Безоглядная страсть - Кэнхем Марша - Страница 50

Если сможет. Должен! Чем, в конце концов, Элизабет ему не пара? Веселая, привлекательная, страстная… Как и он, не любит светской суеты и показухи. Какую же ему еще надо, в конце концов? Он может быть уверен, что Элизабет станет ему верной, надежной женой, нарожает кучу наследников…

— Джон! Джон, ты слышишь меня?

Обернувшись на голос, Джон увидел скакавшего к нему во весь опор Джиллиза.

— Джиллиз, что ты здесь делаешь? Я, кажется, велел тебе оставаться с Энни! Какой дьявол тебя оттуда вытащил?

— Дьявола зовут полковник Блэкни. Этот гад вывел свой вонючий гарнизон из форта Джордж и хочет захватить принца врасплох.

Джиллиз еще что-то кричал, но Джон уже вскочил на коня и мчался через равнину словно ураган. Сердце его бешено билось, кровь гудела в ушах. Большинство людей, бывших с Джоном, тут же бросили скот и последовали за ним. До Данмагласса отсюда — полчаса езды, до Моу-Холла — еще полчаса… Пригнувшись к шее коня, Макгиливрей бешено погонял его.

В гарнизоне полковника Блэкни с утра царило нервное возбуждение. Шутка ли — лорд Джордж Мюррей собирается идти на Инвернесс, оставив принца практически одного в имении, до которого от гарнизона миль десять… Среди людей Блэкни было, однако, несколько наученных горьким опытом Престонпана, знавших, что, когда речь шла о шотландцах, нельзя верить даже официальным донесениям, не говоря уже о слухах — там, где, по слухам, была сотня повстанцев, наделе оказывалась тысяча; если, по донесениям, принц занял Эдинбург, на самом деле могло оказаться, что он уже стучится в ворота Лондона… Лорд Джордж — блестящий стратег, непревзойденный мастер мистификаций, командир, которого солдаты боготворят и готовы идти за ним в огонь и в воду. К тому же бунтовщики дрались не так, как настоящие солдаты. Они прятались за деревьями и кустами, поджидали в темноте и в тумане, возникали словно из воздуха, размахивая своими боевыми топорами, целясь в самое сердце.

Примерно половина солдат Хоули были англичанами, страдавшими от холода, сырости и грубой пищи, считавшими даже шотландских аристократов почти такими же неотесанными мужланами, как и их соотечественники-фермеры. Вторую половину составляли шотландцы, собранные теми вождями, что поддерживали Ганноверскую династию, и не горевшие особым желанием воевать против своих же соплеменников. Имена Камерона и Макдональда приводили их в трепет, они знали, что эти бесстрашные вожди бунтовщиков особо беспощадны к шотландцам, надевшим красный мундир.

— Что это вы остановились? — спросил Ранальд Маклауд. Как и у его отца, лицо Ранальда было грубоватым, с квадратной челюстью. Разговаривая с английскими офицерами, Ранальд не скрывал своего насмешливого презрение к ним. — Что вы там увидели? Привидение?

Кое-кто из шотландцев усмехнулся, но большинство при упоминании о привидениях лишь поежились. Луна только всходила, вокруг было темно хоть глаз выколи — лишь снег на земле немного отсвечивал в ее слабых лучах. На деревьях же снега не было — дневное солнце успело его растопить, и сейчас лес, окружавший отряд, казался сплошной черной стеной. За этой стеной могло скрываться что угодно… Шедшие впереди несли фонари, но их света хватало лишь на то, чтобы различать на несколько футов вперед петляющую дорогу. Остальным же ничего не оставалось, как слепо следовать за ведущими в надежде на то, что те все-таки не приведут их к краю какого-нибудь обрыва.

— Мы приближаемся к развилке, а дальше — Лох-Моу, — громко, чтобы его слышал каждый, произнес Блэкни. — Предлагаю разделиться на две колонны и атаковать Моу-Холл с двух сторон.

— Хорошо, — кивнул Маклауд. — Бейте в барабаны, ребята, чтобы все слышали — мы идем!

— Пусть лучше каждый проверит оружие, — фыркнул Блэкни, — у всех ли заряжено, не отсырел ли порох…

Команда полковника была бесполезной, ибо среди солдат не было ни одного, кто не проверил бы перед этим выходом свое оружие раз по десять. Можно еще идти в бой оборванным, голодным, но не позаботиться об оружии означало верную гибель.

