Последняя Граница - Кэри Диана - Страница 73

Джордж сделал шаг назад. Все это казалось ему до боли знакомым. Не он ли сам говорил нечто подобное Роберту всего лишь несколько часов назад?

– Но мы не можем… – начал было он.

– Можете! – вспыхнул Т'Каэль.

– Нет! Нельзя атаковать первыми, потому что сила на нашей стороне! – Его пальцы задрожали. С закрытыми глазами, он продолжал пятиться от Т'Каэля, сжимая изо всех сил кулаки. Кто при этом погибнет? Все те же ни в чем не повинные люди. Есть и моральная дилемма: имеет ли правительство право на существование, если оно не обращает внимания на народ, которым правит? Может ли Федерация выполнять полицейские функции на просторах всей галактики, и имеет ли она право их не выполнять? Так просто – удалить гнилую сердцевину. Он сам недавно говорил подобное Роберту о возможных последствиях второй мировой войны, в случае, если бы ее результаты были половинчатыми.

– Нет, это неправильно, – прохрипел он, изо всех сил сжимая кулаки. – Нельзя стрелять первыми.

– Но у вас на борту столько оружия! – заметил Т'Каэль. – В таком случае, зачем оно вам?

– Защищать себя – это совсем другое дело! Но ни в коем случае не открывать огня первыми! Столетие назад превентивные войны поставили человечество на грань вымирания. Ты не имеешь морального права уговаривать нас поступить таким образом!

В ответ инопланетянин гневно сверкнул глазами.

– Почему?

– Потому что! – взорвался Джордж. – Некоторые средства не годятся, какой бы благородной не казалась поставленная цель. Ваше общество агрессивно, и тебе это не нравится, но ты хочешь, чтобы мы уподобились вам! – Он повернулся к Эйприлу, ожидая одобрения. Когда Кирк заглянул в глаза капитану, ему стало не по себе. Кажется, Эйприл со всей серьезностью обдумывал предложение Т'Каэля. – Да ты, верно, шутишь, Роберт! – возмутился Джордж. – Значит, все болтовня об идеалах, которые должен олицетворять наш звездолет? Ты говорил правду! Этот корабль должен нести все лучшее, что есть в нашей цивилизации, разве не так?! Ты же знаешь и меня, и образ моих мыслей. Но когда-то должна быть подведена черта. Должен быть иной путь!

Т'Каэль подошел к капитану.

– Несмотря на все ваши попытки распространить столь значительные для вас идеалы, наш Рой атаковал вас, но ничего не получилось. Если мира можно добиться лишь добрым примером, зачем вам такое мощное вооружение? Если вы проповедуете безграничный пацифизм, к чему армия?

– Весь вопрос в том, когда этим оружием воспользоваться, отрезал Джордж. – Ты, кажется, не понимаешь? Не видишь разницы?

Ромуланец насупился: он думал.

– Вопрос не из простых, Кирк. – С горечью произнес Т'Каэль. Жизнь в нашей галактике целиком состоит из таких непростых вопросов.

На мостике воцарилась гнетущая тишина. Эйприл колебался. Перед ним встала неразрешимая дилемма: либо умертвить миллионы, либо оставить им жизнь и, тем самым, спровоцировать порабощение десятков миллионов. Вдобавок, похоже, ему предстояло совершить то, чего он страшился больше всего в своей жизни, – начать войну, чтобы не допустить ее распространения на территории федерации. Его шепот гулко отдавался под куполом мостика.

– Я всегда мечтал о том, чтобы Федерация стала проводником мудрости и образцом для подражания. Джордж, ты заставил меня понять, что мы должны быть настоящей мощью, а не только показывать силу, которую боимся применить. Но Господи, разве это то, что нам нужно? – Он замолк, потрясенный собственными словами.

Застывший словно изваяние Т'Каэль хладнокровно заметил:

– Если вы не предпримите решительных действий, война неизбежна. Умоляю вас принять вызов!

– Либо я погублю миллионы, либо позволю погубить миллионы. Вот о чем вы говорите, – хрипло произнес Эйприл.

