Если он неотразим - Хауэлл Ханна - Страница 30

— Жермен и Байяра нашли, — сказал Олдус.

— Живых? — почти шепотом спросила она, сердце у нее забилось от страха — вдруг новости дурные.

— Разумеется.

Не успела Алтея задать следующий вопрос, как Олдус пустился в длинный запутанный рассказ о встрече с ее кузенами и о том, как они предложили помощь. Понятно, они стараются отвлечь ее. Алтея вздохнула. Учитывая работу, которую эти люди выполняют для правительства, попытка выведать у них интересующую ее информацию будет пустой тратой времени. Она решила внимательно выслушать историю, которую они ей рассказывали, и подождать Хартли.

— Чем могу помочь? — спросил Яго, проводив Хартли в кабинет и усевшись за письменный стол.

Хартли сел на стул напротив него и заговорил, тщательно взвешивая слова. Он чувствовал холодность Яго и понимал, что он знает о нем и Алтее. Хартли очень надеялся, что предложение руки и сердца смягчит чувства обиды и злости, которые испытывал Яго.

— Моих племянников нашли, они живы и скоро вернутся домой, — сказал Хартли.

— Чудесно! — Яго потянулся через стол и пожал Хартли руку. — Черт, это просто чудо, ведь их не могли найти целых три года.

— Действительно, похоже на чудо. Я собирался ухаживать за вашей племянницей…

— Мне кажется, вы уже проскочили период ухаживания, — проворчал Яго.

— Возможно, я нарушил границы. — Хартли не обратил внимания на то, что Яго с насмешливой улыбкой поднял бровь. — Но я уже решил, что хочу сделать ее маркизой.

— Вы хотите жениться на Алтее?

— Да.

— Почему?

— Она мне нравится, я ей доверяю. И скажу сразу, меня не пугает ее дар. Поначалу я колебался, потому что сомневался — по правде сказать, совсем не верил. Несмотря на то как мало мы знакомы друг с другом, решение мое не внезапное. Почти с самого начала у меня в голове стало появляться слово «женитьба».

Яго ухмыльнулся:

— Но вы его сразу оттуда прогнали?

— Точно, но оно не исчезало.

Не в состоянии усидеть на месте, Хартли встал и принялся шагать по комнате.

— Я желал ее с самого начала, и это желание становилось все сильнее. Когда ее избили, я испугался за нее и разозлился, что с ней так поступили. Мне хотелось спрятать ее в каком-нибудь надежном месте. Когда угрозы Клодетты так расстроили ее, я не мог подобрать слов утешения. А когда она заговорила об отъезде, я твердо решил не отпускать ее.

— Так вы ее любите?

Хартли посмотрел в лицо Яго и пожал плечами:

— Я не очень верю в любовь. Я знаю одно: я хочу завтракать вместе с ней, хочу, чтобы ночью она была в моей постели, а по утрам я хочу просыпаться с ней рядом. И еще я хочу, чтобы именно она стала той женщиной, которая родит мне детей.

Он стойко выдержал изучающий взгляд Яго.

— А сейчас вам нужна мать для детей вашей сестры, — сказал Яго.

— Я был бы лжецом, сказав, что возвращение племянников никак с этим не связано. Однако им нужна не мать. Женская нежность, доброе сердце и внимательное ухо, но не мать. Все это заставило меня ускорить женитьбу на Алтее, не тратя времени на ухаживания.

— Я предпочел бы, чтобы вы заявили о своей любви к ней. Алтея заслуживает лучшего, чем брак по расчету.

— Я и не предлагаю брака по расчету. — Хартли улыбнулся. — Но произносить ложь в этом семействе было бы неразумно. Поэтому я не говорю о чувствах, в которых не уверен. — Его порадовало, когда Яго улыбнулся в ответ, его холодность исчезла. — Я хочу настоящего брака. Без измен. Я могу подвергать сомнению ценность любви, но я верю в честные обеты. Я намерен создать семью. Из-за этих требований я и колебался относительно брака, несмотря на то что мне необходим наследник. Мне не нужен обычный светский брак.

— Вы имеете в виду брак, когда заводят наследника и брюшко, а потом и он, и она идут своим путем?

— Именно. Я не верю, что таким образом можно создать крепкую семью. Итак, вы даете мне свое позволение жениться на вашей племяннице?

