Завтрашние мечты - Кэлмен Хизер - Страница 36

Этого замечания оказалось достаточно, чтобы все четверо быстро направились к двери. Едва они вышли в коридор, Сет остановил их:

— Джентльмены?

Они замерли.

— Я попрошу миссис Грубер звонить три раза, прежде чем она покинет мою комнату. Если вы немного подождете, то вполне безопасно можно будет убрать ванну. Только не входите, пока не услышите три звонка или пока я сам не позову вас.

Послушно закивав головами, служащие торопливо удалились.

Когда дверь за ними закрылась, Пенелопа повернулась и посмотрела на Сета, ее тело сотрясалось от смеха.

— Браво, Сет! Как тебе удалось все так складно сочинить?

Сет озорно улыбнулся.

— Думаю, у меня талант.

Она с нежностью посмотрела на него.

— И выдающийся талант. Ты сделал из меня такое чудовище, что эти бедняги будут разбегаться в разные стороны, едва завидев красную шляпу.

Тут до нее дошло, зачем он так сделал.

— Боже, Сет! Ты сочинил эту нелепую историю, чтобы защитить меня! Ты хочешь сохранить мое инкогнито!

Сет слегка пожал плечами и попробовал воду.

— Ты не принесешь мне мыло с туалетного столика?

Пенелопа улыбалась, с поспешностью выполняя его просьбу. Хотя он всеми силами пытался отрицать, что его душа тянулась к ней, это было очевидно. Что до ее собственного сердца, то бесполезно отрицать, что Сет Тайлер был для нее единственным мужчиной.

Улыбка исчезла с ее лица, когда она посмотрела на разбросанные на мраморном столике щетки для одежды, кисточки для бритья, мужские расчески. Сет, может быть, и ее мужчина, но он совершенно ясно показал, что она не его женщина. Он хотел видеть в ней только друга.

Но правда ли это? Рука, потянувшаяся к мылу, застыла в воздухе. Вряд ли мужчина будет во сне мечтать о женщине, которую считает только другом. Он не станет страстно шептать во сне ее имя. И вряд ли на друга смотрят с такой неприкрытой страстью, как смотрел на нее Сет, когда прикоснулся к ее щеке.

Одно воспоминание о горящих огнем глазах Сета согрело Пенелопе душу. Он все еще хотел ее, это очевидно.

Желанная. Все внутри у нее затрепетало. Да, он хотел ее. Но желать женщину еще не значит любить ее.

«Но с желания все начинается», — с оптимизмом подумала она.

Позади раздался плеск воды, а потом тихий стон, когда Сет погрузился в ванну. В душе у нее зародилась робкая надежда, и Пенелопа, взяв кусок мыла, сняв с головы уродливую шляпу, повернулась к мужчине, чью любовь решила вернуть.

Он желал ее. Возможно, если она не будет отталкивать Сета от себя, его физическое влечение перерастет в более глубокое и сильное чувство. Может, потом его чувства созреют и превратятся в любовь. И она сделает все, что в ее силах, чтобы взрастить эти нежные ростки.

Улыбнувшись своим мыслям, Пенелопа подошла к Сету. Он сидел в ванне, прижав колени к подбородку, все его мускулы были сильно напряжены. Глаза под упавшими на лицо светлыми волосами были закрыты, а лицо искажено от боли.

Горячая вода оказывала на его растертую в кровь кожу такое же действие, как раскаленные угли. Если бы в комнате не было Пенелопы, он бы выскочил из ванны и просто протерся губкой. Но конечно, он не мог поступиться своей мужской гордостью в ее присутствии. Пенелопа присела рядом с ванной.

— Сет? Что случилось? — спросила она, нежно заправив его волосы за уши.

Жжение стало более терпимым, и он мог честно признаться:

— Все в порядке. Просто кожа стерта от верховой езды.

Ее лицо сделалось пунцовым, как закат в прериях.

— Ох… думаю, это очень больно. — Она уставилась на мыло, которое держала в руках.

Сет улыбнулся, подумав, как она очаровательна в своем смущении.

— Да, но я все равно буду ездить верхом.

В ответ на ее молчание он пошутил:

— Если, конечно, я не сморщусь, как чернослив, дожидаясь мыла.

Щеки у Пенелопы просто пылали.

— О, прости. — Она торопливо сунула мыло в его протянутую руку. Глядя куда-то в сторону мимо него, она поднялась и спросила: — Я хотела узнать, что ты сегодня собираешься делать. Я имею в виду, какую одежду тебе приготовить? Ты поедешь верхом?