Впереди послышался какой-то слабый звук — человек или зверь? Пятьсот человек тут же как по команде замерли, вглядываясь и вслушиваясь в темноту. Звук повторился, явно слышался человеческий голос…

— Бунтовщики! Полный лес бунтовщиков — на деревьях, в кустах! — Прямо на них выскочил какой-то капрал — очевидно, один из разведчиков, которых они послали вперед — без шлема, волосы растрепаны, глаза горят безумным огнем. — Это засада!

Ряды англичан невольно сомкнулись плотнее, руки потянулись к оружию.

— Сколько их? — накинулся Блэкни на разведчика. — Десять, сто, тысяча? Куда вы смотрели, капрал?!

— Не знаю сколько, сэр, возникли словно из ничего. Они уже успели зарубить Якобса, зарубили бы и меня — чудом спасся!

Воздух вокруг наполнился пистолетной пальбой и воинственными криками. Выскакивая из-за кустов, спрыгивая с деревьев, на англичан вдруг обрушилась, казалось, целая армия вооруженных до зубов бунтовщиков.

Знать бы незадачливым воякам, что напавших на самом деле не так уж и много — всего лишь небольшой отряд с Робби Фаркарсоном во главе! Но, подняв ужасный шум и пальбу, выкрикивая команды несуществующим соратникам, кучке людей удалось парализовать целую армию.

— Боже праведный! — вскричал «капрал», бывший на самом деле не кем иным, как Джеми Фаркарсоном, переодетым в мундир, снятый с убитого им настоящего разведчика-капрала. — Это сам Лохел! Они поджидали нас! Хотели заманить в нашу же ловушку!

В нескольких дюймах от ноги Блэкни просвистело мушкетное ядро, попав в горло одному из пехотинцев. Зашатавшись и обливая товарищей кровью, он упал. В рядах англичан начапась паника.

— Поворачивайте назад! — командовал полковник. — Поворачивайте назад! Не давайте им зайти к нам с тыла!

— Поворачивайте назад! — подхватил Робби. — Бегите, идиоты, до самого Инвернесса! — И несуществующая армия погнала англичан назад.

Хитрость была придумана близнецами скорее от отчаяния — они отлично понимали, что гнать англичан таким образом им удастся разве что до ближайшего поворота дороги — рано или поздно полковник поймет, что испугался горстки людей. Однако это даст Энни хоть какое-то преимущество во времени…

— Ушли? — переспросила Энни. — Что значит ушли?

— Ушли значит ушли, — рассмеялся Джеми. — Один из наших преследовал их до главной дороги — говорит, что эти идиоты бежали без оглядки, словно за ними тысяча чертей гналась!

Энни оглядела дорогу. Ничего не видно, ничего не слышно. Лишь луна, льющая мистический свет на величественные горные вершины, и черная стена леса, почти сливающаяся с ночным небом…

— Ну, ушли — и слава Богу! — облегченно вздохнула Энни, и тут же до ее слуха донесся стук копыт. Англичане возвращались, но не со стороны Инвернесса, а со стороны болота. — Они не ушли! — воскликнула она. — Эти мерзавцы обошли нас с тыла!

— Должно быть, — прошептал Робби, — Блэкни разбил свои войска на два отряда, и это подкрепление. Всем в кусты!

— Робби, — тревожно произнес Джеми, — у нас не осталось пороха. Уйдем лучше в лес, подальше — авось не заметят.

Но было уже поздно — через мгновение они уже были окружены со всех сторон многочисленными всадниками. Энни машинально потянулась было к оружию, но, к величайшему облегчению, узнала в командире отряда златокудрого Макгиливрея.

— Мы услышали стрельбу, — сказал он, — увидели бегущих англичан… Поспешили на помощь, но, похоже, бой уже закончился. Что здесь было? Лорд Джордж вернулся?

— Нет, — улыбнулась Энни, — это всего лишь мы… Я и кузены…

— А где принц?

— Господи! — вырвалось у Энни. Она уже успела забыть, что Дуглас велел ей опасаться молодого англичанина, вызвавшегося проводить Чарльза в горы. Объяснив Джону в двух словах, в чем дело, Энни, яростно пришпорив коня, рванула обратно в Моу-Холл — но на перекрестке встретилась с самим его высочеством, бледным как смерть, но, слава Богу, невредимым. Рядом с конем принца шла лошадь Роберта Харди, безжизненное тело ее хозяина было перекинуто через седло.