Жажда мести - Андерссон Дин - Страница 55

— Меня зовут Тирульф, — представился он.

— А меня Ялна, — подала голос девушка, затем недоверчиво поинтересовалась:

— Ты — колдунья? Ведьма?

Старуха не ответила, продолжала подслеповато всматриваться в гостей.

— Мы отправились в путь, чтобы отыскать какую-то вещицу Тора, которая помогла бы нам в борьбе с Хель, — с порога выпалила девушка.

Тирульфа даже перекосило от такой простоты, но он сдержался. Слово не воробей.

— Ведьма? — удивилась старуха и задумчиво почесала подбородок, потом призналась:

— Была когда-то и ведьмой. Может, и теперь еще, не помню. А вы двое любите друг друга? Молодые люди должны влюбляться, что ж без толку землю топтать. Когда-то и я с ума сходила. Когда же это было? — спросила Гроа и вздохнула:

— Давно, с тех пор я все одна и одна.

— Матушка Гроа? — подал голос Тирульф и сделал еще один шаг вперед.

Ялна неодобрительно глянула в его сторону и бросила настороженный взгляд окрест.

— Матушка Гроа, мы слышали, что это место называют прибежищем Хранителя крови молний. Ты ничего об этом не знаешь? Люди говорят, что эта гора посвящена Тору, и что здесь можно отыскать нечто страшное и могучее для борьбы против Хель. Ялна уже сказала об этом.

Старушка махнула рукой, потом задумалась, видимо, что-то полузабытое прорезалось в памяти. Наконец сообразила и ткнула пальцем вниз.

— Молнии там, внизу, их там без счета, а здесь нет.

— Может, мы поищем на вершине? — спросила Ялна. — Если вы не против.

— Ищите, если хотите. — Гроа пожала плечами. — Только здесь молний нет. Может, сначала зайдете, детишки? У меня так редко бывают гости. Позвольте мне угостить вас, покормить, напоить.

Тирульф глянул в сторону солнца, скоро закат.

— Мы были бы рады провести ночь в доме, да боимся стеснить. Но пока светло, нам хотелось бы поискать. Может, и отыщем что-нибудь пригодное для борьбы с Хель.

Старуха кивнула, вышла из дому, подошла поближе. Ялна еще крепче ухватилась за рукоять меча.

— Может, — спросила Гроа, — я чем-нибудь могла бы помочь вам? Я знаю, где произрастают целебные травы и ягоды. Если вы собираетесь в ледяной Нифльхейм, вам необходимо запастись провизией, в этом тоже могу помочь. Я слыхала, в этом ледяном царстве ничего не растет. Ничего не произрастает, кроме Смерти, конечно…

— Может, вы приготовите нам поесть, — сказала Ялна, — а мы уж сами поищем?..

Гроа кивнула:

— Конечно, дочка. Правда, я уже не такая шустрая, какой была в молодости… Когда же я была шустрой? — Она вздохнула:

— Не помню. Ладно, когда вернетесь, еда будет готова. Если бы вы, дети, знали, как приятно встречать гостей. Так приятно…

Старуха вернулась в домик и прикрыла за собой дверь.

Тирульф недоверчиво повертел головой:

— Сомневаюсь, что мы отыщем здесь что-нибудь стоящее.

— Я тоже сомневаюсь. Мне кажется, что вся причина в старухе. Если здесь есть что-нибудь полезное, без старухи нам это не отыскать. Там, где дело касается божественной магии, разуму и житейскому опыту делать нечего. Ладно, давай осмотрим площадку, с чего-то все равно надо начинать, а ночью расспросим хозяйку. Мало ли, может, в ее доме что-нибудь полезное и отыщется.

— Знаешь, мне становится как-то не по себе от одной только мысли, что нам придется провести ночь рядом с этой старухой, — признался Тирульф. — Даже если она вылитая моя бабушка, все равно не по себе.

— Похожа на твою бабушку? — удивилась Ялна. — Я свою никогда не видала, она умерла до моего рождения. Но эта развалина очень похожа на тех старых женщин, одну из которых я охотно назвала бы своей бабушкой.

— Слушай, а не чары ли это? — проворчал Тирульф.

— Все может статься, — согласилась Ялна, — кажется, здесь действительно без частицы колдовства не обошлось. Видишь, как старуха ловко нам внушила, что она из тех, кому можно доверять. Клянусь Скади, сегодня ночью я не сомкну глаз.

Они приступили к поискам.