— Только не верхом, — застонал Сет. — Я пойду в салон и проведу там весь день, занимаясь счетами. — Раздался плеск воды, а потом снова прозвучал его голос: — А ты? Каковы твои планы?

Пенелопа молчала, подыскивая подходящий ответ. Сегодня ее сыну исполнилось два года, и она планировала провести с ним весь день. Майлс будет ждать ее возле салона в одиннадцать, чтобы отвезти туда, где Сколфилды прятали ребенка.

Она взглянула на Сета и поняла, что не следовало этого делать. Едва ее взгляд коснулся его тела, она застыла как завороженная. Как он был прекрасен, его смуглая кожа блестела от мыла и воды. От одного его вида у нее вспыхнуло желание провести руками по его широкой сильной груди, а потом по мускулистому животу.

Стараясь успокоиться и оттянуть время, Пенелопа спросила:

— Это и есть твой вопрос на сегодня?

Улыбаясь, он поднял свою длинную ногу и стал тереть голень.

— А почему бы и нет? Он так же хорош, как и любой другой вопрос.

Сбитая с толку видом намыленных рук, скользивших от стройных икр к крепким бедрам, она неожиданно выпалила правду:

— Я собираюсь навестить Сколфилдов. — Она была готова убить себя, когда эти слова слетели с ее губ.

— Сколфилды? — Его рука застыла на бедре. Черт! Черт! Что теперь! Как же выбраться из этого! Но она быстро нашлась и со спокойным видом пояснила:

— Сэм и Минерва Сколфилды. Это знакомые Адель. Они пригласили нас с Майлсом на обед.

Ну что ж, она не солгала. Сколфилды были знакомыми Адель, а Минерва накормит их.

— А где живут эти Сколфилды? — Сет продолжал мыться и тер теперь низ живота.

Пенелопа сдержала стон и отвернулась. Она должна собраться с мыслями, пока не сказала лишнего. Поэтому она вернулась к гардеробу и стала разглядывать одежду.

— Так где живут эти Сколфилды? — повторил Сет, на этот раз более настойчиво.

Пенелопа достала красиво сшитое пальто густо-бордового цвета и сделала вид, что рассматривает его.

— Недалеко, к северу от города, — солгала она.

Он ничего не ответил, и она понемногу начала расслабляться. Сколфилды, похоже, больше не интересовали его.

Самообладание стало возвращаться к ней, она выбрала брюки в серую, черную и бордовую полоску, которые хорошо подходили к пальто. Как только она приступила к осмотру целой коллекции жилетов самых разных цветов, Сет неожиданно произнес:

— Кстати, насчет твоего предполагаемого визита к Сколфилдам.

У Пенелопы сердце ушло в пятки. Он собирался запретить ей ехать или, того хуже, будет настаивать, чтобы сопровождать ее. Если она откажется, он проследит, Чтобы она осталась в городе, и тогда она пропустит день рождения своего любимого сына. Ком встал у нее в горле, и Пенелопа хрипло спросила:

— Так что насчет Сколфилдов?

Раздался всплеск, как будто он уронил мыло в воду.

— Постарайся вернуться в город до темноты.

Пенелопа чуть не упала от облегчения.

— Ладно.

— Хорошо, — отозвался он, прежде чем перестал плескаться. Через мгновение он запел… квинтет из оперы «Волшебная флейта», на немецком, и все пять партий.

Комическим фальцетом Сет пропел две партии сопрано за фрейлин Королевы Ночи, выводя задрожавшим голосом часть партии в меццо-сопрано за третью даму. У него довольно сносно вышла партия тенора Тамино, а баритон Папагено в его исполнении больше походил на сирену. Голоса у него не было, но его отсутствие он компенсировал энтузиазмом.

Когда Сет добрался до финальной строфы, то поднялся в ванне, размахивая руками для большего эффекта.

Громко захлопав, Пенелопа оторвалась от шкафа и засмеялась:

— Браво, Сет! Браво! Превосходно!

Сет улыбнулся и отвесил грациозный поклон, совершенно пренебрегая тем, что был голый и стоял по колено в воде. Именно его нагота заставила Пенелопу покраснеть и снова заняться гардеробом.

Помня, что Сет не одет, и стремясь исправить это положение, Пенелопа быстро достала остальную одежду. Когда она доставала с полки мягкое льняное белье, то услышала, как он прошел к туалетному столику позади нее. Послышался скрип, а за ним последовал тяжелый вздох. Потом стало тихо.