Укрощенная горцем - Куин Пола - Страница 14

– Если вы со мной потанцуете, я не стану бить вас по щекам.

Коннор подавил зевок и состроил игривую ухмылку.

– Возможно, я это заслужил.

Краем глаза он видел, как Мейри поднялась со своего места. В тот же миг Оксфорд вскочил со стула. Мейри покачала головой в ответ на какие-то его слова, погладила его по руке и вышла. Значит, она отправилась спать. Одна.

– Капитан Грант?

Коннор вспомнил об Элинор и бегло улыбнулся ей.

– Простите, но мне надо кое-что сделать. – Мейри не должна возвращаться в свои покои одна. Колина нигде не было видно – значит, именно Коннор должен проследить, чтобы она благополучно добралась до спальни.

Перед тем как выйти из зала, он нашел глазами Оксфорда и убедился, что тот не собирается следить, как Коннор в свою очередь следит за Мейри.

Оказавшись за дверьми, Коннор быстро оглядел лестницу и верхний коридор, ведущий к ее комнате. Он не сразу увидел девушку, и за эти мгновения неопределенности его сердце едва не выскочило из груди. Но тут он заметил, что Мейри осторожно крадется вдоль северного крыла, где располагались покои знати.

Что за черт?

Коннор бесшумно взлетел вверх по лестнице, прячась в тени каждый раз, когда Мейри останавливалась и заглядывала через перила. В очередной раз убедившись, что никто за ней не следит, Мейри продолжила путь к покоям герцога. На мгновение у Коннора кровь закипела в жилах. Неужели она собирается на ночное свидание с Куинсберри? Значит, Мейри перестала ненавидеть протестантов и даже ковенантеров? Прищурившись, Коннор наблюдал, как Мейри приподняла юбки, что-то вытащила – кинжал? – и принялась копаться в замке.

Коннор улыбнулся, потом нахмурился. Мейри явилась не на свидание. Она пыталась проникнуть в комнату герцога! Коннор вжался в стену и перестал дышать, когда Мейри еще раз оглянулась и исчезла внутри.

Она что, рехнулась? Неужели за годы разлуки его волшебная фея сошла с ума? Почему же ни его, ни ее родственники ничего об этом не сказали? Коннор вдруг вспомнил: мать как-то обмолвилась, будто он многого не знает из того, что случилось в его отсутствие.

Черт возьми, надо было надавить на ее отца!

Коннор быстро прошел к двери, приложил ухо к замочной скважине и прислушался. Тишина. Он осторожно взялся за ручку, беззвучно повернул ее, приоткрыл дверь и скользнул внутрь. В комнате было совсем темно. Тусклый сероватый диск луны почти не давал света. Коннор хотел было позвать шепотом Мейри и потребовать, чтобы она, черт возьми, убралась отсюда, покуда ее не поймали, но вдруг услышал, как девушка шуршит за чуть приоткрытой дверью слева от Коннора.

Он бесшумно прошел туда, слегка надавил на прохладное дерево и заглянул внутрь. Слабый серебристый свет падал на письменный стол в центре большого кабинета. По стенам выстроились шкафы с книгами. Справа темнел остывший камин. Но Мейри исчезла.

Коннор шагнул в кабинет. Все его чувства были напряжены, как на охоте. Еще не успев заметить Мейри, он уловил ее запах – запах вереска и лаванды, который впитался в ткань ее юбки в горах Шотландии. Коннор успел вскинуть руки и перехватить нечто тяжелое, что направлялось ему в голову.

С быстротой молнии он схватил ее за руку и прижал к себе. Коленка, ударившая его в пах, едва не сбила Коннора с ног, но он не выпустил Мейри, понимая, что та будет драться до конца. Он хотел было позвать ее по имени, но удар в челюсть свободной рукой лишил его голоса. Она сражалась как львица, даже пыталась вцепиться зубами в руку, которая продолжала ее удерживать.

У Коннора не было выхода – следовало успокоить Мейри как можно быстрее. Он резким движением повернул ее кругом и крепко прижал ее спину к себе. Рука девушки, в которой по-прежнему было зажато нечто похожее на канделябр, оказалась в ловушке между их телами и была сейчас бесполезна. Свободной рукой Коннор обхватил Мейри за талию и прижал к боку ее вторую руку.

– Очень рад, что ты можешь постоять за себя, Мейри, – прошептал он ей в самое ухо.

Когда девушка поняла, кто ее держит, то прекратила сопротивляться, но лишь на мгновение.

