирс отдавал распоряжения вслед двум другим, с фонарями и пистолетами в руках, которые только что миновали размокшую дорогу у дома и тоже разделились, начиная преследование.

Майкл добежал до зарослей высокой травы на опушке и нырнул в спасительную темноту леса. Он сбросил пиджак и, юркнув в густой сырой подлесок, пополз направо к краю зарослей, стараясь держать пятна фонарей в поле зрения. Слякоть под ногами и мокрая густая листва мгновенно пропитали влагой одежду. Границу высокой травы он выбрал своей линией фронта. Шум дождя заглушал звуки его передвижения. Преследователь подойдет быстро, но потом вынужден будет притормозить – из-за высоких зарослей и чувства самосохранения.

Источник света приближался. Майкл затаился у крайних к поляне кустов. Как он и ожидал, преследователь замедлил шаги и начал шарить фонарем по сторонам. Потом он двинулся дальше. Луч фонаря метался из стороны в сторону, когда он раздвигал рукой густые заросли.

Пора! Майкл выкатился на траву и вскочил на ноги. Чужая спина оказалась прямо перед ним. Он прыгнул, крепко сжимая в руке нож. В тот момент, когда клинок вонзился в спину убийцы, левой рукой Майкл зажал ему рот. Оба плюхнулись в грязь. Майкл яростно работал ножом, пока не почувствовал, что все кончено. Он вырвал из мертвой руки пистолет и повернул к себе голову трупа. Это был не Артур Пирс. Майкл дотянулся до фонаря, выключил его и на всякий случай сунул за пояс.

Дженна бежала по узкой тропинке мимо темной стены кустов и деревьев. Может, это и есть та самая тропа – «семьдесят три шага от кизилового дерева»? Если так – это направление становится зоной ее ответственности. Здесь никто не должен пройти. Для этого есть один-единственный способ. Крайне неприятный и просто страшный.

Конечно, ей приходилось так поступать и раньше, но каждый раз она была в ужасе от предстоящего и испытывала отвращение по завершении дела. Впрочем, времени на раздумья и переживания нет. Дженна оглянулась. Луч фонаря, двигаясь по широкой дуге, смещался в сторону тропы! Она вскрикнула коротко, но достаточно громко для того, чтобы быть услышанной. Луч света замер на пару секунд, немного пометался из стороны в сторону и стал приближаться, дергаясь в такт шагам. Человек бежал по тропе.

Дженна спряталась под густым, раскидистым кустом у края дорожки, крепко держа нож длинным лезвием вверх. Прыгающий луч фонаря был все ближе. Ноги преследователя тяжело чавкали по грязи, слышалось громкое дыхание. Преследователь бесстрашно мчался на крик безоружной женщины.

Десять футов, пять… пора!

Дженна, сосредоточив все внимание на темной фигуре позади прыгающего источника яркого света, резко выпрямилась и выбросила вперед руку с ножом. Контакт был тошнотворным. Человек по инерции со всего маху буквально напоролся на нож. Из-под длинного лезвия ударила струя крови.