Глава двадцать восьмая. КРОВЬ ТОРА

Бабушка Гроа встретила их на пороге.

— Я же говорила, нет здесь никаких молний, — засмеялась она, шамкая беззубым ртом.

Между тем ниже облачного слоя по-прежнему грохотало. Раскаты разбегались по всей необъятной, заметно посеревшей к вечеру стране туч, от этих звуков странное чувство охватило Тирульфа и Ялну, устроившихся на шкурах возле очага. Будто под ними по всем сторонам света разливалась великая битва, но их она не волновала. Уже спустилась ночь, в окнах изредка вперемежку с раскатами грома посверкивало, а в домишке было тепло и пахло вкусно, совсем по-домашнему.

Старушка передала Ялне миску с горячим тушеным мясом. Над блюдом подымался пар, и раздражающе вкусный аромат пищи вызвал у девушки прилив слюны. Здесь, на вершине священной горы тушеное мясо пахло даже намного вкуснее, чем в детстве.

Тирульф тоже вдохнул божественный аромат, закатил глаза, потом не удержался и искоса глянул на Ялну.

— Ешьте, дети. Не бойтесь, ешьте, — предложила им Гроа.

Хозяйка, передав миски и добрые ломти домашнего хлеба, устроилась в низком деревянном кресле. Она тоже положила себе еды, правда, ее порция была поменьше и ела она без хлеба. Заметив, что гости то и дело поглядывают друг на друга, удивилась:

— Разве вы не проголодались?

Ялна осторожно попробовала кусочек и обнаружила, что вкус оказался еще более замечательным, чем запах.

— Знаете, пока вы лазили возле дома, я кое-что припомнила. Может, вам это понадобится, — сказала Гроа. — Но пока вы не насытитесь, ничего не скажу.

— Что же вы припомнили? — не выдержала Ялна.

— Прежде, милая, съешь все до последней крошки. Ты что, слышишь так же плохо, как я вижу?

Когда с едой было покончено, оба, и Тирульф и Ялна, отказались от добавки, Гроа налила им полные кружки горячего меда. Напиток оказался очень хмельным с ароматным привкусом луговых трав.

— Давным-давно, — начала старушка, — когда я была намного моложе, помнится, мне был известен секрет забытого теперь целебного заклинания, снимавшего любую боль. Конечно, там и травку надо было применить, не без того. Но главное, с помощью этого чародейства можно было насытить, наполнить безмерной силой любого воина.

Ялна многозначительно глянула на Тирульфа. Его ответный взгляд подсказал девушке, что и он обратил внимание, как неожиданно изменился голос хозяйки, когда она приступила к рассказу. Дребезжание и раздражающее шамканье вмиг исчезли, голос окреп, налился внутренней силой. Теперь речь звучала напевно, с некими волнующими переливами, паузами, смысловыми понижениями и повышениями, запоминающимися с детства, когда толи бабушка рассказывала нам сказки, то ли сверстники вспоминали всякие удивительные случаи.

— Теперь, ребятки, только я и помню это заклинание, да и в ту давнюю пору, кроме меня, никто им не владел. — Старушка на мгновение задумалась, потом уточнила:

— Ну, или почти никто. Многое я уже подзабыла, годы мои немерены, не сосчитаны. Я уж забыла, когда впервые увидала солнышко. Хотя нет, когда я родилась, солнышка еще не было, это точно. Порой такое приходит в голову, — она неожиданно расплакалась, — то вдруг жду, когда муж явится домой. Он у меня был большой, сильный. Вот, старая дура, сижу и жду, когда мой Аурвандиль постучит в дверь. А то вдруг различу, как он рубит лес и так аккуратно тюкает топором — тюк-тюк, тюк-тюк. Для очага он всегда рубил свежий, никогда вчерашними дровами не пользовался. — Она вздохнула, вытерла слезы и уже более спокойно добавила:

— Так вот что мне припомнилось. Может, и вас эта штука заинтересует. Нет здесь никаких молний и не было никогда. Я молниями не балуюсь, как этот, который чуть что, пускает в ход свой молот. Вот тогда действительно и молнии сверкают, и гром гремит.

— Это вы о Торе? — спросила Ялна.

Гроа засмеялась:

— А вы знаете еще кого-нибудь, кроме аса Тора, кто мечет молнии и грохочет громами?

— Нет, не знаем, — Ялна отрицательно покачала головой. — Пожалуйста, продолжайте. Я хочу послушать легенду о вас и о сыне Одина.