Страстно желая быть понятым, Т'Каэль в очередной раз принялся объяснять:

– Капитан, я могу провести вас через автоматизированную защитную сеть, окружающую наши планеты. Вы сможете с легкостью уничтожить любой патрульный корабль. – Ромуланец на мгновение забыл, что значит для этого человека уничтожение других. – Вы смелеете уничтожить и защитную сеть. Ваше появление посеет в Империи панику. Как только наземная защита будет нейтрализована, мы свяжемся со столицей, чтобы потребовать мирных переговоров. Если они согласятся, у нас появится повод объявить Верховного Претора тираном. Многие из моих соотечественников разделяют мои взгляды.

Они должны прислушаться.

– А если они этого не сделают? – спросил Эйприл.

– У них не будет иного выбора, – уверенно сказал Т'Каэль. – К тому же, стоит моему народу прислушаться, и он может стать весьма прагматичным и рациональным.

– В тот момент, когда ему, фигурально выражаясь, будут выкручивать руки? Даже при лучшем исходе погибнут сотни тысяч. А когда правительство падет, придется иметь дело с военными. О Боже, вы только представьте себе рациональных военных! – Капитан, я ведь сам военный. – Эйприл в задумчивости поджал губы. – Да, да, продолжайте. Убедите меня в том, что среди вашего брата таких, как вы, большинство. Не верю, что вы сможете это сделать… А что если ваш народ не станет нас слушать, мистер Т'Каэль? А я зайду слишком далеко, и процесс станет необратимым? – Т'Каэль промолчал. Эйприл неторопливо встал с кресла. – Каким образом я буду определять, какие из городов Империи сровнять с землей для устрашения? Это кошмарная лотерея, джентльмены… кошмарная… – Да, это была не гипотетическая ситуация на занятиях в военной академии. На этот раз все выглядело иначе: живым придется умирать всерьез, а затем в течение многих десятилетий историки будут спорить между собой по этому поводу. Эйприл вяло махнул рукой. – Дайте мне все обдумать… дайте поразмыслить… Мы не можем проигнорировать то, что сообщил нам Т'Каэль, хотя мне лучше бы не слышать его слов. Видите ли, теперь у нас появились неразрешимые проблемы. Если мы сейчас благополучно уберемся восвояси, можете считать, что межзвездная война гарантирована. Если же мы атакуем ромуланскую столицу и сместим правительство, то вызовем хаос на несколько десятилетий вперед. – Эйприл простер руки, обращаясь к присутствующим. – Я не требую от вас изящных решений. Но этому звездолету, всем нам, была уготована куда более счастливая судьба, нежели стать экипажем простого бомбардировщика… Но, хотя мне и неприятно признавать это… мистер Т'Каэль прав. – Джордж вздрогнул, взглянув на капитана, его губы приоткрылись в немом вопросе, но он так ничего и не сказал, осознав, что Эйприл смотрит ему прямо в глаза. – Да, продолжал тот, заметив реакцию Джорджа. – Он прав. Предотвратить войну, уничтожив ее штабной центр, – разве это не правильно? – Не прерывая потока своего красноречия, капитан подошел к первому офицеру. Кирк проглотил застрявший в горле комок.

– Я не могу помочь тебе в принятии окончательного решения. Не сделаю этого. Иначе потом ты всю жизнь будешь меня ненавидеть.

Опершись рукой на перила, Эйприл согласно кивнул. Когда он пошел к турболифту, его ноги словно налились свинцом.

– Оставайтесь здесь и ждите моего решения, – устало сказал капитан, когда двери кабины распахнулись. – Я обязательно его приму. – Оказавшись за закрытыми дверями, Эйприл почувствовал, что постарел на добрую сотню лет.

Джордж уставился на закрытые дверцы.

– Вот черт!

Где-то за его спиной Т'Каэль чуть слышно пробормотал:

– Мне жаль, что я сказал ему все это.

Джордж даже не пошевельнулся.

– У тебя не было иного выбора.

Они стояли спиной друг к другу, глядя в разные стороны, их разделяло расстояние в полмостика. Странно, но по иронии судьбы Т'Каэль созерцал пространство федерации, в то время, как Джорджу приходилось любоваться бинарными мирами Империи Риханцу.

– Существует ли вероятность, – начал Кирк, – что ты несколько сгущаешь краски?

– Нет, – последовал вполне определенный ответ.

– Довольно часто не истинная, а воображаемая опасность провоцирует войны.

Т'Каэль по-прежнему не смотрел на Джорджа, уставившись в черный видеоэкран. Он стоял, не шевелясь, со скрещенными на груди руками. Казалось, его голос, душа и тело были отделены друг от друга.