Сердце тигра - Прохоров Александр Дмитриевич - Страница 194

Лоредан, Нарбо и Фабий выбрались из бассейна и что есть духу, помчались прочь. Вокруг продолжался полнейший хаос. Паника усиливалась с каждой минутой, чему в немалой степени способствовал, устроенный Лореданом пожар. Клетушка с дровами уже была охвачена ревущим пламенем, огонь перекинулся на соседнее помещение и грозил в скором времени охватить весь корабль.

Но ни пожар, ни то, что судно, получив две пробоины неминуемо пойдёт ко дну, не могли остановить людей, ввязавшихся в драку. Лоредану пришлось перескочить через двух человек, вцепившихся друг в друга и с рычанием катавшихся по палубе. Оба они были «греками». А чуть в стороне двое «бессмертных» и один гоплит избивали ещё одного «бессмертного» и пытались отнять у него золотую вазу.

Лоредан, хотел, было проскочить снова через галерею, но заметил в противоположном её конце не меньше дюжины стражников. Пришлось пробежать под аркой, после чего троица оказалась на террасе, где находились обеденные ложа и столы для гостей Мессалы. Сверху, с шумом поласкался на ветру пробитый в нескольких местах тент. Видимо, постарались стрелки из палибол и гастрафетов.

На встречу беглецам выскочило двое рабов. Один был виночерпий, другой разносчик блюд. Возможно, они и не собирались нападать на компанию Лоредана, но Нарбо не стал выяснять их намерения. Оба были схвачены за глотки и отброшены могучим негром в стороны. Один из них врезался в пальму, так что с той посыпались листья.

На террасе, перед входом в большую носовую пристройку, металось много разного народу, прибежавшего сюда со всего корабля. Беспорядок, который здесь царил, невозможно было бы описать никакими словами. Среди столов, кресел и лож мятежники дрались, кто друг с другом, кто со слугами, кто со стражниками, истошно визжали женщины. Гладиаторы, прямо на бегу хватали со столов куски арбузов и дынь и жрали их вместе с корками. Одной молодой арфистке наступили на подол длинной накидки. Одежда с треском порвалась, и девушка с душераздирающими воплями побежала дальше, совершенно голая.

Какой-то глотатель огня выпустил в Нарбо струю пламени. Тот успел отпрянуть, но всё же огонь опалил негру волосы и брови. Оскорблённый Нарбо, схватил со стола большую чашу с водой для омовения рук и в отместку выплеснул её содержимое в лицо фокусника. Тот упал, громко кашляя и отплевываясь, при этом изо рта его повалил густой удушливый дым.

Несколько толстых богачей ругаясь и толкая всех подряд, пробивались через толпу к боковым спускам-лестницам, где у нижних ступеней их ждали спасательные лодки. А в это время из центральной двери пристройки выскочил префект в окружении ликторов. Один из них попытался ударить Нарбо топором, но поскользнулся в луже вина и грохнулся на палубу, увлекая за собой префекта. Оба, покатились в сторону открытого люка, чему в немалой степени способствовало пролитое вино, масло и жир, стекающий с туш жареных гусей. Туши эти, как и куски другой еды, валялись тут повсюду и многие падали, поскальзываясь и спотыкаясь о них.

Луций Юнцин провалился в люк головой вперёд и вслед за ним туда влетел уронивший его ликтор. Рядом, два других ликтора избивали фасциями одного из налётчиков — «греческого» пращника. Несчастный, где-то потерявший и свою пращу и нож, пытался закрыться руками и визжал при каждом ударе. Чем этот «грек» не угодил ликторам, было непонятно. Откуда-то появился Марций Мессала в изодранной в клочья тоге. Наклонившись над дырой, в которой только что исчез один из самых его почётных гостей, он в отчаянии завопил:

- Господин префект, это недоразумение! Я все исправлю!

Между тем, двойной таран, наконец, дал о себе знать. Снизу послышался нарастающий грохот воды, которая неудержимым потоком начала врываться через пробоины и заполнять нижние палубы. До этого момента, морякам, видимо удавалось удерживать воду, они наверняка чем-то закрыли пробоины и с помощью ручных насосов откачивали первоначально попавшую в трюм воду. Но их заплатки, где-то дали слабину или же, пробоины увеличились в размере. Так или иначе, но огромный корабль был обречён и его гибель, было лишь вопросом времени.