— Да, хотя вам оно и не нужно. Она вдова. Однако если она скажет «да», мы сможем сесть и обсудить финансовую сторону дела. Большей частью своих финансов она распоряжается сама, но закон требует, чтобы в делах участвовал мужчина. Ее покойный муж выбрал душеприказчиком меня.

— Прекрасно. Мы поговорим после того, как она даст свое согласие. — Хартли и думать не хотел, что она может отказать ему. — У меня есть специальная лицензия[5], и мне хочется поскорее воспользоваться ею. А ваша семья?

— Понадобится несколько недель, чтобы собрать всю семью. Мы сможем подумать о каком-нибудь торжестве только после того, как будет решена проблема с Клодеттой. — Яго встал и пожал Хартли руку. — Я пришлю ее сюда. Удачи.

Впервые в жизни Хартли занервничал. Поджидая Алтею, он расхаживал по комнате и репетировал свою речь. Он напоминал себе, что Алтея была девственницей и все-таки отдалась ему со страстью, которую, Хартли чувствовал это, он будет вызывать у нее еще долго. Несмотря на эту уверенность, он напрягся, когда Алтея вошла в комнату.

— В чем дело, Хартли? — спросила она, торопливо подходя к нему и ощущая его нервозность. — Олдус сообщил мне чудесную новость. Тебя беспокоит, что дети, которых ты когда-то знал, могли сильно измениться?

— Выходи за меня замуж.

Алтея смотрела на него, раскрыв от удивления рот, и Хартли обругал себя за такое отсутствие такта и обаяния. Он попытался объяснить это тем, что женитьба — очень важный шаг, это узы на всю жизнь, но понимал — он лжет сам себе. Его глупая выходка вызвана страхом — вдруг она скажет «нет», а он не найдет слов, чтобы убедить ее.

— Ты только что попросил меня стать твоей женой? — спросила Алтея, не удивляясь своему дрожащему голосу, потому что сердце у нее билось так, будто готово выскочить из груди. — Нет, ты просто приказал мне выйти за тебя замуж.

— Да, я намеревался просить тебя об этом, но у меня это очень плохо получилось. — Он взял ее руки в свои. — Позволь мне попытаться еще раз. Не окажете ли вы мне честь стать моей женой?

— Это из-за того, что я была девственницей?

— Нет, хотя меня порадовало, что будущая маркиза не знала до меня другого мужчины. Алтея, я стал думать о женитьбе почти сразу с того дня, как встретил тебя. Ты мне нравишься, и думаю, мы с тобой подходим друг другу. Я уже говорил твоему дяде, я хочу видеть тебя за завтраком и хочу, чтобы ты каждую ночь была в моей постели. Я хочу, чтобы ты стала матерью детей, которых нам пошлет Бог. — Он обнял ее и страстно поцеловал. — Мы очень подходим друг другу.

Немного затуманенная желанием, которое пробудил в ней его поцелуй, Алтея посмотрела на него:

— Страсть может пройти, Хартли.

— Знаю, но дружба, доверие и симпатия — нет.

Его слова согрели ее, он говорил искренне, но сердце у нее болело. Алтее хотелось, чтобы он сказал: «Я люблю тебя, ты — мое солнце, луна и звезды», — и всякие такие глупости. Алтея закусила губы, удерживаясь, чтобы не выпалить «да». И тут, как змея в саду, в ее голову скользнула причина такого внезапного предложения руки и сердца.

— Ты ищешь мать для детей, которые скоро будут жить с тобой?

— Нет. Им не нужна мать, особенно если она всего на пару лет старше Жермен. Но не буду лгать, я надеюсь, что ты мне с ними поможешь.

— А как насчет всех твоих женщин?

— Их не так много, уж точно, не столько, сколько приписывает мне молва. И многие из них — шпионки, которых я соблазнял, потому что они владели секретами и сведениями, нужными правительству. Но этого больше не будет. Я верю в обеты, даваемые перед Богом, Алтея. Я их не нарушу.

Алтее понадобилось менее минуты, чтобы сказать «да». Он не предлагал ей любовь, в которой она нуждалась, но она не могла его оставить. Возможно, он еще полюбит ее. Но она не будет об этом просить, поклялась она себе. По крайней мере между ними есть страсть, и, даст Бог, появятся дети.

Времени на раздумья не было. Произнося свой обет в маленькой часовне с каким-то небритым священником, она молилась, чтобы потом не оказалось, что она совершила самую большую ошибку в своей жизни.