– Черт тебя подери, что ты здесь делаешь?

– Я как раз хотел задать тебе такой же вопрос.

Черт возьми, от нее так хорошо пахло! Ее волосы касались его лица, такие же мягкие и густые, как прежде. Ее тело в его железных объятиях воспламеняло его кровь. Ему хотелось развернуть Мейри к себе лицом, ощутить ее груди на своей груди, почувствовать кожей теплоту ее дыхания. Но она была слишком опасна. И… она больше не принадлежала ему.

– Что ты вынюхиваешь в покоях герцога?

– Отпусти меня, Коннор, не то я…

Вдруг в соседней комнате скрипнула дверь. Кто-то вошел.

– Ш-ш-ш… – Он прикрыл ей рот ладонью, не заботясь, что его могут укусить.

Мейри тоже услышала шум и подчинилась. Ее тело напряглось, отчего желание Коннора стало острее. Прислушиваясь к звукам из соседней комнаты, он наконец выпустил ее из объятий, но потянул туда, где тень была гуще.

Должно быть, вошел герцог. И, судя по шагам, он был один. Коннор стал молиться, чтобы у герцога не оказалось дел в кабинете и он сразу лег бы спать.

– Видишь, что ты наделал, – прошипела Мейри, приблизив к нему губы.

– Я? – так же тихо отозвался Коннор. – Я оказался здесь из-за тебя.

– Я не просила шпионить за мной. Если бы не ты, я бы уже все сделала и оказалась у себя в комнате.

За стеной у самой двери скрипнули половицы, и молодые люди замерли. Коннор изо всех сил старался сосредоточиться и придумать правдоподобное объяснение их пребыванию здесь, на случай если их обнаружат, но Мейри совсем прижалась к нему, ее тепло проникало ему в кровь, аромат обволакивал словно облако. Коннор радовался, что не видит ее лица, ее губ, иначе не сдержался бы и поцеловал ее.

– Сделала – что? Что ты здесь искала?

– Это тебя не касается.

Его касается все, что она делает. Черт возьми, он все еще любит ее. Не такой он дурак, чтобы не понимать этого. Глупо отрицать очевидное.

– Еще как касается. Ты ведь можешь угодить в тюрьму.

– Неужели в тюрьму, Коннор? За то, что проникла в спальню мужчины? – В приглушенном голосе Мейри он уловил насмешку. – Причем к мужчине, с которым танцевала весь вечер. Может, я просто ждала его, чтобы мы могли побыть вдвоем?

Коннор представил себе, сколько шуму возникнет, если он начнет ее душить, и, тряхнув головой, отогнал эти мысли.

– Особенно если учесть, что он вполне мог получить канделябром по голове, если бы пришел раньше меня.

Мейри умолкла, осознав, что поймана. Наконец-то.

Они снова прислушались к звукам за дверью. К счастью, она так и не открылась. Молодые люди продолжали ждать. Минута шла за минутой. Звуки стихали.

– Так что же ты здесь делала? Я не выпущу тебя отсюда, пока не скажешь.

Коннор щекой ощутил, как Мейри вздохнула.

– Ну ладно. Я кое-что искала.

– Что именно?

– Имя.

– Чье имя, Мейри?

Девушка снова вздохнула. Коннор решил, что им следует как можно скорее выбраться отсюда, иначе он начнет целовать ее и зацелует до полного бесчувствия.

– Куинсберри упомянул, что кто-то занял место Ричарда Камерона. Я собиралась поискать здесь бумаги, в которых есть знакомые имена.

Знакомые? В каком смысле? Как она может знать кого-либо из окружения Куинсберри? Она живет на Скае. Черт возьми, там только небо, вода и горы. И что она может знать о камеронцах? Коннор злился на себя за то, что не писал домой чаще.

Сейчас не время ее расспрашивать. Надо выбираться из покоев герцога. Завтра он обо всем с ней поговорит.

– Мне кажется, он лег.

В призрачном свете луны Коннор видел, что она кивнула и двинулась к двери. Он поймал ее за талию, остановил и шагнул вперед. Мейри отступила в сторону, Коннор уткнулся ей в спину и одарил сердитым взглядом, которого Мейри, разумеется, не увидела. Он не позволит ей идти впереди. Кто-нибудь может ждать за дверью.

Коннор взял девушку за руку и потянул за собой, не обращая внимания на чуть слышное ругательство, сорвавшееся с ее губ.