«Гнев Посейдона» постепенно начал крениться на левый борт. Вместе с собой, он неминуемо должен был утащить другие корабли, но пока, они держали его, как поплавки.

Отбиваясь, то от стражников, то от ликторов, которые с упоением лупили всех подряд, Лоредан и его люди упорно пробивались к носу судна. По дороге к ним присоединился Килос с несколькими своими приятелями. В этой неразберихе Лоредан давно потерял киликийца из виду и уже не надеялся увидеть его. В одной руке пират сжимал здоровенный тесак, в другой пращу, которую использовал, смотря по ситуации, то, как удавку, то, как хлыст. Его люди, тоже были вооружены, чем попало: ножами, обломками копий, какими-то досками, поленьями. Некоторые тащили, захваченные на столах серебряные кубки, другие жратву. Один здоровенный детина со всклоченной бородой, вообще прихватил целого гуся на блюде. Крупная птица была нафарширована рыбьей печенью и заячьими почками, голова была приподнята, а шея красиво выгнута и держалась в вертикальном положении благодаря пропущенной внутри медной проволоке.

- Славная потасовка! — заорал Килос и громко расхохотался. — Давно я так не веселился! Эх, ещё бы пару девиц прихватить!

- Самим бы убраться! — откликнулся Лоредан. — Какие ещё девицы?

Вот, наконец, и узкая лесенка, ведущая на правый акропостель. Едва Лоредан вскарабкался вверх, как в бронзовую статую тритона, украшающую верхушку акропостеля со звоном ударила стрела, выпущенная из палибола. Это стражники, всё ещё сидящие на кормовых башнях, вновь начали стрелять. Пускать стрелы в сторону палубы, где было много людей и в особенности их товарищей, они не решались, но мятежников, перелезающих, тут или там через борта, пытались подстрелить.

- Быстрее! — заорал Лоредан. — Шевелитесь!

Вторая стрела с пугающим свистом пролетела мимо, но скоро стражники приноровятся и тогда, обстрел станет прицельным. Вот, наконец, и верхушка акропостеля — маленькая беседка с колоннами, статуя тритона в рост человека с отметиной от стрелы на боку. А внизу его корабль. На палубе стоит и машет руками Илат.

- Господин! — кричит он. — Мы готовы отчалить!

Лоредан прыгнул вниз, благо здесь до палубы «Аккипитера» было невысоко. Следом за ним прыгнул Фабий, потом Нарбо и далее, один за другим люди Килоса.

Лоредан с удивлением отметил, что в их числе есть не только те, кто сражались за «персов», но и не мало «греков», в особенности стрелков. Последними, вниз попрыгали моряки «Аккипитера». Все изрядно побитые, в разодранных в клочья туниках, но зато, все остались живы. Илат подскочил к Лоредану и взволнованно произнёс:

- «Гнев Посейдона» скоро совсем завалится на левый борт. И просело судно — здорово… Вода на его палубы прибывает очень быстро. Нам надо освобождать ростр и срочно отчаливать, иначе это огромная лоханка утянет нас за собой!

- Действуй! — кивнул Лоредан.

Илат повернулся к матросам и начал отдавать команды. Все забегали и засуетились. Из-под нижней палубы донеслись свистки надсмотрщиков и команда гребцам дать задний ход.

Послышался натужный скрип и огромный ростр «Аккипитера» начал постепенно выползать из пробоины. Гребцы налегали на весла, что есть сил. В этот момент на верхушке акропостеля показалась массивная фигура какого-то человека. Присмотревшись, Лоредан узнал Тита Минуция. Искажённая от ярости рожа толстяка почернела от сажи, местами обгоревшая одежда превратилась в лохмотья и через дыры было видно его тело, покрытое ссадинами и синяками. Но всё это, лишь разожгло желание Минуция во что бы то ни стало добраться до своих врагов. Не раздумывая, он прыгнул вниз. Но поскольку ростр «Аккипитера» был уже наполовину высвобожден, и расстояние между кораблями увеличилось, на палубу толстяк не попал, а зацепился руками за фальшборт. Тут, на верхушке акропостеля показался Квинт Мелорий. Его желание добраться до врагов было не меньшим чем у Минуция. Оттолкнувшись, Мелорий прыгнул, но тоже не долетел до палубы и зацепился за борт «Аккипитера» рядом с носовым украшением в виде морского змея.